Метка: Главное

Ровно 50 лет назад, летом 1972 года, Иосиф Бродский был вынужден покинуть Советский Союз.  Выдавленный из родной страны, поэт обосновался в США, а спустя 15 лет назад стал лауреатом Нобелевской премии по литературе. В совершенстве овладев английским языком, Бродский получил признание еще и как эссеист. В 1989 году он выступил перед выпускниками Дартмутского колледжа – знаменитого университета, входящего в Лигу плюща – с похвалой скуке и, если смотреть шире, советами по устройству жизни. 

Но если ты не сможешь удержать свое царство
И придешь, как до тебя отец, туда,
Где мысль обвиняет и чувство высмеивает,
Верь своей боли…
У.Х. Оден, «Алонсо — Фердинанту»

Значительная часть того, что вам предстоит, будет востребована скукой. Причина, по которой я хотел бы поговорить с вами об этом в столь торжественный день, состоит в том, что, как я полагаю, ни один гуманитарный колледж не готовит вас к такой будущности; и Дармут не является исключением. Ни точные науки, ни гуманитарные не предлагают вам курсов скуки. В лучшем случае они могут вас познакомить со скукой, нагоняя ее. Но что такое случайное соприкосновение по сравнению с неизлечимой болезнью? Наихудший монотонный бубнеж, исходящий с кафедры, или смежающий веки велеречивый учебник — ничто по сравнению с психологической Сахарой, которая начинается прямо в вашей спальне и теснит горизонт.

Известная под несколькими псевдонимами — тоска, томление, безразличие, хандра, сплин, тягомотина, апатия, подавленность, вялость, сонливость, опустошенность, уныние и т.д., скука — сложное явление и, в общем и целом, продукт повторения. В таком случае, казалось бы, лучшим лекарством от нее должны быть постоянная изобретательность и оригинальность. То есть на что вы, юные и дерзкие, и рассчитывали. Увы, жизнь не даст вам такой возможности, ибо главное в жизненной механике — как раз повторение.

Можно, конечно, возразить, что постоянное стремление к оригинальности и изобретательности есть двигатель прогресса и тем самым цивилизации. Однако — в чем и состоит преимущество ретроспективного взгляда — двигатель этот не самый ценный. Ибо, если мы поделим историю нашего вида в соответствии с научными открытиями, не говоря уже об этических концепциях, результат будет безрадостный. Мы получим, выражаясь конкретнее, века скуки. Само понятие оригинальности или новшества выдает монотонность стандартной реальности, жизни, чей главный стих — нет, стиль — есть скука.

Этим она — жизнь — отличается от искусства, злейший враг которого, как вы, вероятно, знаете, — клише. Поэтому неудивительно, что и искусство не может научить вас справляться со скукой. На эту тему написано несколько романов; еще меньше живописных полотен; что касается музыки, она главным образом несемантична. Единственный способ сделать искусство убежищем от скуки, от этого экзистенциального эквивалента клише, — самим стать художниками. Хотя, учитывая вашу многочисленность, эта перспектива столь же незаманчива, сколь и маловероятна.

Но даже если вы шагнете в полном составе к пишущим машинкам, мольбертам и Стейнвеям, полностью от скуки вы себя не оградите. Если мать скуки — повторяемость, то вы, юные и дерзкие, будете быстро удушены отсутствием признания и низким заработком, ибо и то, и другое хронически сопутствует искусству. В этом отношении литературный труд, живопись, сочинение музыки значительно уступают работе в адвокатской конторе, банке или даже лаборатории.

В этом, конечно, заключается спасительная сила искусства. Не будучи прибыльным, оно становится жертвой демографии довольно неохотно. Ибо если, как мы уже сказали, повторение — мать скуки, демография (которой предстоит сыграть в вашей жизни гораздо большую роль, чем любому из усвоенных вами здесь предметов) — ее второй родитель. Возможно, это звучит мизантропически, но я вдвое старше вас и на моих глазах население земного шара удвоилось. К тому времени, когда вы достигнете моего возраста, оно увеличится вчетверо, и вовсе не так, как вы ожидаете. Например, к 2000 году произойдет такое культурно-этническое перераспределение, которое станет испытанием для вашего человеколюбия.

Одно это уменьшит перспективы оригинальности и изобретательности в качестве противоядий от скуки. Но даже в более монохромном мире другое осложнение с оригинальностью и изобретательностью состоит в том, что они буквально окупаются. При условии, что вы способны к тому или другому, вы разбогатеете довольно быстро. Сколь бы желательно это ни было, большинство из вас знает по собственному опыту, что никто так не томим скукой, как богачи, ибо деньги покупают время, а время имеет свойство повторяться. Допуская, что вы не стремитесь к бедности — иначе вы бы не поступили в колледж, — можно ожидать, что скука вас настигнет, как только первые орудия самоудовлетворения станут вам доступны.

Благодаря современной технике эти орудия так же многочисленны, как и синонимы скуки. Ввиду их назначения — помочь вам позабыть об избыточности времени — их изобилие красноречиво. Столь же красноречивым является использование вашей покупательной способности, к вершинам которой вы зашагаете отсюда под щелканье и жужжание некоторых из этих инструментов, которые крепко держат в руках ваши родители и родственники. Это пророческая сцена, леди и джентльмены 1989 года выпуска, ибо вы вступаете в мир, где запись события умаляет само событие — в мир видео, стерео, дистанционного управления, тренировочных костюмов и тренажеров, поддерживающих вас в форме, чтобы снова прожить ваше собственное или чье-то еще прошлое: консервированного восторга, требующего живой плоти.

Все, что обнаруживает регулярность, чревато скукой. В значительной степени это относится и к деньгам — как к самим банкнотам, так и к обладанию ими. Разумеется, я не собираюсь объявлять бедность спасением от скуки — хотя Св. Франциску, по-видимому, удалось именно это. Но несмотря на всю окружающую вас нужду, идея создания новых монашеских орденов не кажется особенно увлекательной в нашу эпоху видеохристианства. К тому же, юные и дерзкие, вы больше жаждете делать добро в той или иной Южной Африке, чем по соседству, и охотнее откажетесь от любимого лимонада, чем вступите в нищий квартал. Поэтому никто не рекомендует вам бедность. Все, что вам можно предложить, — быть осторожнее с деньгами, ибо нули в ваших счетах могут превратиться в ваш духовный эквивалент.

Что касается бедности, скука — самая жестокая часть ее несчастий, и бегство от нее принимает более радикальные формы: бурного восстания или наркомании. Обе временные, ибо несчастье бедности бесконечно; обе вследствие этой бесконечности дорогостоящи. Вообще, человек, всаживающий героин себе в вену, делает это главным образом по той же причине, по которой вы покупаете видео: чтобы увернуться от избыточности времени. Разница, однако, в том, что он тратит больше, чем получает, и его средства спасения становятся такими же избыточными, как то, от чего он спасается, быстрее, чем ваши. В целом, тактильная разница между иглой шприца и кнопкой стерео приблизительно соответствует различию между остротой и тупостью влияния времени на неимущих и имущих. Короче говоря, будь вы богаты или бедны, рано или поздно вы пострадаете от избыточности времени.

Потенциально имущие, вам наскучит ваша работа, ваши друзья, ваши супруги, ваши возлюбленные, вид из вашего окна, мебель или обои в вашей комнате, ваши мысли, вы сами. Соответственно, вы попытаетесь найти пути спасения. Кроме приносящих удовлетворение вышеупомянутых игрушек, вы сможете приняться менять места работы, жительства, знакомых, страну, климат; вы можете предаться промискуитету, алкоголю, путешествиям, урокам кулинарии, наркотикам, психоанализу.

Впрочем, вы можете заняться всем этим одновременно; и на время это может помочь. До того дня, разумеется, когда вы проснетесь в своей спальне среди новой семьи и других обоев, в другом государстве и климате, с кучей счетов от вашего турагента и психоаналитика, но с тем же несвежим чувством по отношению к свету дня, льющемуся через окно. Вы натягиваете ваши кроссовки и обнаруживаете, что у них нет шнурков, за которые бы вы выдернули себя из того, что вновь приняло столь знакомый облик. В зависимости от вашего темперамента или возраста вы либо запаникуете, либо смиритесь с привычностью этого ощущения; либо вы еще раз пройдете через мороку перемен.

Невроз и депрессия войдут в ваш лексикон; таблетки — в вашу аптечку. В сущности, нет ничего плохого в том, чтобы превратить жизнь в постоянный поиск альтернатив, чехарду работ, супругов, окружений и т.д., при условии, что вы можете себе позволить алименты и путаницу в воспоминаниях. Это положение, в сущности, было достаточно воспето на экране и в романтической поэзии. Загвоздка, однако, в том, что вскоре этот поиск превращается в основное занятие, и ваша потребность в альтернативе становиться равна ежедневной дозе наркомана.

Однако, из этого существует еще один выход. Не лучший, возможно, с вашей точки зрения, и не обязательно безопасный, но прямой и недорогой. Те из вас, кто читал «Слугу слуг» Роберта Фроста, помнят его строчку: «Лучший выход — всегда насквозь». И то, что я собираюсь предложить — вариация на эту тему.

Когда вас одолевает скука, предайтесь ей. Пусть она вас задавит; погрузитесь, достаньте до дна. Вообще, с неприятностями правило таково: чем скорее вы коснетесь дна, тем тем быстрее выплывете на поверхность. Идея здесь, пользуясь словами другого великого англоязычного поэта, заключается в том, чтобы взглянуть в лицо худшему. Причина, по которой скука заслуживает такого пристального внимания, в том, что она представляет чистое, неразведенное время во всем его повторяющемся, избыточном, монотонном великолепии.

Скука — это, так сказать, ваше окно на время, на те его свойства, которые мы склонны игнорировать до такой степени, что это уже грозит душевному равновесию. Короче говоря, это ваше окно на бесконечность времени, то есть на вашу незначительность в нем. Возможно, этим объясняется боязнь одиноких, оцепенелых вечеров, очарованность, с которой мы иногда наблюдаем пылинку, кружащуюся в солнечном луче, — и где-то тикают часы, стоит жара, и сила воли на нуле.

Раз уж это окно открылось, не пытайтесь его захлопнуть; напротив, широко распахните его. Ибо скука говорит на языке времени, и ей предстоит преподать вам наиболее ценный урок в вашей жизни — урок, которого вы не получили здесь, на этих зеленых лужайках — урок вашей крайней незначительности. Он ценен для вас, а также для тех, с кем вы будете общаться. «Ты конечен», — говорит вам время голосом скуки, — «и что ты ни делаешь, с моей точки зрения, тщетно». Это, конечно, не прозвучит музыкой для вашего слуха; однако, ощущение тщетности, ограниченной значимости ваших даже самых высоких, самых пылких действий лучше, чем иллюзия их плодотворности и сопутствующее этому самомнение.

Ибо скука — вторжение времени в нашу систему ценностей. Она помещает ваше существование в его — существования — перспективу, конечный результат которой — точность и смирение. Первая, следует заметить, порождает второе. Чем больше вы узнаете о собственной величине, тем смиреннее вы становитесь и сочувственней к себе подобным, к той пылинке, что кружится в луче солнца или уже неподвижно лежит на вашем столе. Ах, сколько жизней ушло в эти пылинки! Не с вашей точки зрения, но с их. Вы для них то же, что время для нас; поэтому они выглядят столь малыми.

«Помни меня», —
шепчет пыль.

Ничто не могло бы быть дальше от душевного распорядка любого из вас, юные и дерзкие, чем настроение, выраженное в этом двустишии немецкого поэта Питера Хухеля, ныне покойного.

Я процитировал его не потому, что хотел заронить в вас влечение к вещам малым — семенам и растениям, песчинкам или москитам — малым, но многочисленным. Я привел эти строчки, потому что они мне нравятся, потому что я узнаю в них себя и, коли на то пошло, любой живой организм, который будет стерт с наличествующей поверхности. «Помни меня», — говорит пыль. И слышится здесь намек на то, что, если мы узнаем о самих себе от времени, вероятно, время, в свою очередь, может узнать что-то от нас. Что бы это могло быть? Уступая ему по значимости, мы превосходим его в чуткости.

Что означает — быть незначительным. Если требуется парализующая волю скука, чтобы внушить это, тогда да здравствует скука. Вы незначительны, потому что вы конечны. Однако, чем вещь конечней, тем больше она заряжена жизнью, эмоциями, радостью, страхами, состраданием. Ибо бесконечность не особенно оживлена, не особенно эмоциональна. Ваша скука, по крайне мере, говорит об этом. Поскольку ваша скука есть скука бесконечности.

Уважайте, в таком случае, ее происхождение — и, по возможности, не меньше, чем свое собственное. Поскольку именно предчувствие этой бездушной бесконечности объясняет интенсивность человеческих чувств, часто приводящих к зачатию новой жизни. Это не значит, что вас зачали от скуки или что конечное порождает конечное (хотя и то и другое может звучать правдоподобно). Это скорее наводит на мысль, что страсть есть привилегия незначительного.

Поэтому старайтесь оставаться страстными, оставьте хладнокровие созвездиям. Страсть, прежде всего, — лекарство от скуки. И еще, конечно, боль — физическая больше, чем душевная, обычная спутница страсти; хотя я не желаю вам ни той, ни другой. Однако, когда вам больно, вы знаете, что, по крайней мере, не были обмануты (своим телом или своей душой). Кроме того, что хорошо в скуке, тоске и чувстве бессмысленности вашего собственного или всех остальных существований — что это не обман.

Вы могли бы также испробовать детективы или боевики — нечто, отправляющее туда, где вы не бывали вербально / визуально / ментально прежде — нечто, длящееся хотя бы несколько часов. Избегайте телевидения, особенно переключения программ: это избыточность во плоти. Однако, если эти средства не подействуют, впустите ее, «швырните свою душу в сгущающийся мрак». Раскройте объятия, или дайте себя обнять скуке и тоске, которые в любом случае больше вас. Несомненно, вам будет душно в этих объятиях, но попытайтесь вытерпеть их сколько можете и затем еще немного. Самое главное, не думайте, что вы где-то сплоховали, не пытайтесь вернуться, чтобы исправить ошибку. Нет, как сказал поэт: «Верь своей боли». Эти ужасные медвежьи объятия не ошибка. И все, что вас беспокоит, — тоже. Всегда помните, что в этом мире нет объятий, которые в конце концов не разомкнутся.

Если вы находите все это мрачным, вы не знаете, что такое мрак. Если вы находите это несущественным, я надеюсь, что время докажет вашу правоту. Если же вы сочтете это неуместным для такого торжественного события, я с вами не соглашусь.

Я бы согласился, знаменуй это событие ваше пребывание здесь, но оно знаменует ваш уход. К завтрашнему дню вас здесь уже не будет, поскольку ваши родители заплатили только за четыре года, ни днем больше. Так что вы должны отправиться куда-то еще, делать карьеру, деньги, обзаводиться семьями, встретиться со своей уникальной судьбой. Что касается этого куда-то, ни среди звезд, ни в тропиках, ни рядом в Вермонте скорее всего не осведомлены об этой церемонии на лужайке в Дармуте. Нельзя даже  поручиться, что звук вашего оркестра достигает Уайт-Ривер-Джанкшн.

Вы покидаете это место, выпускники 1989 года. Вы входите в мир, который будет населен гораздо плотнее этой глуши, и где вам будут уделять гораздо меньше внимания, чем вы привыкли за последние четыре года. Вы полностью предоставлены себе. Если говорить о вашей значимости, вы можете быстро оценить ее, сопоставив ваши 1100 с 4,9 миллиарда мира. Благоразумие, следовательно, столь же уместно при этом событии, как и фанфары.

Я не желаю вам ничего, кроме счастья. Однако будет масса темных и, что еще хуже, унылых часов, рожденных настолько же внешним миром, насколько и вашими собственными умами. Вы должны будете каким-то образом против этого укрепиться; в чем я и попытался вам помочь здесь моими малыми силами, хотя этого очевидно недостаточно.

Ибо то, что предстоит вам, — замечательное, но утомительное странствие; вы сегодня садитесь, так сказать, на поезд, идущий без расписания. Никто не может сказать, что вас ожидает, менее всего те, кто остается позади. Однако, единственное, в чем они могут вас заверить, что это путешествие в один конец. Поэтому попытайтесь извлечь некоторое утешение из мысли, что как бы ни была неприятна та или иная станция, стоянка там не вечна. Поэтому вы никогда не застревайте – даже когда вам кажется, что вы застряли; это место сегодня становится вашим прошлым. Отныне оно будет для вас уменьшаться, ибо этот поезд в постоянном движении. Оно будет для вас уменьшаться, даже когда вам покажется, что вы застряли… Поэтому посмотрите на него в последний раз, пока оно еще имеет свои нормальные размеры, пока это еще не фотография. Посмотрите на него со всей нежностью, на которую вы способны, ибо вы смотрите на свое прошлое. Взгляните, так сказать, в лицо лучшему. Ибо я сомневаюсь, что вам когда-либо будет лучше, чем здесь.

Иосиф Бродский, речь перед выпусниками Дармутского колледжа, 1989 год. 

P.S. Рубрика «Назад в будущее» обновляется каждую неделю в четверг. Уважаемые читатели, если у вас есть идеи текстов для нее, пожалуйста, напишите нам на почту или в телеграме. 

Сообщение Похвала скуке появились сначала на Идеономика – Умные о главном.

Слова бьют не так больно, как камни. Но давайте не будем обманывать самих себя. Мы знаем, что некоторые слова действительно причиняют боль. Например, оскорбления. В новом исследовании ученые из Утрехтского университета в Нидерландах обнаружили, что слышать оскорбления — все равно что получить лексическую «мини-пощечину», независимо от того, направлено ли оскорбление на вас или на другого человека. 

Почему оскорбления будут всегда привлекать внимание

Некоторые слова и фразы скучны, а другие увлекательны. Некоторые придают силы, другие призваны подавить вас. Иногда, когда люди говорят о любви или с любовью, мы начинаем ощущать то же самое. И наоборот, речь, полная ненависти, заставляет почувствовать беспокойство, тревогу, возможно, даже ненависть к себе.

Пока недостаточно хорошо изучено, как именно язык регулирует эмоции, но исследования показывают, что слова оказывают как психологическое, так и физиологическое воздействие. В одном из них Мария Рихтер и ее коллеги наблюдали за нейронной реакцией людей, которые слушали или читали негативные слова. Они обнаружили, что это усиливает имплицитную обработку (IMP) в субгенуальной передней части поясной извилины коры головного мозга (sACC) — что это просто технический способ произнесения негативных слов, высвобождающих гормоны стресса и тревоги.

В другом аналогичном исследовании ученые обнаружили, что дети с высоким уровнем негативного внутреннего диалога имели более высокий уровень тревожности.

Теперь мы знаем, что негативные высказывания имеют как краткосрочные, так и долгосрочные последствия для познания и эмоционального благополучия. Но как насчет глубоко обидных высказываний, таких как оскорбления?

Будучи высокосоциальным видом, люди научились строить сложные социальные сети и иерархии, от скромных племен до могущественных империй. Сотрудничество — один из ключей к успеху. Но также это говорит о том, что если человека не уважают или не ценят в сообществе, скорее всего, ему не удастся достичь процветания — а в какой-то момент истории он вообще не выживет.

Неудивительно, что оскорбления, которые наносят вред репутации и положению в обществе, пронзают наш слух как стрела.

Исследователи во главе с Марийн Струиксма хотели узнать больше о восприятии оскорбления в сравнении с комплиментами. В рамках более широкого исследовательского проекта, изучающего связь между языком и эмоциями, они решили выяснить, насколько каждый тип высказываний чувствителен к повторению (т.е. как мы реагируем, слыша одно и то же оскорбление или комплимент снова и снова?). 

«Проект сосредоточен на связи между языком и эмоциями, и нет лучшей темы для изучения этой связи, чем оскорбления и комплименты. Пословица «Хоть горшком назови, только в печку не ставь» заучена детьми для ответа на издевательства. Однако мы считаем, что слова причиняют боль. Более того, в отличие от комплиментов, эффект которых быстро проходит, оскорбления не теряют своей остроты. В данном исследовании главной целью было собрать неформальные наблюдения и изучить их в лаборатории. Мы хотели найти доказательства быстрой адаптации к повторяющимся комплиментам и устойчивой реакции на словесные оскорбления и в случае успеха определить, на какой стадии (стадиях) языковой обработки это происходит», — говорит Струиксма.

Лексическая пощечина

Исследователи использовали электроэнцефалографию и проводящие электроды, подключенные к коже головы 79 женщин-добровольцев. Каждая участница прочитала вслух серию повторяющихся утверждений, которые передавали три разных значения: оскорбления («Линда отвратительная»), комплименты («Линда производит впечатление») и нейтральный смысл («Линда голландка»). Слова, относящиеся к оскорблениям, были довольно мягкими для людей, привыкших к интернет-троллингу, но, как выяснилось позже, даже они задевали чувства. 

«Во время предварительного тестирования наших материалов нужно было составить длинный список оскорблений. Мы прошли долгий путь. К счастью, нам помогали ассистенты. Но когда мы консультировались с участницами, то узнали, что оскорбления имеют свойство устаревать!» — говорит Струиксма.

Половина участниц читала три набора утверждений, используя собственное имя, в то время как другая половина использовала чужое. Участницы во время эксперимента ни с кем не общались, но им говорили, что это высказывания трех разных людей.

Исследование реакции людей на оскорбительную лексику — непростая задача, ведь намеренно подвергать людей обидным вещам неэтично в любой форме.

Но, несмотря на очевидные ограничения лабораторного исследования, в котором не было реального человеческого взаимодействия, а оскорбления наносились вымышленными людьми, участники все-таки их ощутили.

Данные ЭЭГ показали, что услышанное оскорбление вызывает изменения в амплитуде P2, волнового компонента потенциала, связанного с событиями, измеренного на коже головы человека. Эти эффекты регистрировались независимо от того, на кого было направлено оскорбление, и оказались устойчивыми при повторении.

«Основные выводы заключаются в том, что мозг быстро реагирует на оскорбления и комплименты, и реакция сильнее на обидные слова. Этот ранний компонент P2 в сигнале ЭЭГ указывает на очень быстрый и стабильный захват эмоционального внимания, вызванный извлечением смысла оскорблений и комплиментов из долгосрочной памяти. Разница в реакции между оскорблениями и комплиментами становится более заметной со временем. Поэтому даже после многократного повторения оскорбления наносят «мини-пощечину». Это открытие относится к сильно негативным оценочным словам, которые автоматически привлекают внимание во время лексического поиска. Примечательно, что мы обнаружили это в лабораторном эксперименте без какого-либо реального взаимодействия между говорящими. Это не только свидетельствует о нашей чувствительности к нежелательному социальному поведению, но и согласуется с идеей о том, что оценка такого поведения происходит автоматически», — говорит Струиксма.

Комплименты также вызвали эффект Р2, но не такой сильный, как оскорбления. Когда в комплиментах или оскорблениях использовалось имя участника, сигнал P2 был сильнее, а кожная проводимость (показатель возбуждения) выше, чем в случаях, когда участников не называли по имени. Возможно, существует эволюционное давление, которое объясняет, почему люди стали так восприимчивы к комплиментам и оскорблениям, особенно когда они направлены на нас самих.

«Оскорбления, направленные в ваш адрес, представляют серьезную угрозу как для вас, так и для вашей репутации. Для представителей ультрасоциального вида, который специализируется на сотрудничестве за пределами семьи, не следует воспринимать легкомысленно угрозы репутации. Также оскорбления наносят вред окружающим, они дают информацию о том, кто собирается это сделать, и сигнализируют о социальном конфликте в окружении или в группе. Представители ультрасоциальных видов обращают внимание на такие словесные «пощечины». Для вида, активно вовлеченного в сотрудничество, проявление агрессии (например, словесной или физической пощечины) автоматически вызывает негативные эмоции у объекта этой агрессии, а также у свидетелей», — объясняет Струиксма.

По словам исследователя, эти результаты дополняют совокупность доказательств, свидетельствующих о склонности людей к негативизму, избирательно уделяя больше внимания отрицательным, а не положительным словам и ситуациям.

«Исследование склонности к негативизму показало, что люди особенно чувствительны к отрицательным событиям: они не только привлекают больше внимания и требуют более интенсивной обработки, чем нейтральные, но и чаще происходят по сравнению с позитивными моментами. Как и следовало ожидать, аналогичные механизмы захвата внимания и последующей усиленной обработки действуют, когда люди читают или слушают эмоциональную речь. В настоящее время причины такой предвзятости обсуждаются. Одни утверждают, что это просто отражение статистических свойств окружающей среды, а другие предлагают эволюционный анализ, включающий степень влияния негативных и позитивных стимулов на приспособленность. Склонность к негативизму не гарантирует, что каждый отрицательный стимул или набор стимулов привлечет больше внимания, чем позитивный. В конце концов, запутавшийся шнурок — это гораздо менее эмоциональное событие, чем рождение ребенка. Предвзятость негатива реальна, но она существует как обычное явление, возникающее по причинам, которые еще предстоит полностью объяснить».

Сообщение Лексический удар: почему люди тяжело переживают словесные оскорбления появились сначала на Идеономика – Умные о главном.

Влияние прогресса на жизнь людей часто обсуждается так, как будто оно сказывается одинаково на всех жителях всех частей мира. Известный британский экономист, основатель крупной консалтинговой компании Capital Economics Роджер Бутл в своей книге «Искусственный интеллект и экономика» говорит о том, что развитие всегда усиливало неравенство, хотя история и сглаживает эти моменты средними показателями роста. В главе «Победители и проигравшие» Бутл рассказывает о том, почему не все смогут адаптироваться к глобальным технологическим изменениям.

Люди бывают разными

Прочитав большое количество прогнозов о возможной безработице, которую принесет революция, связанная с внедрением искусственного интеллекта и робототехники, можно подумать, что человечество столкнулось с чем-то совершенно новым, никогда не появлявшимся в истории до наступления современной эпохи экономического прогресса.

Мировой экономике, как и экономикам отдельных государств, лишь изредка удавалось адаптироваться к широкомасштабным и глубоким технологическим изменениям без серьезных последствий для населения. Средние и совокупные статистические данные демонстрируют прогресс, но за ними часто скрываются человеческие трагедии. Хотя на замену исчезающим рабочим местам и целым специальностям экономика, испытавшая технологические перевороты, предлагает новые должности и профессии — все равно отдельные люди, их группы и сообщества, а иногда даже регионы и страны не могут с легкостью переключиться на только что возникшие и пользующиеся спросом виды деятельности.

Все это было характерно не только для грязной и дымной эпохи промышленной революции XIX в. На большей части территории Европы и Северной Америки начало деиндустриализации и глобализации в 1980-х и 1990-х гг. произвело опустошительное воздействие на ряд крупных регионов и слои населения. Некоторые последствия этой «экологически чистой» для западного мира фазы экономического прогресса можно увидеть и сегодня.

В 1980-х гг. экономика Великобритании претерпела серьезные преобразования в результате так называемой революции Тэтчер. Это повлекло за собой создание множества новых рабочих мест, в основном в сфере услуг. Но это привело и к уничтожению миллионов старых рабочих мест, особенно в обрабатывающей промышленности и, что оказалось наиболее болезненным, в добыче угля. Многие люди, оставшиеся без работы, так и не смогли оправиться от этих экономических и социальных потрясений. Нетрудно понять, что 50-летнему мужчине-шахтеру очень тяжело переквалифицироваться в сотрудника кол-центра — в новой профессии работали одни женщины.

Данная ситуация коснулась не только отдельных людей. Поскольку экономическая деятельность, пострадавшая от технологических и политических изменений, была довольно узко сконцентрирована географически, тяжелые времена испытали как местные сообщества, так и целые регионы, которые до сих пор еще не полностью пришли в себя после утраты основных источников дохода, занятости и — в определенной мере — даже самоидентификации.

[…]

Даже если я был полностью прав, утверждая, что грядущая интеллектуальная революция сможет обогатить человечество буквально в каждом аспекте, все равно преимущества, которые она дает, не будут распределяться равномерно. В реальности положение некоторых людей станет лишь хуже, и не только относительно, но и абсолютно, как это уже случалось в первые десятилетия давно ушедшей в историю Первой промышленной революции и как это происходит прямо сейчас в большинстве индустриальных стран после того, как традиционные источники занятости пришли в упадок. В эпоху искусственного интеллекта такая судьба может постичь миллионы людей в Америке и других развитых странах, даже если рабочих мест будет достаточно.

Доказательства растущего неравенства

Начнем с фактов. Или скорее с того, что мы считаем фактами. Ибо, как и многие другие важные вопросы экономики, даже фактологические аспекты многих проблем нередко вызывают ожесточенные споры.

Существуют основания полагать, что в последние годы распределение доходов и богатства становится все более неравномерным. По словам голландского историка Рутгера Брегмана, пропасть между богатыми и бедными «сейчас сделалась шире, чем в Древнем Риме, несмотря на то что экономика последнего целиком базировалась на рабском труде». Преувеличение это или нет — сказать трудно, однако статистика действительно показывает заметный рост неравенства.

С 1962 по 1979 г. среднегодовой рост реального располагаемого дохода в США для людей в нижнем квинтиле распределения доходов составлял почти 5,5%, в то время как для людей в верхнем квинтиле он был меньше 2%. Однако в период с 1980 по 2014 г. для нижнего квинтиля средний прирост доходов уже оказался близок к 0%, а для верхнего квинтиля он возрос до 2,8%. В 1980 г. на верхний квинтиль дохода приходилось 44% от общего дохода населения после уплаты налогов, при этом один лишь верхний перцентиль приносил целых 8,5%. К 2014 г. эти доли уже выросли до 53% и 16% соответственно.

Такое положение дел отмечается не во всех странах — в Великобритании, например, ситуация выглядела иначе. Продолжим, однако, рассматривать США в качестве удобного примера. Почему там наблюдается такой явный рост неравенства? Экономисты все время спорят по этому вопросу (и, вероятно, никогда не прекратят); тем не менее практически все готовы согласиться с тем, что в основе данного процесса лежат два основных фактора: глобализация и технологические изменения. Какой из факторов важнее — вот вопрос, который заставляет теоретиков постоянно сшибаться лбами.

Неравенство и глобализация

Аргумент насчет глобализации вполне очевиден. Открытие Китая и других развивающихся рынков для мировой экономики фактически добавило пару миллиардов человек в мировую рабочую силу. При этом дополнительная конкуренция на рынке труда не распределялась равномерно по всем категориям, а концентрировалась на нижнем уровне, где сосредоточены низкоквалифицированные профессии, а это, естественно, самым худшим образом сказалось на заработной плате соответствующих работников в развитых странах.

А вот работники более высоких уровней получили от этого очень приличную выгоду. Мало того, что они не пострадали от прямой конкуренции, — теперь у них появилась возможность покупать многие товары и услуги дешевле, чем раньше. И это относится не только к миллионам представителей развивающихся рынков, которые стали жить намного лучше, но и к обеспеченным гражданам Запада, также весьма выигравшим от глобализации.

Кроме того, глобализация, добавив пару миллиардов рабочих рук на трудовые рынки развитого мира, почти не привнесла в экономику дополнительного капитала. Тем самым она увеличила отдачу на капитал (т.е. прибыль держателей капитала) за счет отдачи от труда (т.е. заработной платы тех, кто производит продукцию). Поскольку владение активами сосредоточено в верхней части шкалы распределения доходов, это также усилило экономическое расслоение, по крайней мере в развитых странах. (Стоит, однако, подчеркнуть, что в мировом масштабе глобализация значительно сократила неравенство, увеличив доходы миллионов бедняков в Китае и в других прежде отсталых странах за его пределами.)

Технологический фокус

Объяснить влияние технологии тоже сравнительно несложно, однако тут существует один интересный подвох, важность которого необходимо правильно оценить. Итак, простым моментом является та же самая экономия рабочей силы, продолжающаяся и сегодня, по большей части благодаря компьютерам и связанным с ними автоматизированным инструментарием.

А подвох в том, что коммуникационная революция вызвала распространение рынков, работающих по принципу «победитель получает все». На традиционных рынках уровень дохода обычно связан с абсолютными результатами, однако на рынках, где соревнование идет по «кубковой» системе, доходы конкурирующих фирм являются следствием относительной результативности. Одним из ключевых факторов, ранее ограничивавших масштабы распространения и деятельности таких рынков, было расстояние между производством и потреблением, что позволяло второсортному- третьесортному местному поставщику оставаться в бизнесе и даже процветать. Но теперь благодаря цифровым технологиям расстояние больше не является препятствием. В итоге рынок всего мира объединился и каждый из нас получил доступ к лучшим поставщикам услуг на глобальном уровне.

Более того, цифровые товары позволяют получить огромную экономию при масштабировании бизнеса. Это позволяет лидеру рынка уничтожить любого конкурента и получить хорошую прибыль. После покрытия основных затрат каждая дополнительная произведенная единица цифровой продукции новых затрат почти не требует. Результат этого явления — монополизация рынка со всеми ее обычными последствиями. Утверждается, например, что Amazon занимает почти 75% рынка электронных книг[…], а Google оккупировал 90% рынка поисковой рекламы.

Победители в новом цифровом мире обретают невиданные ранее масштабы известности. Один из примеров — успех книг и фильмов Дж. К. Роу линг о Гарри Поттере. Другой — корейская поп-песня Gangnam Style и танец, показанный в ее клипе. Если вы, читатель, не посмотрели хоть раз видео с этой песней на YouTube (неважно, пытались ли вы станцевать под нее), то вы, конечно, все еще остаетесь представителем нескольких миллиардов людей, которые прошли мимо этого хита, однако 2,4 млрд человек его уже успели увидеть и число их растет до сих пор. Такой размер аудитории просто беспрецедентен.

Огромные состояния, накопленные таким образом, затем приводят к обогащению представителей «второй линии», обслуживающих сверхбогатую элиту. В конце концов, если бы Джоан Роулинг когда-либо потребовались юристы, она наверняка наняла бы самых лучших из них. Вряд ли бы ей пришло в голову сэкономить на этом и прибегнуть к услугам более низкого качества.

В этом нет абсолютно ничего нового. Великий экономист Альфред Маршалл (Alfred Marshall, учитель Кейнса) в свое время писал: «Богатый клиент, чья репутация, состояние или и то и другое поставлены на карту, вряд ли сочтет слишком высокой цену услуг самого лучшего специалиста, какого только можно найти».

Эрик Бринолфссон и Эндрю Макафи приводят в качестве примера спортсмена О. Джея Симпсона, заплатившего адвокату Алану Дершовицу миллионы за судебную защиту. Разумеется, услуги Дершовица нельзя оцифровать и продать миллионам людей подобно тому, как были проданы «услуги» самого Симпсона. Тем не менее о Дершовице говорят так: «Он —суперзвезда — симбионт, который извлекает выгоду из успеха своих клиентов — суперзвезд, чей труд напрямую связан с оцифровкой продукции и распространением ее по сетям».

Этот разговор о писателях и спортсменах — суперзвездах может создать впечатление, будто система «победитель получает все» применима только к очень немногим и весьма специальным рынкам. Но этот вывод ошибочен, поскольку рынки такой структуры теперь существуют в очень многих отраслях экономики и сферах человеческой жизни. Зачем слушать оркестр с рейтингом икс, если можно послушать лучший в мире? Зачем учиться у профессора вашего местного университета, если с вами могут удаленно работать лучшие профессора Оксфорда или Гарварда? Зачем нанимать бухгалтера 10-го класса, инвестиционного банкира, хирурга или кого-то еще, если вместо них вы можете нанять лучших? Короче говоря, зачем соглашаться на меньшее, если за соответствующие деньги можно приобрести самое лучшее?

На этот вопрос есть ответ: все зависит от обстоятельств. Там, где услуги оцифрованные и нет ограничений на количество клиентов, отказываться от лучшего не будет никаких причин. В итоге любые поставщики услуг, кроме лучших, обанкротятся. Как сказали Бринолфссон и Макафи, «если бы мы предложили спеть знаменитую песню Satisfaction бесплатно, люди все равно предпочли бы платить за версию в исполнении Мика Джаггера».

Если же на количество клиентов, которых может обслуживать данный поставщик услуг, есть ограничения, то ситуация уже другая, однако результат расширения рынка в принципе остается тем же — это повышение рыночной стоимости ведущих специалистов за счет любых конкурентов. Возьмем для примера хирургию. Робототехника и искусственный интеллект теперь позволяют хирургам оперировать большее количество пациентов, но основные преимущества заключаются в повышении безопасности и надежности того, что они делают, и в том, что они могут работать на расстоянии — возможно, даже за тысячи миль от своих пациентов. В результате спрос на лучших хирургов все растет и растет: фактически они выходят теперь на глобальный рынок. Менее способные хирурги по-прежнему будут востребованы, но оплата у них останется значительно ниже — до тех пор, пока роботы и искусственный интеллект не повысят качество и надежность их работы до уровня лучших.

Марксизм по-новому?

Итак, глобализация и цифровые технологии — две мощнейшие силы, действующие уже в течение последних двух десятилетий и способствовавшие прогрессивному расслоению общества. И вот в этом мире постоянно растущего неравенства появляется француз, несущий интеллектуальные дары. В 2014 г. Томас Пикетти опубликовал книгу, объясняющую тенденцию к усилению неравенства иным весьма действенным образом и прогнозирующую его усиление. Его «Капитал в XXI веке» (Capital in the Twenty-First Century) стал международной сенсацией и стартовой площадкой для множества новых книг, научных статей и диссертаций.

Главный тезис Пикетти состоит в том, что распределение богатства и доходов будет становиться все более неравномерным, потому что, попросту говоря, прибыль на капитал превышает темпы экономического роста. Это означает, что богатство растет быстрее, чем национальный доход. Поскольку богатство в обществе сильно сконцентрировано среди малого процента населения, это неизбежно приведет к усилению социального и экономического неравенства.

Пикетти утверждает, что в Западной Европе так было всегда. По его словам, уже в XVIII и XIX вв. доходы стали чудовищно неравномерными. Конечно, драматические события начала и середины XX в.: Первая и Вторая мировые войны, Великая депрессия, появление государства всеобщего благосостояния и прогрессивного налогообложения, — внесли сюда некоторые коррективы, однако, по сути, они лишь замаскировали реальность. Теперь, говорит Пикетти, распределение богатства вернулось к тому состоянию, в котором оно было в конце XIX в., и если не принять
меры, оно будет становиться все более и более неравномерным.

[…] Если вы соглашаетесь с рассуждениями Пикетти и вдобавок верите, что роботы и искусственный интеллект сами по себе резко усиливают неравенство, то вам остается лишь признать, что мир, к которому мы движемся, будет представлять собой настоящую вакханалию несправедливости…

Подробнее о книге «Искусственный интеллект и экономика» читайте в базе «Идеономики».

Сообщение Победитель получает все: как прогресс усиливает неравенство появились сначала на Идеономика – Умные о главном.

Люди любят шаблоны. Иногда это полезно, но бывает и так, что… Не очень. Апофения — это общая тенденция обнаруживать несуществующие закономерности. Также известная как «шаблонность», апофения возникает, когда мы пытаемся делать прогнозы или искать ответы, основываясь на несвязанных событиях.

Апофения приводит к неправильным решениям. Например, многие люди выбирают цифры в лотереях, основываясь на датах рождения членов семьи. Однако такой подход не увеличит шансы на выигрыш, поскольку номера выбираются случайным образом. В редких случаях апофения бывает признаком психических расстройств. Давайте рассмотрим, как возникает апофения, как ее обнаружить и справиться с ней.

Наука об апофении

Апофения — это склонность к ошибочному обнаружению закономерностей или связей между несвязанными событиями, объектами или явлениями. Впервые этот термин использовал в 1958 году немецкий психиатр Клаус Конрад в ходе изучения шизофрении. Однако этот эффект функционирования мозга не ограничивается лишь данной формой психоза и в настоящее время широко признан в здравоохранении.

Конрад обнаружил, что при шизофрении у тех, у кого развилась «апофения», появлялись аномальные смыслы в повседневной жизни. Например, человек «видит» различные знаки, которые он интерпретирует как инструкции, предназначенные только для него. Он уверен, что любой опыт — это доказательство, что за ним наблюдают, о нем говорят, за ним следят или готовят к какому-то событию. На самом деле эти эпизоды не связаны между собой, не имеют никакого шаблона и не представляют какой-либо формы знака или инструкции. Бред шизофрении всепоглощающий, а иногда и ужасающий.

У здоровых людей апофения не приводит к таким тревожным последствиям, но оказывает значительное влияние на процесс принятия решений. Например, если вы проезжаете три зеленых светофора подряд и воспринимаете это как полосу везения. Из-за этой предполагаемой закономерности вы уверенно делаете ставку на скачки или футбольный матч. Ваше восприятие вероятной удачи приводит к принятию более опрометчивого финансового решения, чем если бы вы не заметили благоприятной закономерности.

Такая чрезмерная интерпретация закономерностей у здоровых людей вызвана эволюционным инстинктом выживания. Возможно, нашим предкам было полезно находить закономерности в повседневной жизни. Например, услышав шорох деревьев позади себя, они предполагали, что это ветер или хищник. Бегство из-за возможного появления хищника могло спасти им жизнь, а если это предположение оказалось ошибочным, то все равно не причинило бы никакого вреда. А предположение, что шорох вызван ветром, могло подвергнуть жизнь опасности. Следовательно, вера в ложноположительный результат, а не в ложноотрицательный, увеличивает шансы на выживание.

От забавных образов к финансовому риску

Апофения в легкой форме — это обычное явление, которое встречается во многих областях, таких как финансы, искусство и политика. Хотя обычно оно не сулит опасности, но иногда приводит к рискованному поведению или неправильным представлениям о значении закономерности. Вот некоторые области, где мы сталкиваемся с апофенией:

• Визуальные иллюзии. Видели ли вы когда-нибудь несуществующие образы в облаках, грязи, тосте или бытовых предметах? Например, феникса в облаках, человека на луне или лицо в сэндвиче. Парейдолия — распространенная форма апофении, связанная с образами. Для некоторых людей эти образы становятся важными знаками, например, посланием от любимого человека или символом чего-то грядущего. Художник Сальвадор Дали экспериментировал с парейдолией, чтобы создавать картины, на которых узнаются лица, несмотря на то, что картина ломает представление о том, как на самом деле выглядит лицо.
• Финансовые решения. В 2017 году психологи Зак Эллерби и Ричард Танни исследовали методы принятия решений. Они сообщили, что те, кто замечает иллюзорную закономерность, начинают верить, что исход события определяется не случайностью, а предыдущими результатами или решениями. Это приводит к тому, что человек делает выбор на основе совпадения вероятностей, а не выбирает вариант с лучшими шансами на успех. Например, игроки верят, что выигрыш близок, потому что видят закономерность в лотерейных номерах, колесе рулетки или на скачках. Если они не выигрывают два раза подряд, то закономерность создает у них твердую уверенность в третьем выигрыше. Это побуждает человека сделать крупную ставку — а это рискованное финансовое решение, основанное на предполагаемой закономерности. То же самое происходит на торгах или при вложениях в бизнес.
• Политические теории. Сплетая воедино различные знаки или совпадения, иррациональный набор убеждений превращается в теорию заговора. Например, в разгар пандемии некоторые люди считали, что у правительства есть скрытые мотивы для изоляции населения. Психологи выдвинули гипотезу, что поиск закономерности и теории заговора для объяснения политики правительства — это механизм преодоления для тех, кто чувствует, что их власть или безопасность находятся под угрозой. Однако вера в теорию заговора приводит к тому, что люди избегают научных доказательств и делают неправильный выбор.
• Психическое здоровье. Иногда апофения считается предвестником бредовых мыслей. Поиск смысла в случайностях описан исследователями как важный фактор в формировании паранормальных и бредовых убеждений. Также было обнаружено, что данный фактор связан с уязвимостью к шизофрении.

Баланс между принятием и управлением апофенией

Дали показал, что апофению можно использоваться как захватывающее средство для обнаружения зрительных паттернов, питающих ваше творчество. Однако важно внедрить стратегии, которые не позволят принимать рискованные решения или действовать на основании ошибочных убеждений из-за апофении.

Чтобы избежать ловушек апофении, следует обратить внимание на любые предвзятые предположения, которые вы делаете, сталкиваясь с ложными шаблонами. Например, три зеленых сигнала светофора подряд не имеют никакого отношения к шансам выиграть в лотерею в эти выходные.

Во-вторых, постарайтесь принять тот факт, что не все происходит по какой-то причине. У каждого есть взлеты и падения в жизни, и для этого нет очевидных оснований. Вы с большей вероятностью добьетесь успеха в долгосрочной перспективе, принимая рациональные решения на основе имеющихся фактов, а не ориентируясь на какие-то знаки Вселенной.

Наконец, проведите собственное исследование. Если вы думаете, что лошадь выиграет крупные скачки, потому что видели ее кличку в нескольких несвязанных ситуациях, не торопитесь делать ставку. По сравнению со «знаками» Вселенной, собственные исследования дадут более реалистичное представление о соотношении рисков.

Апофения помогает мыслить более творчески, но важные решения следует принимать, когда все факты ясны. Звучит очень захватывающе, когда несколько признаков указывают на то, что вам следует уйти с работы и начать собственный бизнес. Однако будьте критичны к мыслительным процессам и дайте себе время оценить реальность воспринимаемых закономерностей. Если, проведя множество маркетинговых исследований, составив финансовые прогнозы или даже начав бизнес параллельно основной работе, вы обнаружите, что новое предприятие успешно, то, возможно, пришло время сделать этот важный шаг.

Хотя апофения имеет эволюционную основу, вера в воспринимаемый шаблон приводит к более рискованным решениям. Чтобы защитить себя от недостатков апофении, обратите внимание на предвзятые мысли, смиритесь, что не все происходит по какой-то причине, и изучайте ситуацию со всех сторон, прежде чем принять решение.

Сообщение Под гнетом апофении: почему мы ищем закономерности там, где их нет появились сначала на Идеономика – Умные о главном.

За последние четыре десятилетия финансовые обстоятельства, в которых рождались дети, все больше определяли их будущее. Но новое масштабное исследование, основанное на миллиардах связей в социальных сетях, выявило важное исключение из этой модели, которое объясняет, почему определенные обстоятельства способствуют выходу из бедности.

Новое исследование показало, что для детей из бедных семей проживание в районах, где люди дружат с представителями других классов, значительно увеличивает доход во взрослой жизни. В исследовании, опубликованном в журнале Nature, были проанализированы дружеские отношения в Facebook* 72 млн человек.

Раньше было известно, что жители некоторых районов лучше устраняют барьеры на лестнице доходов, но неясно, почему. Новый анализ — крупнейший в своем роде — показал, что степень взаимосвязи богатых и бедных лучше, чем что-либо другое, объясняет, почему соседские дети преуспевают во взрослой жизни.

Эффект оказался глубоким. Исследование подтвердило, что если бедные дети росли в районах, где 70% их друзей были обеспеченными — типичный показатель дружбы для детей с более высокими доходами — это увеличивало их будущие доходы на 20%.

Эти межклассовые дружеские связи, которые исследователи назвали экономической сопричастностью, оказали более сильное влияние, чем качество образования, структура семьи, наличие работы или расовый состав сообщества. 

«Взросление в обществе с переплетением разных классов улучшает результаты детей и предоставляет больше шансов выбраться из бедности», — говорит Радж Четти, экономист из Гарварда и директор организации Opportunity Insights, которая изучает корни неравенства и факторы, способствующие экономической мобильности. Он был одним из четырех основных авторов исследования вместе с Йоханнесом Штробелем и Терезой Кухлер из Нью-Йоркского университета, а также Мэтью О. Джексоном из Стэнфорда и института Санта-Фе.

Результаты выявили недостатки многих попыток увеличить разнообразие, таких как школьные автобусы, зонирование и позитивные действия. В исследовании говорится, что для расширения возможностей недостаточно просто собрать людей вместе. Не менее важно, формируют ли они отношения.

«Людям, заинтересованным в создании экономической сопричастности, следует в равной степени сосредоточиться на привлечении к взаимодействию людей с разным доходом», — говорит Штробель.

По словам Джимариэль Боуи, ее семья относилась к классу ниже среднего. Ее родители развелись, а во время жилищного кризиса конца 2000-х годов потеряли работу и дома. Поэтому, когда в старших классах она подружилась с девочками из богатой части города, их образ жизни заинтриговал ее. Дома были больше, они питались иначе, а у родителей — врачей, юристов и пасторов — были другие цели и планы в отношении детей, включая поступление в университет.

«Моя мама внушала, что необходимо много работать — зная историю своей семьи, нужно быть лучше, добиваться большего, — рассказывает 24-летняя Боуи. — Но, например, я ничего не знала об экзаменах SAT, а родители моих друзей записали их на этот курс, и я подумала, что мне стоит это сделать».

Боуи стала первым человеком в семье, получившим высшее образование. Сейчас она адвокат по уголовным делам — а работу нашла через подругу одной из своих одноклассниц.

«Мой опыт знакомства с более обеспеченными людьми позволил войти в этот круг и понять, как мыслят другие люди, — говорит она. — Я абсолютно уверена, что это имело существенное значение».

Одного поля ягоды

Социальный капитал, то есть сеть взаимоотношений между людьми и то, как они влияют на них, давно интересует социологов. Впервые об этом упомянул школьный администратор в Западной Вирджинии Элджей Ханифан в 1916 году. С тех пор исследователи обнаружили, что общение с более образованными или обеспеченными людьми, начиная с детства, определяет стремления, поступление в университет и карьерный путь.

Но новое исследование впервые показало, что проживание в месте, способствующем таким связям, приводит к лучшим экономическим результатам. В эксперименте использовали значительно больший набор данных, чем в других исследованиях, а именно 21 млрд дружеских связей в Facebook*.

Исследователи ограничили анонимные данные активными пользователями соцсети. Они оценили доходы на основе почтовых индексов, университета, модели телефона, возраста и других характеристик.

Для каждого пользователя с низким уровнем дохода исследователи определили место проживания в настоящий момент и количество друзей с высоким уровнем дохода. Это дало представление о том, насколько экономически связан каждый район. Затем они сравнили новые данные с результатами более раннего исследования, в котором использовались налоговые записи и определили, насколько тот или иной район повышает экономические перспективы детей из малообеспеченных семей.

Исследователи также связали почти 20 млн пользователей как с их средней школой, так и с родителями на Facebook*. Используя эти связи, они повторили анализ, на этот раз на примере связей в старшей школе между детьми богатых и бедных родителей, чтобы оценить влияние отношений, завязавшихся в раннем возрасте. Аналогичный анализ они провели для подростков-пользователей Instagram*. Основываясь на более раннем анализе братьев и сестер, которые переехали в разном возрасте, исследователи показали, что разница заключается в месте проживания, а не в особенностях переехавших семей.

Все анализы привели к одинаковым результату: чем больше связей между богатыми и бедными, тем лучше район помогал детям выбраться из бедности. Другие характеристики, которые проанализировали исследователи, включая расовый состав района, уровень бедности и качество школьного образования, имели меньшее — или нулевое — значение для увеличения мобильности.

«Это важное дело, потому что, на мой взгляд, чего не хватает в Америке сегодня, и что катастрофически сокращается за последние 50 лет, так это «связующий социальный капитал» — неформальные связи, которые приводят к непохожим на нас людям, — говорит Роберт Патнэм, политолог из Гарварда, автор книг «Боулинг в одиночку» и «Наши дети», посвященных упадку социального капитала в США. — И это действительно большое дело, потому что дает ряд путей и подсказок, с помощью которых можно двигать страну в правильном направлении».

Имеют значение и другие виды социального капитала, например, уровень волонтерства в обществе и дружеские отношения с людьми из схожей среды. Тем не менее, новое исследование показывает, что даже там, где не хватает других видов социального капитала, роста межклассовых отношений достаточно, чтобы улучшить экономические перспективы детей. 

*Запрещённая в России социальная сеть.

Сообщение Ягоды с одного поля: межклассовые связи помогают добиться успеха появились сначала на Идеономика – Умные о главном.

Финансовая грамотность, то есть способность понимать, как работают деньги, — это тот секрет, что позволит взять под контроль ваши средства. Знание — сила, но одна лишь информация не ведет к преобразованиям.

Многие люди ставят финансовую грамотность превыше всего и считают, что повторение одних и тех же фактов о том, сколько денег следует хранить на сберегательном счете на случай чрезвычайных ситуаций, каким-то образом изменит их денежные привычки. Этот подход не учитывает человеческую натуру: многие из нас жаждут общения, новых впечатлений, пытаются стать частью сообщества. Большинство решений, связанных с деньгами, носят эмоциональный характер, и никакие подробные знания о процентных ставках этого не изменят.

Как финансовый терапевт, я постоянно сталкивалась с людьми, которые тратят деньги, руководствуясь эмоциями, а не логикой. Одна молодая пара, пришедшая ко мне на прием, была так увлечена «идеальной» свадьбой, что потратила крупный денежный подарок, предназначенный для первоначального взноса за дом, на организацию торжества. Другой клиент, чьи родители откладывали деньги на обучение в государственном колледже, чтобы не брать кредит, признался, что взял частный студенческий заем, чтобы оплатить семестр за границей и теперь ежемесячно оплачивает большой счет. Еще одна семья оплатила дорогостоящую поездку в Диснейленд с кредитной карты с нулевым процентом, пообещав себе (и мне), что погасит остаток до того, как ставка резко вырастет. Но в результате они затянули с выплатами и получили долг под 22% на несколько лет.

Эти люди не делали ничего «плохого». Большинство из нас поступает так же: мы принимает решения, связанные с деньгами, основываясь на чувствах. Я помогаю людям понять, как эмоции влияют на финансовые решения, оценить, идут ли их деньги туда, куда они хотят, практиковать финансовое самосострадание и знать, когда просить о помощи. Вот что я им говорю.

Все решения основаны на эмоциях

Крайне важно понимать, что эмоции управляют большинством решений. Например, мы знаем, что не следует читать с телефона в постели, потому что это вредит качеству сна, но все равно делаем это. Мы знаем, что для поддержания физического здоровья следует регулярно двигаться, но все равно откладываем упражнения на потом. То же самое происходит и с деньгами: мы знаем, что необходимо тратить меньше, чем зарабатываем, и откладывать деньги на будущее, но многим людям трудно это сделать.

Отношение человека к деньгам и эмоции, которые они вызывают, зарождаются в детстве. Детский мозг подобен губке, впитывающей информацию. Мы поглощаем то, что есть у наших сверстников (например, игрушки или одежду), то, что говорят наши опекуны (споры о счетах), то, что рекламируется по телевизору — и вкладываем в это какой-то смысл. По данным кембриджских исследователей, к семи годам у людей вырабатываются некоторые фундаментальные концепции, связанные с финансовым поведением.

Ребенок, выросший в семье, где родители часто покупали одежду и игрушки, слышал такие слова: «Ты не унесешь эти деньги в могилу, лучше потрать их, пока ты жив». Став взрослым, он будет склонен быстро тратить деньги. В противоположной ситуации ребенок, впитывающий в себя информацию о том, что говорить о деньгах «неприлично», или что люди, зарабатывающие много денег, «жадные», вырастет с чувством вины за работу в прибыльной сфере или с трудом будет говорить со своим партнером о деньгах.

Чтобы лучше понять свои отношения с деньгами, подумайте, какие чувства они у вас вызывают. Какие эмоции возникают, когда вы производите платеж по кредитной карте, получаете налоговый вычет или заключаете сделку? Чувствуете ли вы себя спокойно и уверенно? Или вы испытываете беспокойство? Возможно, вы чувствуете приятный прилив адреналина — все зависит от сценария.

Потратив неделю на запись эмоций, связанных с различными финансовыми ситуациями по мере их возникновения, вы определите стартовую позицию. Зафиксируйте свои ощущения при совершении покупки в интернете, перечислении денег другу, открытии счета или получения зарплаты. В конце недели просмотрите свои записи и выясните, какие возникли закономерности, раскрывающие что-то в ваших отношениях с деньгами. Любая информация полезна, будь то чувство неудобства, когда вы просите соседа по квартире внести его часть арендной платы, или беспокойство после большого шоппинга.

Составление бюджета часто приводит к обратному эффекту

Планирование бюджета — это краеугольный камень «правильного» обращения с деньгами. Но многие классические правила составления бюджета не подходят для множества людей. Традиционная мудрость в мире личных финансов гласит, что не следует тратить более 30% дохода на жилье. Известно ли вам, что это «правило» взято из руководства Министерства жилищного строительства и городского развития 1979 года, согласно которому на оплату государственного жилья должно тратиться не более 30% от дохода арендатора? Правило 30% даже не основано на личных финансах.

В районах с высокой стоимостью жизни требование тратить на жилье 30% зарплаты или меньше просто смехотворно. Например, человек, зарабатывающий в год $67860 (средняя зарплата обладателя диплома о высшем образовании в США) в Нью-Йорке, после уплаты налогов в месяц получает $4120. Согласно правилу 30%, ему не следует тратить на аренду больше $1236 в месяц. И это приемлемо, например, в Буффало. Но если человек живет в районе с более высокой стоимостью жизни, например, в Бруклине, где средняя арендная плата в феврале 2022 года составляла $3124, правило 30% просто неприменимо (особенно если вы зарабатываете меньше $67860, что характерно для многих людей).

Эти категории бюджета не только устаревшие и нереалистичные. Они не учитывают то, что люди хотят наслаждаться жизнью. Слишком часто нам говорят, что нужно урезать: латте, ужин вне дома, отпуск. Но нам всем нужны радость, отдых, маленькие удовольствия и забота о себе — вещи, которые часто подразумевают трату денег.

Еще более крупная проблема заключается в ошибках при планировании бюджета, которые сопровождаются стыдом. Многие люди говорят, что у них есть некий план бюджета, а другие не переживают, живя от зарплаты до зарплаты. Люди, которые все же хотят вести бюджет, пробуют план от эксперта по личным финансам, но только для того, чтобы «потерпеть неудачу» из-за перерасхода средств в определенной категории.

Затем люди начинают чувствовать стыд. Они думают: «Я такой глупый, потому что трачу слишком много денег. Я никогда не смогу придерживаться бюджета». Они вспоминают другие случаи, когда совершали денежные ошибки, например, забывали вовремя оплатить счет или превышали лимит по кредитной карте, когда были моложе. Эти воспоминания служат еще одним «доказательством»‎ неумения обращаться с деньгами. И в сочетании с другим негативным опытом, связанным с деньгами, это приводит к тому, что люди вообще отказываются от составления бюджета.

Я сторонница метода, в котором отслеживаются расходы, чтобы не тратить больше, чем зарабатываешь, но я не думаю, что для этого нужно придерживаться процентных долей, которые не подходят большинству людей.

Я рекомендую отслеживать расходы в течение нескольких недель, чтобы составить представление о том, сколько денег приходят и уходят, а еще лучше автоматизировать этот процесс, подключив финансовые счета к таким приложениям, как Mint или Personal Capital. Эти инструменты позволяют легко просматривать историю расходов за более длительный период (например, за 90 дней) и автоматически распределяют расходы по категориям, чтобы вы видели, сколько денег тратите на питание, жилье, коммунальные услуги, развлечения, кредиты и транспорт.

Точное представление о расходах поможет создать реалистичные финансовые цели, основанные на реальных тратах, а не на том, как, по мнению какого-то финансового специалиста, следует выглядеть вашей жизни. 

Практика финансового самосострадания

Психолог и специалист в области позитивной психологии Кристин Нефф определяет самосострадание как проявление благодарности к себе с помощью трех элементов: доброты к себе, общей человечности и осознанности. Общая человечность — идея о том, что «человеческий опыт несовершенен и все мы подвержены ошибкам», то есть недостатки, ошибки и разочарования универсальны. А осознанность — это «‎неосуждающее, восприимчивое состояние ума», когда вы с любопытством наблюдаете за своими мыслями и чувствами.

Таким образом, финансовое сострадание к себе — это способность признать, что все мы совершаем финансовые ошибки, и это нормально. В отличие от советов по личным финансам, в которых людей укоряют за ошибки, практика финансового сострадания к себе помогает людям относиться к себе проще.

Чтобы увидеть, как финансовое сострадание к себе работает на практике, представьте, что вы не оплатили вовремя счет по кредитной карте. Сначала потренируйтесь в осознанности. Сделав несколько глубоких вдохов, проявите доброту и гуманность по отношению к себе и скажите: «‎Хотя это и не идеально, но то, что я пропустил срок оплаты — не конец света. Нас не учат этому в школе, все эти незнакомые слова сбивают с толка и ошеломляют. Я не единственный, кто совершает ошибки с деньгами»‎.

Начав практиковать финансовое сострадание к себе, сохраняйте позитивный импульс. Переведите счет по кредитной карте в режим автоплатежа и установите в календаре напоминание о необходимости заглядывать в выписку по кредитной карте хотя бы раз в месяц.

Не позволяйте стыду помешать обратиться за помощью

Денежный стыд возникает, когда человек совершает ошибку, а затем убеждает себя, что он плохой. Это чувство имеет такую силу, потому что люди склонны держать большую часть финансовой жизни в тайне. Без открытых разговоров люди склонны считать, что другие более сообразительны, они осуждают себя, что не сильны в финансовых вопросах. Как финансовый психотерапевт я часто слышу такой вопрос: «‎Почему все остальные знают, что делать с деньгами, а я нет?»‎. Испытывая финансовый стыд, нам трудно обратиться за помощью, узнать больше о деньгах или предпринять необходимые шаги для улучшения финансового благополучия.

Исследователь и автор Брене Браун обнаружила четыре вещи, которые помогают избавиться от стыда: личная уязвимость, критическое осознание, обращение за помощью и проговаривание стыда. В своей работе я заметила, что осмысление ошибки, социальная поддержка и обозначение личной уязвимости — мощные шаги к устранению денежного стыда.

Допустим, вы немного разгулялись, совершая праздничные покупки для друзей, и только придя домой из магазина, поняли, сколько именно потратили (слишком много). В этом случае следует использовать такие приемы избавления от стыда: «‎Логично, что я потратил слишком много денег на подарки близким (личная уязвимость). Я не видел многих членов семьи уже два года, поэтому разволновался и потратил больше, чем планировал (осознание ошибки). Мне следует попросить друга, который знает, что я стараюсь тратить меньше, пойти со мной и вернуть эти вещи (социальная поддержка), а я с удовольствием подарю небольшие подарки».

Есть множество способов попросить о финансовой помощи. Начните с бесплатных ресурсов, например, слушайте подкасты о деньгах или возьмите книги по личным финансам в библиотеке. (Главное, найти эксперта, который не ругает аудиторию.) Если читать и слушать недостаточно, и вы все еще не уверены в том, как распоряжаться финансами, подумайте о том, чтобы пройти бесплатный или недорогой онлайн-курс от таких источников, как Clever Girl Finance или Ellevest. Онлайн-курсы охватывают все темы — от составления бюджета до погашения кредитов и инвестирования.

Наконец, если вам нужно более профессиональное финансовое руководство и поддержка, найдите платного специалиста по финансовому планированию, у которого есть опыт помощи людям в решении эмоциональных проблем, связанных с деньгами. Финансовый психотерапевт — тоже хороший вариант.

Празднуйте денежные победы

В своей работе по финансовой терапии я прошу клиентов рассказывать о случаях, когда они «правильно» обращались с деньгами. Они часто приводят такие примеры, как откладывание денег на отпуск, открытие пенсионного счета или оплата кредитной карты. После этого я прошу их рассказать о чувствах, связанных с этими позитивными финансовыми действиями. Я слышала такие ответы, как «спокойствие, гордость, сила, воодушевление»‎. Когда вы работаете над созданием здоровых отношений с деньгами, не забудьте сделать паузу и поблагодарить себя. 

Поскольку чувство стыда из-за денег часто омрачает способность праздновать те моменты, когда мы сделали положительный выбор, я рекомендую всем людям, работающим над финансовым планом, включить в него небольшие траты, которые принесут искреннюю радость и позволят гордиться победами. Возможно, вы не пьете латте каждый день, но балуете себя им раз в неделю. Или, если вы пытаетесь накопить на первоначальный взнос, отмечайте каждую отложенную сумму.

Празднование финансового успеха имеет огромную силу. Отмечая прогресс, мы подтверждаем, что способны улучшить свои отношения с деньгами. Исследования показали, что чем чаще мы испытываем чувство прогресса, этакую «маленькую победу»‎, тем больше вероятность, что мы будем продолжать позитивное поведение. А когда речь идет о финансах? Чем больше мы празднуем подобные победы, тем больше это подтверждает, что мы умеем обращаться с деньгами.

Сообщение Финансовое самосотрадание: как улучшить отношения с деньгами появились сначала на Идеономика – Умные о главном.

«Какова работа вашей мечты?»

«А я не мечтаю о работе», — сказал молодой сотрудник.

Услышав этот ответ, я улыбнулся и подумал, что многое изменилось с тех пор, как я сделал первые шаги в карьере. Тогда люди говорили: «Найди отличную компанию, выложись на максимум и, возможно, добьешься успеха». Своим детям, которым сейчас 23, 21 и 17 лет, я уже не даю таких советов — и на то есть веские причины.

В текущий момент времени, во времена Covid-19, рекордной инфляции и политических распрей, важно переосмыслить индустрию как целевую силу, направленную на глобальное улучшение. Рожденное цифровыми аборигенами с личной свободой воли и столкнувшееся с нехваткой рабочей силы, рекордным классовым расслоением и неприемлемой стоимостью жизни, поколение Z значительно изменило концепцию карьеры.

Накопление опыта

Не так давно я задал вопрос одной из наших работниц: «Почему вы пришли к нам, в Sanofi?». Она очень талантливый человек чуть за 30, с опытом работы в сфере венчурного капитала. Ее ответ меня удивил.

«Знания и работа в крупной медицинской компании — это необходимый для меня опыт. Поработав здесь какое-то время, я смогу основать собственную компанию», — объяснила она. И это после нескольких дней работы в компании.

Руководителям и бизнес-лидерам, таким как я, следует понимать, что современные таланты ориентируются на опыт. Раньше типичная карьера выглядела так: начинаешь работать в компании, поднимаешься по карьерной лестнице, получаешь повышение, а затем уходишь на пенсию. Менталитет изменился. Я считаю, что зарождается нечто новое. Талантливый специалист высшего уровня говорит: «С первого дня я привлеку свой опыт и помогу вам работать лучше. Но однажды я уйду, и вам не следует беспокоиться. Компания в момент моего ухода будет лучше, чем когда я пришел, но и я тоже стану лучше.

Переход к целеустремленности

Я работаю в сфере здравоохранения уже более 30 лет, и главное для меня — делать жизнь лучше. Даже в самый неудачный день чья-то жизнь становится лучше благодаря нашей работе. Нам следует придерживаться этого в отрасли, ориентированной на достижение цели. Сотрудникам важно чувствовать, что они работают в компании, которая соответствует их ценностям и приносит реальную пользу населению, которому служит.

Covid-19 открыл мне, моим коллегам и руководителям других крупных организаций глаза на идеалы поколения Z, основанные на ценностях, балансе между работой и личной жизнью, сомнении в статус-кво и стремлении к самореализации и значимости. Представители поколения Z, миллениалы и другие требуют от работодателей большего: прозрачности, уважения, сочувствия, устойчивости и поддержки для дальнейшего роста и развития. Они ожидают реальных действий от руководства в области многообразия и инклюзивности.

Мы — свидетели новой главы в жизни современных работников: слияния технологии и цели. Им просто надоело, что старшие и другие поколения пренебрегают жизненным опытом, недооценивают возможности и стоят на пути прогресса в решении насущных проблем: изменение климата, разрушение экономики и глобальные проблемы здравоохранения.

Не обремененные унаследованными обязательствами и не желающие ждать, пока мир изменится сам по себе, молодые люди ищут новые места, чтобы реализовать свои проекты, открывая таким образом новую эру самореализации. Опросы показывают, что почти две трети молодых людей планируют начать собственный бизнес в будущем.

Есть четыре момента, которые необходимо учитывать бизнес-лидерам всех уровней при поощрении сотрудников поколения Z:

• Раннее и частое общение: интегрируйте представителей поколения Z в компанию и создайте ощущение общности, понимания и связи с представителями разных подразделений и направлений. Общайтесь, когда появляются важные новости или неопределенные ситуации. Не забывайте проявлять сочувствие и старайтесь отвечать на вопросы, принимая во внимание различные возникающие мнения.
• Ставьте сложные задачи: сделайте так, чтобы молодые люди получали вызов и чувствовали, что постоянно учатся — имея сильного наставника, новые инструменты и тренинги. Заверьте их в том, что неудача — это важный элемент инноваций и создания основы для следующего нововведения.
• Используйте автоматизацию и искусственный интеллект для поддержки роста: новые приложения ИИ и другие технологические достижения помогают молодым сотрудникам в личной и коллективной самореализации. Не заставляйте людей набирать цифры в таблице Excel, лучше поручите эту задачу искусственному интеллекту, чтобы сотрудник уделял больше времени извлечению информации из данных и генерации решений, а не выполнению рутинных, повторяющихся задач.
• Создайте культуру слушания: на собраниях и при принятии ключевых командных решений предоставляйте молодым людям право голоса и возможность внести вклад в стратегическую деятельность и новые направления развития команды. Объединяйте молодых людей в небольшие и быстроразвивающиеся команды, чтобы им было легко взаимодействовать и обсуждать свой вклад.

На выпускном вечере моей дочери в Мичиганском университете журналистка и филантроп Мария Шрайвер произнесла тост в честь выпуска 2022 года: «Ваше поколение получило в подарок разорванную книгу правил, широко открытое поле, — сказала она. — Так много из того, что раньше называлось нормальным, выброшено за ненадобностью. Этот неопределенный момент, с которым столкнулись вы и наш мир, — невероятная возможность для вас».

Это захватывающее время для генерального директора. Быть творцами такого культурного сдвига означает необходимость признать, что таланты стремятся проводить меньше времени в организации, а нам нужно сделать так, чтобы их время было проведено с пользой. Я беру пример со своих детей и молодых поколений, учусь так же много, как и не учусь, пересматриваю отношение к рабочему пространству и то, что дает мне цель: урок всей жизни.

Сообщение Я пришел, чтобы уйти: поколение Z перевернуло приоритеты в мире труда появились сначала на Идеономика – Умные о главном.

Не самые свежие новости: мы работаем в эпоху персонального бренда. Сегодня на наши стили общения оказывают глубокое влияние социальные сети, а работники больше не стремятся сохранять верность одному предприятию в течение сорока лет. В связи с этим приходится уделять повышенное внимание тому, как мы представляем себя в профессиональном плане всему миру.

Возможно, это станет новостью, если вы немного эгоцентричны: ваш личный бренд — это не только вы сами. В профессиональном контексте личный бренд — это объединение компаний, в которых вы работали, должности, которую вы занимаете сейчас, опыта, который привел вас к этому, и достижений, которых вы добились не в одиночку, а сотрудничая с другими.

И даже все вместе, а также то, что люди видят в вашем профиле LinkedIn — это не ваш личный бренд в чистом виде. Это бренды команд, в которых вы состоите — от отдельных проектных групп до целой компании. И если эффективно управлять этими коллективными брендами, можно получить огромную пользу для карьеры.

В эпоху селфи делить с кем-то успех кажется нелогичным, поэтому давайте разберемся, как командный бренд помогает развить личный.

Что такое командный брендинг?

Брендинг команды — это процесс формирования восприятия коллектива другими людьми. Он проходит по той же схеме, что и все процессы управления брендом. Начните с определения: как следует воспринимать команду на основе коллективных навыков, сильных и слабых сторон и личностных качеств. Создание определения — это совместная работа для создания честной и согласованной точки зрения.

Отсюда следует, что команда стремится соответствовать этому представлению во всем: в том, как вы работаете над проектами, как делитесь успехами и, да, даже как показываете себя на праздничной вечеринке в офисе (если вы вообще помните то время, когда делали что-то подобное).

Пользуйтесь сильными сторонами коллег по команде (одновременно укрепляя собственные слабости)

Первый шаг — определение коллективного бренда. Для личного бренда это определение формируется изолированно и отражает одну точку зрения: вашу. Можно попросить помощи у наставников или союзников, но в конечном итоге вы создаете идеализированную версию себя, которую, как вы надеетесь, увидят и оценят.

Определение бренда команды и вашего места в ней устраняет фактор надежды и позволяет понять, что видят окружающие. Когда члены команды обсуждают роли, которые они играют по отношению друг к другу, они получают более четкое понимание сильных и слабых сторон.

Затем, когда персональные сильные и слабые стороны объединяются и представляются как коллективные возможности команды, сильные стороны одного человека маскируют слабые стороны другого. Каждому это дает преимущество более позитивного восприятия, пока за кулисами (и это просто дружеское предположение здесь) они избавляются от недостатков.

Создайте систему отчетности

Когда вы рассказываете о сильных сторонах через призму своего бренда, вам как бы приходится жить в соответствии с этими сильными сторонами. И в наш век полуанонимного язвительного общения с экрана, горе тем, кто так не делает.

Чем крупнее компания, тем больше вероятность того, что команда получит запросы от коллег, которых вы едва знаете. Но если у команды сильный бренд в компании, люди будут обращаться к вам, потому что доверяют вашей репутации и уверены, что вы оправдаете ожидания, связанные с вашим брендом.

Для моей команды это означает, что каждый запрос, который мы получаем, сопровождается синдромом самозванца, говорящим, что мы не сделаем это, что мы не такие эксперты, какими нас считают, что вся шарада вокруг нас рушится. (Ладно, ладно, возможно, это только у меня. Но все же!)

После нескольких глубоких вдохов тревога проходит, и мы приступаем к работе. И знаете что? Как правило, мы добиваемся результата. Не потому, что исключительны, а потому, что бренд, который мы представляем, отражает честную оценку того, что мы предлагаем. Предвкушение «публичной» отчетности удерживает нас в тонусе, поскольку мы определяем бренд команды и живем в соответствии с ним.

Избавьте личный бренд от неловкости

До работы в Atlassian я руководил независимой творческой студией. Питчинг имеет решающее значение для нового бизнеса, но это было изнурительное занятие. Я не люблю привлекать к себе внимание. Поэтому было неудобно открыто говорить о том, как я замечательно работаю.

Дискомфорт улетучился, когда за плечами появилось несколько проектов, и история переключилась с меня на команду. Рассказ о коллективных достижениях и талантах стал способом воодушевлять друг друга и в то же время похвалиться тем, насколько мы замечательные как личности.

Публичные похвалы — основополагающая часть процесса брендинга команды. Когда кто-либо в команде добивается успеха, об этом громко и широко рассказывают все члены команды, чтобы улучшить восприятие группы. Это снижает необходимость хвастаться достижениями для продвижения по карьерной лестнице, и способствует формированию позитивной культуры в коллективе.

Подготовьтесь к работе со следующей командой

Если вы не планируете выиграть Уимблдон, то ваша следующая должность наверняка потребует командной работы. Оценивая кандидатов на повышение или расширение ролей, руководители проверяют их персональные навыки и опыт. Но на финальной стадии они в первую очередь задают себе один вопрос: кто лучше всего впишется в эту команду?

Продвигая командный бренд, вы помогаете им найти ответ. Вы знаете, что обеспечили доход в $1 млрд или бесконечное количество показов? Все знают, что вы сделали это не в одиночку. Но, представляя это как коллективное достижение, при этом подчеркивая свой конкретный вклад, вы рисуете четкую картину того, как вы вписываетесь в динамику сотрудничества.

И когда вы получите это убийственное повышение, старая команда будет расстроена вашим уходом, но помните, что я сказал выше: мы живем в эпоху частой смены работы, а значит, что и они тоже сменят команду в скором будущем. Подчеркивая успехи на протяжении всей карьеры, каждый член команды становится апологетом другого, создавая в итоге сеть, активно подталкивающую каждого участника к большим личным достижениям. Одна большая счастливая команда коллективов.

Сообщение Командное селфи: зачем поддерживать коллективный бренд появились сначала на Идеономика – Умные о главном.

Экономист Джон Кеннет Гэлбрейт однажды написал: «Когда люди сталкиваются с выбором, изменить собственное мнение или доказать, что этого не стоит делать, почти все берутся доказывать».

Лев Толстой был еще смелее: «Можно самому непонятливому человеку объяснить самые мудреные вещи, если он не составил себе о них еще никакого понятия; но самому понятливому человеку нельзя объяснить самой простой вещи, если он твердо убежден, что знает, да еще несомненно знает то, что передается ему».

Что при этом происходит? Почему факты не меняют наше мнение? Почему кто-то все равно продолжает верить в ложную или неточную идею? Чем полезно нам такое поведение?

Логика ложных убеждений

Чтобы выжить, человеку необходимо иметь достаточно точное представление о мире. Если модель реальности сильно отличается от существующего мира, человеку трудно предпринимать эффективные действия каждый день.

Но истина и точность — не единственные важные  вещи для человеческого разума. Человеку свойственно стремление к принадлежности.

В книге « Атомные привычки» я писал: «Люди — стадные животные. Мы хотим иметь возможность вписаться в окружение, объединяться с ним, заслужить уважение и одобрение коллег. Это нужно для выживания. На протяжении большей части эволюционной истории наши предки жили племенами. Отделение от племени — или, что еще хуже, изгнание — приравнивалось к смертному приговору».

Важно понимать истину в конкретной ситуации, но не менее важно оставаться частью племени. Часто эти два стремления хорошо сосуществуют, но иногда они вступают в конфликт.

Во многих случаях социальные связи более полезны для повседневной жизни, чем понимание истинности конкретного факта или идеи. Гарвардский психолог Стивен Пинкер объяснил это следующим образом: «Людей принимают или осуждают в соответствии с их убеждениями, поэтому одна из функций разума состоит в том, чтобы придерживаться тех убеждений, которые приносят максимальное количество союзников, защитников или учеников, а не тех, что, скорее всего, соответствую действительности».

Мы не всегда поддерживаем какие-то взгляды лишь потому, что они верны. Иногда мы выбираем то, что позволяет нам выглядеть хорошо в глазах людей, которые нам небезразличны.

Кевин Симлер хорошо выразил эту мысль: «Если мозг предвидит вознаграждение за следование определенному убеждению, он совершенно счастлив сделать это, и его не волнует, какой будет эта награда — прагматической (хороший результат более правильного решения), социальной (лучшее отношение со стороны окружающих) или смесь того и другого».

Ложные убеждения бывают полезны с социальной точки зрения, даже если не несут пользы в фактическом смысле. За неимением лучшего выражения стоит назвать такой подход «фактически ложным, но социально верным». Оказываясь перед выбором, люди часто предпочитают друзей и семью, а не факты.

Это понимание не только объясняет способность держать язык за зубами на званом обеде или смотреть в другую сторону, когда родители говорят что-то обидное, но и показывает более эффективный способ изменить мнение окружающих.

Факты не меняют сознание. Дружба — да

Убедить человека изменить мнение — все равно, что убедить его поменять племя. Если они откажутся от убеждений, то рискуют потерять социальные связи. Не следует ожидать, что кто-то изменит мнение, если вы лишите его общины. Дайте им возможность куда-то уйти. Никто не хочет разрушать свое мировоззрение, если результатом будет одиночество.

Один из способов изменить мнение людей — подружиться с ними, интегрировать в свое племя, ввести в свой круг. Так они могут изменить убеждения без риска потери социальных связей. 

Британский философ Ален де Боттон предлагает разделить трапезу с теми, кто с нами не согласен:

«Находясь за одним столом с группой незнакомых людей, вы получаете несравненное и странное преимущество, благодаря которому становится немного труднее безнаказанно ненавидеть их. Предрассудки и этническая рознь питаются абстракцией. Но близость, которую требует трапеза — передать посуду, развернуть салфетку и даже попросить незнакомца передать соль — разрушает способность цепляться за веру в то, что посторонние, которые носят необычную одежду и говорят с характерным акцентом, заслуживают того, чтобы их отправили домой или подвергли нападению. При всех масштабных политических решениях, которые предлагаются для смягчения национальных конфликтов, существует мало более эффективных способов поощрения терпимости между подозрительными соседями, чем совместный ужин».

Возможно, не различия, а расстояние порождает племенное мировоззрение и вражду. По мере роста близости возрастает и понимание. Вспоминается цитата Авраама Линкольна: «Мне не нравится этот человек. Значит, нужно узнать его получше».

Факты не меняют взгляды. Дружба меняет.

Спектр убеждений

Много лет назад Бен Касноча высказал мысль, которая до сих пор меня преследует: наше мнение с самой высокой степенью вероятности изменят люди, с которыми мы согласны в 98% случаев.

Если кто-то, кого вы знаете, любите и кому доверяете, верит в радикальную идею, то и вы, скорее всего, придадите ей значение, вес или внимание. Вы уже согласны с ними в большинстве сфер жизни. Возможно, стоит поменять мнение и в этом вопросе. Но если кто-то, сильно отличающийся от вас, предложит ту же радикальную идею, вы легко сочтете его ненормальным.

Один из способов визуализировать это различие — отобразить убеждения на спектре. Если при делении на 10 частей вы оказываетесь на позиции 7, то нет смысла пытаться убедить того, кто занимает первую строку. Разрыв слишком велик. В вашем случае правильнее потратить время на общение с людьми, которые находятся на позициях 6 и 8, постепенно подтягивая их в свою сторону.

Самые жаркие споры часто происходят между людьми, которые находятся на противоположных концах спектра, а учимся мы чаще всего у тех, кто находится рядом. Чем ближе вы к кому-то, тем больше вероятность того, что одно или два убеждения, которые вы не разделяете, проникнут в ваш разум и сформируют мышление. Чем дальше идея от нынешней позиции, тем больше вероятность, что вы ее отвергнете.

Трудно перескакивать с одной стороны на другую, когда речь идет о людских взглядах. Нельзя прыгнуть вниз по спектру, но можно скользнуть по нему.

Любая достаточно сильно отличающаяся от вашего текущего мировоззрения идея будет казаться угрожающей. И лучше всего осмысливать ее в спокойной обстановке. Поэтому зачастую лучшим инструментом оказывается книга, нежели беседы или споры.

В разговоре люди внимательно относятся к своему статусу и внешнему виду. Им нужно сохранить лицо и не выглядеть глупо. Сталкиваясь с неудобным набором фактов, люди с удвоенной силой отстаивают свою нынешнюю позицию, вместо того, чтобы публично признать неправоту.

Книги решают это противоречие. Разговор происходит в голове и без риска быть осужденными окружающими. Легче оставаться непредвзятыми, если не попадать в защитную позицию.

Аргументы — это как лобовая атака на личность человека. А при чтении книги в мыслях человека будто бы зарождается и растет семя идеи. При этом идет борьба с существующими убеждениями.

Почему ложные идеи продолжают существовать

Еще одна причина, по которой плохие идеи продолжают жить, — это то, что люди постоянно говорят о них.

Молчание — это смерть для любой идеи. Мысль, которая никогда не высказывается или не записывается, умирает вместе с человеком, который ее придумал. Идеи запоминаются только когда их то и дело воспроизводят. В них верят, только если они повторяются.

Я уже отмечал, что люди повторяют идеи, чтобы показать принадлежность к одной социальной группе. Но вот важный момент, который большинство людей упускает из виду: когда люди жалуются на плохие идеи, это тоже повторение. Ведь прежде чем критиковать мысль, ее нужно озвучить. В итоге вы повторяете идеи, хотя хотите, чтобы люди забыли о них. Но как это возможно, если вы постоянно говорите об этом? Чем чаще вы повторяете плохую идею, тем больше вероятности, что люди в нее поверят.

Назовем этот феномен законом повторения Клира: количество людей, которые верят в какую-то идею, прямо пропорционально тому, сколько раз ее озвучивали за последний год, даже если идея ложная.

Атакуя плохую идею, вы подкармливаете монстра, которого пытаетесь уничтожить. Один из сотрудников Twitter написал: «Каждый раз, цитируя человека, на которого злитесь, вы помогаете ему. Так их ерунда и распространяется. Молчание — это ад для идей, которые вы осуждаете. Будьте дисциплинированы и устройте им это».

Лучше потратить время на отстаивание хороших идей, чем на разрушение плохих. Не тратьте время на объяснения, почему же эти идеи плохи. Вы раздуваете пламя невежества и глупости.

Лучшее, что может случиться с плохой идеей — о ней забудут. Лучшее, что может произойти с хорошей идеей — ей поделятся. Это заставляет меня вспомнить цитату Тайлера Коуэна: «Проводите как можно меньше времени за обсуждением чужих ошибок».

Кормите хорошие идеи, а плохим позвольте умереть от голода. 

Интеллектуальный солдат

Я знаю, что вы думаете. «Джеймс, ты сейчас серьезно? Мне просто следует спустить все с рук этим идиотам?».

Позвольте внести ясность. Я не говорю, что не стоит указывать на ошибку или критиковать плохую идею. Но спросите себя: «Какова цель?»

Почему вам хочется критиковать плохие идеи? Возможно, вы считаете, что мир будет лучше, если в них будет верить меньше людей. Другими словами, если люди изменят мнение по некоторым ключевым вопросам.

Если цель заключается в том, чтобы действительно изменить мнение, то я не считаю критику противоположной стороны лучшим подходом.

Большинство людей хотят победить в споре, а не узнать что-то новое. Как метко выразилась Джулия Галеф, люди часто ведут себя как солдаты, а не как разведчики. Солдаты идут в интеллектуальную атаку, стремясь победить тех, кто отличается от них. Победа — это действующая эмоция. Разведчики напоминают интеллектуальных исследователей, которые медленно составляют карту местности. Любопытство — это движущая сила.

Если вы хотите, чтобы люди приняли ваши убеждения, то нужно вести себя как разведчик, а не как солдат. В основе такого подхода лежит вопрос, который прекрасно сформулировал Тиаго Форте: «Готовы ли вы к проигрышу, чтобы поддержать разговор?».

Сначала доброта, потом правота

Блестящий японский писатель Харуки Мураками однажды написал: «Всегда помните, что спорить и побеждать — значит разрушать реальность человека, с которым вы спорите. Очень больно терять свою реальность, поэтому будьте добры, даже если вы правы».

Находясь в настоящем моменте, легко забыть, что цель состоит в налаживании связи с другой стороной, сотрудничестве, дружбе и интеграции их в наше племя. Мы так увлечены победой, что забываем о связи. Легко направить энергию на навешивание ярлыков на людей, вместо того, чтобы работать с ними.

В английском языке «добрый» произошло от слова «род». Когда вы добры к кому-то, значит относитесь к нему как к члену семьи. Мне кажется, это хороший метод, чтобы действительно изменить чье-то мнение. Развивайте дружбу. Разделите трапезу. Подарите книгу.

Сначала проявите доброту, потом отстаивайте правоту.

Сообщение Сначала доброта, потом правота: почему аргументы не помогают переубедить человека появились сначала на Идеономика – Умные о главном.

«На улице и в обществе я почти неизменно скуп и рассеян, моя жизнь невыразимо убога». Торо писал о созерцании природы как о форме молитвы‎ — проясняющая сила для разума и очищающая для духа, рычаг для раскрытия зажатой цивилизацией беспокойной психики.

Поколение спустя в другом уголке Массачусетса Уильям Джеймс стал первопроходцем в изучении внимания с радикальным (по крайней мере, для западного ума) заявлением: «Мой опыт — это то, на что я согласен обращать внимание»‎.

Джеймс различал два вида внимания: «добровольное»‎, при котором мы осознанно концентрируемся на определенном объекте или деятельности, прилагая целенаправленные усилия, и «пассивное»‎, которое соответствует восточному понятию «осознанности»‎ — без усилий замечая ощущения и явления, поскольку они естественным образом возникают внутри и вокруг нас, наше внимание дрейфует само по себе от одного стимула к другому по мере их возникновения. Джеймс назвал эту «пассивность»‎ одним из четырех качеств мистического опыта. Но также это самый прямой клапан между загадочным и обыденным — тот тип внимания, который приводит нас в самое творческое состояние.

В эпохи после времен Джеймса ученые назвали внимание, которое не требует усилий, «мягким очарованием»‎. Оно лежит в основе самого мощного противоядия от депрессии и самого продуктивного мышления, и оно приходит к нам — или мы к нему — легче всего в природе.

Уитмен понял это, когда выздоравливал после паралитического инсульта и наблюдал, как безошибочно природа «выводит из своих оцепенелых тайников сродство мужчины или женщины с открытым воздухом, деревьями, полями, сменой времен года — солнцем днем и звездами на небе ночью»‎. Он интуитивно осознал то, что продемонстрировала наука, — эти сходства дают ключ к самому яркому и творческому в нас, поскольку в своей основе они связаны с наиболее свободными частями нас самих.

В природе мы свободны от иллюзорных потребностей мира, которые так легко захватывают повседневный разум и отвлекают внимание от лучшего творческого вклада в мир и его потребности. Когда мы поддаемся «мягкому очарованию»‎, то не бежим от мира, а возвращаемся к себе, к необузданному многообразию, свободно сталкиваясь с частями разума, к которым мы редко обращаемся, знакомя их друг с другом так, что возникают совершенно новые связи.

Энни Мерфи Пол посвящает часть книги «Расширенный разум: сила мышления за пределами мозга» — ее замечательное исследование искусства-науки мышления всем миром — науке об особом и необыкновенно плодотворном состоянии ума, в которое нас погружает общение с нечеловеческим миром:

«Ученые предполагают, что «мягкое очарование», вызываемое природными сценами, задействует так называемую «сеть режима по умолчанию» в мозге. Когда эта сеть активирована, мы входим в свободное ассоциативное состояние, в котором не сосредоточены на какой-то конкретной задаче, но восприимчивы к неожиданным связям и озарениям. В природе от нас требуется немного решений и выбора, что дает разуму свободу следовать за мыслями, куда бы они ни вели. В то же время природа приятно отвлекает, поднимая настроение, при этом не отнимая все умственные силы; такие положительные эмоции побуждают мыслить более широко и непредубежденно. В освободившемся пространстве активные в данный момент мысли смешиваются с глубокими хранилищами воспоминаний, эмоций и идей, уже имеющихся в мозгу, порождая вдохновляющие столкновения».

У «мягкого очарования» есть активный аналог в другом состоянии, которое мы легче всего испытываем в природе: в благоговении — высшем инструменте бескорыстия.

Ссылаясь на работу психолога из Беркли Дачера Келтнера — Уильяма Джеймса нашей эпохи — Пол пишет:

«(Келтнер) называет это эмоцией «на вершине удовольствия и на границе страха». Одна из приятных и страшных вещей в благоговении — это радикально новая перспектива. Повседневный опыт не готовит нас к восприятию зияющей необъятности Большого каньона или сокрушительного величия Ниагарского водопада. У нас нет готового ответа, привычные рамки отсчета не подходят, и следует работать, чтобы приспособиться к новой информации, поступающей из окружающей среды».

Благоговение поражает человека без учета его возраста и эпохи, его биометрических данных или идентичности. Это чередование удовольствия и страха лежит в основе захватывающего рассказа Вирджинии Вульф о полном солнечном затмении, в основе восхождения молодого Ганса Христиана Андерсена на Везувий во время извержения, в основе тихого восторга Рэйчел Карсон от встречи с лунным приливом, в основе того, что подтолкнуло Рокуэлла Кента к «жестокому Северному морю с суровыми горизонтами на краю света, где начинается бесконечный космос», в основе «эффекта обзора», который ошеломляет астронавтов на орбите.

Пол пишет:

«Келтнер и другие исследователи обнаружили, что переживание благоговения вызывает предсказуемую серию психологических изменений. Мы становимся менее зависимыми от предвзятых представлений и стереотипов. Мы становимся более любопытными и непредубежденными. Мы с большей готовностью пересматриваем и обновляем ментальные «схемы»: шаблоны, которые используем для понимания себя и мира. Переживание благоговения называют «кнопкой перезагрузки» для человеческого мозга. Но мы не сами вызываем чувство благоговения и связанные с ним процессы; нам нужно выйти в мир и найти что-то большее, чем мы сами, чтобы испытать подобные внутренние изменения».

Неудивительно, что в таких состояниях благоговения даже самые нерелигиозные из нас находят самое близкое к духовности. Без этой кнопки как бы мы смотрели на одуванчик и видели смысл жизни?

Сообщение Мягкое очарование: созерцание природы запускает «перезагрузку мозга»‎ появились сначала на Идеономика – Умные о главном.