Мишель Пенсак и ее муж Шон до пандемии планировали перебраться с Гавайев в Атланту. Там Шон должен был начать работать в компании SkyWest. Такой переезд в любых обстоятельствах сложное дело, особенно с детьми. А тут еще и пандемия. Шона отправили в отпуск без сохранения зарплаты, и семья стала искать новое место для жизни. Они остановились на городе Вирджиния-Бич.
А это означало выбрать новый район, дом, школы, пересмотреть весь семейный бюджет. Могут ли они позволить себе детский сад? А что насчет самого переезда — какие средства защиты им понадобятся, какую коляску для детей, чтобы те ничего не трогали, как часто надо мыть руки? Чтобы внести какую-то структуру в этот хаос, семья обратилась к Airtable — это облачный сервис для совместной работы, который компании используют для управления большими проектами. Туда они занесли все строчки своего бюджета, все защитные средства, все детские сады.
Эту стратегию — использовать офисный софт для упорядочения домашней жизни — семья начала использовать год назад. Стратегия подразумевала еженедельные встречи по воскресеньям, короткие проверочные встречи в середине недели и использование платформ вроде Airtable и Trello (это своего рода доска с заметками, которая помогает использовать систему «канбан» для упорядочения процессов).
Мишель управляет Squared Away — компанией, которая готовит жен военных к работе секретарями и ассистентами. «Моя работа — помочь людям организоваться, — говорит она. — И моя философия такова: если ты делаешь что-то больше чем один раз, тебе нужен процесс».
Но много лет Шон и Мишель принимали решения «на ходу», что порой создавало напряжение. Как только они провели аудит своего брака, дело пошло на поправку. И сейчас, во время коронавируса, Мишель особенно рада, что управляет семьей как бизнесом.
Не все семейные пары настолько деловиты, чтобы скрестить семейную жизнь с переговорными комнатами. Но некоторым это приносит успокоение в нынешнее неспокойное время. Меган Аша и Лев Бри очень полагаются на систему, которую они создали для своего брака и которую называют «Мои отношения — это стартап».
«Управлять бизнесом — то же самое, что иметь семью и детей, — говорит Аша. — В чем миссия нашей семьи? Как нам организовать себя? Как добиться доверия, прозрачности, как коммуницировать, когда возникают трудности?»
Через несколько недель после начала карантина они узнали, что Меган, которая руководит агентством по организации конференций FounderMade, беременна. Она была вынуждена уволить половину сотрудников и переключиться на цифровые ивенты, а Лев, основатель поисковой платформы River, работал по вечерам со своей удаленной командой. «Мы хотели ребенка в этом году, но мы не думали, что случится такой апокалипсис», — говорит он.
Чтобы справиться с ситуацией, они задействовали Clickup — офисное приложение, в котором отслеживаются годовые, квартальные и еженедельные цели для их отношений. Главный инструмент — «еженедельный спринт», своего рода организационный чеклист, позаимствованный из разработки ПО. В нормальное время темы, которые там фиксируются — это почаще ходить куда-то вместе по вечерам или продумать будущее воспитание ребенка. Теперь они добавили «план для пандемии», который включает как большие вопросы (где безопаснее жить, когда ребенок родится), как и мелкие (как снизить текущий стресс). Они обсуждают эти вопросы на регулярных совещаниях и дают письменный конструктивный фидбек.
«Система позволяет нам по-деловому подойти к трудным разговорам, — говорит Меган. — Раньше мы начинали ссориться из-за таких вещей, как кто-то не помыл посуду, или кто-то не проявляет к кому-то внимания. Но теперь у нас есть пространство, где можно их продумать и сознательно подойти к тому, как мы относимся друг к другу».
Конечно, чтобы такие стратегии работали, оба партнера должны быть готовы к такому подходу. Мишель Пенсак говорит, что ее муж сначала несколько опешил от необходимости так активно использовать софт, но потом привык. Теперь у нас уже не бывает, чтобы кто-то говорил: «Хм, не помню, чтобы ты это говорила».
Эллисон Дэмингер, социолог из Гарварда, которая изучает влияние общественного неравенства на семейные отношения, согласна, что такие формальные системы могут раздражать или утомлять. Но она говорит, что они помогают добиться равенства в отношениях. В прошлом году она опубликовала статью в American Sociological Review о когнитивном труде — предвидении, планировании и мониторинге, — который часто требуется в домашних делах. Без «четкого плана пары почти всегда воспроизводили статус-кво, при котором женщины делают больше», говорит она. Более формальные системы помогают парам разобраться, чего они действительно хотят.
Гита Палепу, глава фармацевтического стартапа, инвестор и мать двоих детей, говорит, что «многие женщины это испытывают, когда ты постоянно делаешь, делаешь, делаешь и ждешь, пока партнер скажет: «Давай и я поучаствую». К сожалению, это не часто случается». У нее момент прорыва случился в конце 2018 года, когда она была беременна вторым ребенком. Она страдала от депрессии, и ей казалось, что ее рабочие и семейные обязательства просто невыполнимы. Потом она увидела «семейный чеклист» у друзей в Инстаграме и попросила мужа попробовать.
«Теперь мы каждую неделю проходим практически по всем пунктам: как ты себя чувствуешь, как я себя чувствую, как дела у нашего брака, — говорит Палепу. — Если один из нас чувствует себя некомфортно, чувствует, что его или ее не ценят или не слышат, мы обсуждаем, как можно это поправить». К такому уровню честности и уязвимости надо было привыкнуть. «Первые встречи были невероятно некомфортными. Нужно отставить свое эго в сторону. Это практика».
«Свой дом нужно воспринимать как самую важную организацию в своей жизни», — говорит Ив Родски, автор книги Fair Play: A Game-Changing Solution for When You Have Too Much to Do (and More Life to Live). В эффективном, хорошо функционирующем офисе люди знают свои задачи и четко понимают ожидания. В доме, говорит она, такого часто нет. Справедливость, говорит она, требует, чтобы у каждого были конкретные обязанности дома, и чтобы каждый чувствовал их как свои. Будь то мытье посуды или ведение семейного бюджета, нужно быть ответственным за весь связанный с этим логистический и когнитивный труд.
Родски говорит, что до того, как она написала эту книгу, ее муж в их семье отвечал за внеклассные занятия детей. Но на деле это для него означало, что он приходит на спортивные матчи, где участвуют дети. А Ив на деле выполняла основную организационную работу: медицинские формы, спортивная одежда, сбор детей, организация поездок. Теперь, при новой модели, «я уже не думаю об этих занятиях», говорит она. Так у нее освободилось шесть часов в неделю.
Но если вы действительно хотите исправить домашнее неравенство, говорит она, тщательное ведение электронных таблиц и модные приложения не помогут. Они не помогут вам доносить друг до друга свои мысли, говорит Родски.
Мор Регев и Эрик Суини из Хьюстона усвоили этот урок. Мор, социальный работник, и Эрик, учитель, сейчас работают из дома, и у них шестимесячная дочь. Первая неделя карантина загрузила их по полной. Они добавили в «домашнюю» электронную таблицу колонку «Ковид-19». Но их еженедельные совещания по воскресеньям, когда они планировали неделю и проговаривали проблемы, как-то отпали.
«Мы вели себя резко и недобро», — говорит Мор. Ситуация совсем обострилась, когда Эрик заметил, что Мор отвечает на рабочие звонки, когда приходит ее смена по уходу за ребенком. «Я читаю ей, общаюсь с ней, все время что-то делаю, — сказал Эрик. — Тебе тоже нужно это делать». Мор возразила, что они не проговорили «минимальный стандарт заботы» о ребенке во время карантина.
Зайдя в этот тупик, они договорились непременно проводить еженедельные встречи. «Несколько дней была напряженность по поводу того, какие стандарты приемлемы, — говорит Мор. — Но это был бы куда более серьезный конфликт, если бы у нас не было системы».
