Метка: Главное

Работая в корпоративной среде, я быстро поняла, что от меня ожидают выполнения непропорционально большого объема бытовой рутины в офисе.

Заказать обед, раздать заметки с совещаний, составить расписание — я фактически была секретарем, как будто мы были в эпизоде сериала «Безумцы». Не хочу обидеть ни одного человека, который выполняет эту важную административную работу. В чем же тогда проблема? В том, что это не входило в мои обязанности.

Офисная рутина — важная, но неблагодарная (и бесперспективная) работа, в которой нуждается каждая организация. Кто-то должен делать заметки на совещаниях, планировать встречи обеспечивать сотрудников перекусами. Противоположность такой занятости — более престижная работа с самыми «вкусными» заданиями, которые могут продвинуть вас по карьерной лестнице. Исследования показали, что женщины чаще всего получают работу первого типа и с меньшей вероятностью — шанс добиться второго. Сейчас ситуация стала еще хуже. Выводы исследования организации Lean In и McKinsey в 2021 году таковы: во время пандемии объем работы, не способствующий продвижению женщин по службе, значительно увеличился.

Вы никогда не исправите системные проблемы. И сексизм — не ваша вина. Правильное решение — изменить культуру организаций. Так, чтобы офисная рутинная работа распределялась между всеми сотрудниками и была справедливо вознаграждена. Но на это нужно время.

Несправедливое распределение рутинной работы тормозит карьерный рост и оставляет человеку только два нежелательных варианта: взвалить на себя эти обязанности и смириться или отказаться и рискнуть быть наказанным. И хотя я отказывают возлагать на женщин ответственность за системное решение этой проблемы, мне хочется помочь тем, кто оказался в подобной ситуации, научить говорить уверенное «нет».Именно поэтому я делюсь сценариями действий, которые помогут вам отклонять или смягчать просьбы о дополнительной работе в офисе без последствий.

1.Вооружитесь доказательствами

Составьте список задач, за которые вы несете ответственность и которые оплачиваются. А также список своих обязанностей, за которые вам не платят. Напишите аналогичный список для коллег-мужчин и предоставьте все это своему руководству.

2.Посоветуйтесь с руководителем

Если вас попросят взять на себя дополнительную работу, всегда можно обратиться к руководителю отдела. Если ваш начальник согласен с тем, что эта задача не стоит вашего времени, будет проще избежать негативной реакции коллег в случае отказа.

3.Заранее приготовьте убедительный ответ на подобные просьбы

Вы можете сказать: «Меня наняли, чтобы заниматься X, а выполнение задания Y отнимет время для успешного выполнения X».

На спонтанные просьбы, такие как заказ еды в офис, я отвечала: «Сейчас мне нужно присутствовать на обсуждении, которое имеет решающее значение для моего проекта».

В ответ на долгосрочные поручения, например, когда меня просили руководить наставнической деятельностью, я говорила: «Мне нужно работать над очень важным проектом, и я беспокоюсь, что не смогу уделить достаточно времени своему подопечному».

4.Ищите возможности, не связанные с бытовой работой в офисе

Активно браться за задания, развивающие карьеру, предложила вице-президент VMWare Ума Тана Баласингам, соучредитель и руководитель подразделения Lean In в Сингапуре. Такие задания не только дадут толчок карьерному росту, но и станут вескими причинами, которые помогут вам отказаться от дополнительной работы в офисе.

«Когда ваш график заполнен ценной работой, это дает возможность отказаться от того, что менее ценно», — объясняет Баласингам. Она предлагает сказать: «Я бы с удовольствием помогла, но сейчас работаю с Тедом над важной стратегической инициативой. Джо идеально подошел бы для этого».

5.Уточняйте информацию

Вы всегда можете спросить, почему именно вас просят выполнить бытовую работу. Проговаривая критерии своего выбора, ваши коллеги задумаются, почему же в первую очередь обратились к вам. Это даст и вам некоторое время, чтобы собраться с мыслями и не чувствовать себя обязанной сразу соглашаться.

6.Используйте чувство юмора

Я не обладаю природным чувством юмора, но легкое отношение к ситуации помогло мне. Однажды я ответила: «Пусть лучше Джон закажет обед, так как я отвечаю за питание у себя дома», — а затем улыбнулась.

У моей подруги Селены Резвани, спикера и консультанта по вопросам женского лидерства, была такая шутливая фраза: «Исследования показывают, что меня с большей вероятностью попросят сделать что-то подобное, нежели вас, и я буду нравиться вам меньше, если откажусь. Но угадайте, что я собираюсь сделать?».

7.Практикуйтесь говорить «нет» вместе с союзниками

Неудивительно, что с практикой говорить «нет» становится легче! Заручитесь поддержкой коллег, которые помогут вам понять, как отказывать в просьбах таким образом, чтобы оставаться самим собой. Формирование и развитие такой сети единомышленников особенно важно по мере продвижения по карьерной лестнице.

8.Меняйтесь задачами

Если вы с командой регулярно встречаетесь в офисе, предложите чередовать такие задачи, как приготовление обеда, ведение заметок и другую работу. Вы могли бы сказать: «Я делала заметки на прошлой неделе, давайте делать это по очереди». Такой подход дает надежду, что каждый внесет свой вклад.

9.Помните, что рутинная работа в режиме онлайн — это… все та же рутинная работа

С началом пандемии исчезли такие обязанности как заказ обеда или составление графика дней рождения сотрудников. Но они были быстро заменены организацией виртуальных «счастливых часов» и отправкой приглашений на собрание в онлайн-календарь.

Если вы чувствуете, что погрязли в виртуальной рутинной работе (а она чаще еще менее заметна, чем в офисе), то предложите делать ее по очереди. Это может прозвучать так: «Я спланировала все онлайн-встречи на этой неделе. Было бы замечательно каждую неделю меняться. Джон, ты следующий?»

10. Если вы не можете отказаться, то пусть ваша работа будет оценена

Иногда нет возможности отказаться от подобной работы. Если так происходит, найдите способ донести до остальных, что любая работа — это дополнительный труд. И вам хотелось бы, чтобы
при оценке эффективности персонала в разговорах с руководителем было подчеркнуто, что эти обязанности не являются частью вашей должностной инструкции.

11.Заступитесь за других

«Если вам не хватает уверенности отстаивать свои права, заступитесь за других в такой же ситуации», говорит Жаклин Керр, поведенческий специалист, предприниматель и ведущая подкастов, изучающая выгорание у работающих матерей. «Так будет легче сделать первый шаг, и, возможно, другая женщина увидит ваш пример и сделает то же самое для вас или кого-то другого».

12.Используйте свое влияние, чтобы нарушать правила

Продвигаясь по карьерной лестнице, все время платите вперед. Когда кто-то решает, что новый менеджер мог бы организовать стенд на выставке, объясните, что это ниже его уровня. Скажите: «Я не думаю, что это лучший способ использовать его опыт и навыки».

Если вас постоянно просят заниматься бытовыми вопросами в офисе, это не ваша вина. Эту истину нужно усвоить, особенно когда руководство подпитывается вашими неприятными ощущениям в момент, когда вы сталкиваетесь со сложностями. Правило «помоги себе сам» очень хорошо способствует тому, чтобы мы думали, будто сами являемся проблемой, встречая препятствия на своем пути.

Не сегодня. Мы не должны прекращать попытки докричаться на лидеров, чтобы они не позволяли бытовой офисной рутине влиять на карьеру женщин.

Изменения в системе не всегда зависят от вас. Но я призываю всех нас воспользоваться правом отказа от подобных поручений.

Если бы нужно было датировать миг наивысшего господства «Барселоны» в мировом футболе, можно было бы назвать 25 ноября 2012 года. В ту ночь «Барса», играющая в высшей лиге Испании, выиграла у маленького «Леванте» со счетом 4:0. Когда на 14-й минуте матча вместо травмированного бразильца Дани Алвеса на замену вышел Мартин Монтойя, то все 11 игроков, весь состав «Барселоны» на поле оказался из воспитанников «Ла Масии», молодежной академии «Барсы». И даже тренер Тито Виланова был из «Ла Масии».

Эти одиннадцать, пожалуй, тогда были лучшими на Земле. Футбольные клубы гордятся своими тренировочными программами для молодежи, но та команда была чем-то особенным. Большинство из тех одиннадцати выиграли в составе сборной Испании финал чемпионата мира 2010 года. Еще один, маленький аргентинец Лионель Месси — всеми признанный лучший футболист мира. «Барселона» в то время просто царила: за десятилетие с 2006 по 2015 год она четырежды выигрывала Лигу чемпионов УЕФА, высший титул в клубном европейском футболе.

Но даже сильные падают. Уже много лет «Барса» регулярно уступает в европейских соревнованиях другим первоклассным командам. В августе этого года «Барса», у которой были долги около 1,5 миллиардов долларов, была вынуждена отпустить Месси в «Пари Сен-Жермен». Каталонская команда не смогла предложить ему новый контракт даже после того, как Месси согласился уменьшить сумму гонорара вдвое.

Исследуя в своей книге «Комплекс «Барселоны»» историю упадка клуба, я периодически чувствовал себя так, будто пишу о Риме 400-х годов нашей эры, и варвары уже у ворот, либо составляю хронику унижения GE, некогда могущественного промышленного гиганта, чье руководство, полагаясь на прежние стратегии успеха, привело его к обескураживающим результатам.

Падение «Барселоны» – это урок для тех, кто возглавляет или стремится возглавить целые отрасли. «Барса» попала в ловушку, которая грозит каждой компании «номер один». Пока клуб почивал на лаврах, конкуренты копировали его лучшие идеи и использовали для своего развития. Клубу не удалось создать устойчивую систему преемственности для смены возрастных игроков, и он был слишком расточителен в финансовом. «Барселона» не смогла понять, что величие – это всегда цель, требующая движения не только на поле.

Потерянный талант

Профессиональному спорту — более, чем любому другому бизнесу, — свойственна война за таланты. Трудности, которые испытывают команды при поиске игроков, – это то, с чем большинство компаний только начинают сталкиваться в условиях нынешнего ограниченного рынка труда. Самый дешевый способ найти таланты – вырастить их самим, как это блестяще сделала «Барселона» в эпоху Месси. Но затем клуб пал жертвой собственного успеха. Если команда – это исключительно игроки высшего класса, то у новых талантов почти нет возможностей для роста. Когда полузащитник Тьяго Алькантара вышел из «Ла Масии» в сезоне 2010/2011, на его пути к основному составу «Барселоны» стояли лучшие полузащитники мира – Хави, Андрес Иньеста, Серхио Бускетс. В итоге Тьяго уехал в мюнхенскую «Баварию». В 2020 году он сыграл главную роль в разгроме «Баварией» своего бывшего клуба со счетом 8:2.

Бразилец Неймар нашел себе место в великой «Барселоны», но в итоге тоже уперся в потолок. Неймар стремился к большему, чем просто быть правой рукой Месси, создавая голевые передачи для аргентинца. Он сам хотел быть Месси: осью каждой атаки, обладателем награды «Золотой мяч» как лучший футболист Европы. В 2017 году он ушел, чтобы стать главным человеком в «Пари Сен-Жермен». Месси считал его самой большой потерей современной «Барселоны». (В этом сезоне по иронии судьбы пара снова вместе, но уже в ПСЖ).

«Барса» попала в ловушку для лидеров любой индустрии – самоуспокоенность. Когда ваша компания – «номер один», возникает соблазн перестать думать. Зачем внедрять новшества, если вы и так лучшие? Пако Сейрулло – тренер по физподготовке, за десятилетия превратившийся в хранителя культуры «Барсы» и известный как Эль Друида («друид»), – рассказал мне, что клуб так и не потрудился изучить великое поколение «Ла Масии», чтобы понять, как оно появилось.

Между тем, все клубы-соперники изучали «Барселону». Они последовали примеру давнего рекламного слогана компании по прокату автомобилей Avis, занимавшей на рынке второе место: «Мы стараемся больше других». Немец Ханс-Дитер Флик был лишь одним из многих европейских тренеров, которые посещали «Ла Масию», чтобы раскрыть ее секреты. А в 2020 году под руководством Флика «Бавария» разгромила «Барсу».

Как мне признался один из тренеров «Ла Масии», в период господства «Барселоны» он и его коллеги никогда не ездили за границу посмотреть, чем занимаются другие клубы. Они выезжали только затем, чтобы на конференциях объяснять свой успех восхищенным иностранным коллегам. Со временем молодежная академия каждого крупного футбольного клуба Европы превратилась в «Ла Масию» – университет, учебную программу которого разработал легендарный голландский футболист Йохан Кройф. Заняв в 1988 году пост тренера «Барсы», он заявил, что победа в футболе – это мастерство игры в быстрый пас. В течение многих лет геометрия взаимодействия игроков на поле завораживала соперников «Барселоны». Но как только все остальные стали «Ла Масией», настоящая «Ла Масия» потеряла лидерство.

«Футбол – это эволюция», – резюмировал Пеп Гвардиола, главный тренер «Барселоны» с 2008 по 2012 год, когда она достигла своего пика. Особенно это характерно для Европы, где лучшие команды постоянно играют друг с другом, и футбол прогрессирует с каждым днем. Проиграв «Барселоне», любая команда возвращалась домой и разбирала свои ошибки. И прогрессировали все… кроме «Барселоны». Бывших новаторов настигло то, что экономист Йозеф Шумпетер назвал «творческим разрушением» – новые предприниматели приходят с новыми идеями, а новаторские системы недавнего прошлого отправляются на свалку истории. Если в 2021 году вы сыграете в футбол 2012 года, вы проиграете.

Шальные деньги

Когда вы «номер один», то склонны небрежно относиться к своим расходам. Пока деньги текут рекой, вы не считаете каждую копейку. В 2018 году «Барса» стала первым в истории спорта клубом, получившим более миллиарда долларов годового дохода. Поэтому каждый раз, когда Хорхе Месси, отец и агент Лионеля, угрожал, что его сын уйдет, если не получит очередное повышение зарплаты, клуб уступал. С 2017 по 2021 год Месси заработал в общей сложности более 555 миллионов евро (674 миллиона долларов). Эта информация из его 30-страничного контракта была опубликована в испанской газете El Mundo и никем не опровергнута – ни игроком, ни клубом. Карл-Хайнц Румменигге, экс-председатель правления мюнхенской «Баварии», сказал, что увидев контракт, он рассмеялся: «Я могу только похвалить его за то, что ему удалось договориться о такой астрономической зарплате».

Высокопоставленный представитель «Барсы» рассказал мне, что с 2014 по 2020 год зарплата Месси утроилась. Он добавил, что «проблема не в Месси, проблема в том, что этим же заражена остальная часть команды». Всякий раз, когда Месси получал повышение, его товарищи по команде требовали того же. К 2019 году средняя зарплата основного состава «Барсы» достигла 12,2 миллиона долларов в год. Это, по данным ежегодного отчета Global Sports Salaries Survey от портала Sporting Intelligence, наивысший показатель среди всех спортивных клубов на Земле. (Футбольные клубы-конкуренты «Реал Мадрид» и «Ювентус» заняли в этом рейтинге второе и третье места, а баскетбольные команды НБА замыкали первую десятку).

В любой отрасли, где важен талант, он имеет над работодателем большую власть. Но в «Барсе» талант – очень успешный, опытный и хорошо оплачиваемый – приобрел власть почти безграничную. Кике Сетьен, главный тренер, возглавлявший «Барсу» в течение семи неудачных месяцев 2020 года, сказал, что всегда знал это: Месси может уволить его в любой момент. К тому времени командой фактически управляли игроки из поколения великой «Ла Масии», переставшие работать по-настоящему. Они практически каждый день приезжали на тренировку со своими детьми. Перед матчем дети вместе с отцами могли играть в мяч в раздевалке. Пока другие испанские команды ради акклиматизации прилетали на выездные матчи за день до начала, «Барса» обычно прилетала в день игры, потому что ее футболистам нравилось побыть дома подольше.

Кроме того, по мере старения основных игроков «Барсы» упала интенсивность тренировок. Это было шоком для француза Антуана Гризманна, в 2019 году перешедшего из мадридского «Атлетико», где, по его словам, «каждая тренировка по интенсивности напоминала матч». «Барса» заплатила за Гризманна 120 миллионов евро (142 миллиона долларов). В августе 2021 года «Барселона» вернула Гризманна «Атлетико» на условиях аренды за 10 миллионов евро. В результате, талантливый игрок потратил впустую два года на команду, утратившую дееспособность.

«Барселона» сейчас находится в свободном падении, и это для клуба, как ни странно, тоже созидательный момент. В «Барсе» понимают, что потеряли свой величайший дар, и наступило время переосмысления. И тот дух новаторства, который когда-то сделал этот клуб лучшим в мире, возможно, опять вернется.

— Смогу ли я перенести свое тело в метавселенную?
— Вы же переносите его в свои сны, верно?

Даже сегодня, спустя почти два года с начала пандемии, у людей есть определенные ожидания относительно того, как должно быть презентовано Большое Открытие от компании-лидера Big Tech. Засверкают огни. Зазвучит громкая музыка с густыми басами. Зрительный зал будет переполнен. Генеральный директор в одежде а-ля Стив Джобс, выйдет на сцену. И армия фанатов взорвется бурными аплодисментами.

Поэтому тихая семейная картина от Facebook Connect многих обескуражила: Марк Цукерберг сидит в одиночестве в кресле нейтрального цвета в гостиной нейтральных тонов. Он делает небольшое вступление – как всегда безудержно пафосное, – затем встает и начинает медленно ходить по комнате. Позади него, аккуратно и явно для кадра прислонен к стене велосипед. Через несколько секунд в поле зрения камеры появляется доска для серфинга. «Настоящий спортсмен», – думаю я. И тут меня осеняет: это не спортинвентарь. Это символы.

Символы чего? Символы телесности. Символы природы, открытой дороги, моря и побережья. Символы движения тела в дружеском поединке с природой. Символы физической формы, здоровья, румянца, пота. Одним словом – символы воплощения.

«Воплощение» вместо «сообщества» стало ключевым словом Цукерберга. Оно постоянно крутится у него в голове. «Вы можете думать о метавселенной как о воплощенном Интернете, где вы не просто просматриваете контент – вы находитесь в нем, – сказал он The Verge в июле этого года, добавляя, что со времени учебы в средней школе «одной из вещей, которую я действительно хотел создать, была материализация Интернета». Тот же акцент он сделал в своем октябрьском интервью Stratechery: «Я думаю, что метавселенная – это воплощение Интернета, внутри которого вы находитесь вместо того, чтобы быть просто зрителем». На этом он еще раз акцентировал внимание, описывая метавселенную в своем выступлении: «Этот опыт просто фундаментально отличается от взгляда на экран, это качество физического воплощения в мире, способности взаимодействовать с ним и перемещаться внутри него».

Всё это выглядит как типичный Цукерберг – пафосная риторика, имеющая смысл с точки зрения маркетинга, но в остальном абсурдная. Я имею в виду, как стать «физически воплощенным» в виртуальном мире? «Виртуальное тело» – это ведь оксюморон, не правда ли?

Одна из самых интересных особенностей компьютеров – это то, что они держат перед нами зеркало, которое отражает не природу, а наши представления о ней. Попытки создать искусственный интеллект заставляют нас задаваться вопросами о нашем собственном, естественном интеллекте – что это такое, как он возник и каковы его пределы. Программы обработки естественного языка поднимают сложные вопросы о его происхождении и характере. И в наших попытках создать виртуальные миры с виртуальными обитателями – метавселенную, например, – мы сталкиваемся с фундаментальными вопросами о собственном бытии. Что такое мир? Что значит присутствовать в мире? Какова связь между разумом и телом? Как писал Майкл Хейм в своем эссе 1991 года «Эротическая онтология киберпространства» (сборник «Киберпространство: первые шаги»), «киберпространство – это метафизическая лаборатория, инструмент для исследования нашего чувства реальности».

Человеческое тело, как мы его ощущаем изнутри, на самом деле состоит из двух тел. Это физическое тело (плоть и кровь) и это образ тела в уме (он опирается на представленную в мозге сложную нейронную карту тела). Обычно мы не чувствуем разделения между физическим телом и его ментальным образом – двое действуют как одно целое. Но когда мы мечтаем, происходит раздвоение. Мы чувствуем себя полностью воплощенными в нашей мечте, но наше настоящее тело лежит практически неподвижно на кровати. Хотя разуму и требуется тело для создания его ментального образа, как только рождается этот образ, разум способен создать виртуальное тело, которое может иметь «собственную» жизнь.

Возможно, разум нуждается в теле, будучи по своей природе его создателем, и, появись у него возможность или необходимость, он с радостью воссоздаст тело в качестве своего инструмента. Любой, кто долгое время управлял аватаром от первого лица в хорошо разработанной видеоигре, знает, как разум привыкает к виртуальному телу и оно начинает ощущаться реальным. Это одно из наиболее близких к состоянию сна наяву переживаний. Причем перенос происходит всего лишь с помощью двухмерного экрана и пульта управления. Представьте, что будет делать мозг, когда погрузится в сложную трехмерную симуляцию, наполненную искусственными сенсорными стимулами.

Так что, возможно, идея виртуального воплощения не так абсурдна, как кажется. И Цукерберг что-то нашел.

И всё же было бы серьезной онтологической ошибкой думать, что виртуальное воплощение – это то же самое, что и воплощение реальное. Ментальный образ физического тела – это не физическое тело, даже если оно так ощущается. Здесь можно использовать концепцию «вторичной устности» Уолтера Дж. Онга. В своей книге 1982 года «Устность и письменность: технологизация слова» он исследовал популярное представление о том, что такие электронные технологии, как телефон и телевидение, возвращают общество к «устной культуре». И она подобно той, которая существовала на протяжении большей части истории человечества, пока изобретение письма не привело к господству «письменной культуры». Онг показал, что хотя «вторичная устность», порожденная современными электронными СМИ, имеет некоторые важные характеристики, сходные с дописьменной «первичной устностью», – это всё же принципиально иное явление. В основе его лежит другое состояние сознания. После технологизации ни речь, ни сознание не могут быть де-технологизированы.

Виртуальное воплощение лучше всего понимать как вторичное воплощение. Оно может походить на естественное или первичное, но это фундаментально иное явление. Не думаю, что мы в полной мере знаем суть всех различий, но я бы предположил, что одно из основных проявится в наших социальных связях. Когда мы воплощаемся в качестве аватара в виртуальном пространстве, то можем чувствовать, что у нас есть физическое тело, но поскольку это чувство является исключительно проекцией нашего собственного разума, мы не будем воспринимать других аватаров как физически полноценных существ. Они останутся тенями, мультяшными фигурами – как герои видеоигр. Другими словами, виртуальное воплощение является по содержанию неизбежно солипсическим. Представляющие только себя, мы будем воплощены, но отчуждены.

Человек легко адаптируется умственно и физически. Опасность вторичного воплощения заключается в том, что, если находиться в нем слишком долго, оно может вытеснить и первичное. Оно может стать нашим образом жизни. «Чем больше мы ошибочно принимаем виртуальные тела за самих себя,– предупреждал Хейм, имея несомненный дар предвидения, – тем больше машина вкручивает нас в протезы, которые мы носим». Метавселенная может оказаться единственным знакомым миром для нас, и мы будем в нем одни.

Услышав нецензурную брань или сплетни в своем коллективе, большинство руководителей обычно бьют тревогу. Однако недавний опрос, проведенный компанией ignite80, показывает, что такое поведение служит признаком высокоэффективной команды.

Как ругательства и сплетни влияют на дух товарищества и производительность? По словам основателя ignite80, психолога Рона Фрейдмана, в высокоэффективных командах отношения искренние. И один из показателей этого — комфортное, свободное общение.

Что делает команду эффективной?

Согласно отчету, высокоэффективные команды демонстрируют поведение, выходящее за рамки профессиональной вежливости — это больше похоже на дружеские отношения. Вот несколько ключевых примеров:

1. Высокопроизводительные команды ругаются и жалуются

Ругательства и жалобы часто считаются негативным поведением. Тем не менее, по данным опроса, 38% сотрудников в высокоэффективных командах используют ненормативную лексику при общении с коллегами, по сравнению с 27% в других коллективах. Также в лучших командах люди часто жалуются друг другу и чаще используют сарказм.

Соучредитель и генеральный директор RebateKey Иан Селлс, хотя и ввел в компании определенные ограничения, обнаружил, что поощрение сотрудников к свободному общению в такой манере укрепило общие взаимоотношения. «Несмотря на то, что у нас есть правила и нормы, которые гарантируют, что в чатах не будет непристойных и унижающих достоинство высказываний, мы спокойно относимся к более мягким выражениям, — объясняет он. — Это делает разговоры настоящими и человечными. Общение в сети лишает общение человеческого аспекта. Если добавить к разговору немного перца, он становится более настоящим. Однако мы никогда не потерпим неуважения или злобы по отношению к кому-либо. Допустимо только то, что придает словам эмоции и человеческий оттенок».

2. Они часто общаются друг с другом

По данным опроса, высокопроизводительным командам не хватает нескольких созвонов в Zoom, чтобы оставаться на связи. Если в других группах сотрудники звонят друг другу в среднем шесть раз в день, то среди высокоэффективных команд этот показатель равен десяти.

Может показаться, что еще одно совещание или звонок за день вызовет недовольство, но на самом деле это пойдет коллективу только на пользу.

3. Они болтают о том о сем

Разговоры о личном в начале собрания кажутся потраченным впустую временем, но на самом деле это то, что характеризует высокопроизводительные команды. По данным опроса, так ведут себя 65% эффективных сотрудников, по сравнению с 41% в других коллективах.

В следующий раз, когда во время совещания участники будут обмениваться своими новостями или делиться планами на выходные, подумайте о том, как поддержать разговор вместо того, чтобы сразу переходить к текущей задаче.

4. Они подтрунивают друг над другом

Взаимные шутки укрепляют близкие отношения.

По данным отчета, 41% сотрудников высокопроизводительных команд подтрунивают над товарищами по работе, чтобы сблизиться с ними. В других типах коллективов таких работников только 28%.

Конечно, тут должна быть определенная черта, которую не стоит пересекать, особенно руководителям. Но если во время собрания над одним из участников по-доброму подшучивают, считайте это хорошим знаком.

5. Они эффективны

То, что в производительных коллективах находят время на болтовню и шутки, вовсе не означает, что они идут на компромисс в отношении эффективности. На самом деле, как раз наоборот.

Опрос показал, что высокопроизводительные команды на 77% чаще составляют повестку совещаний и на 46% чаще просят участников завершить работу до встречи, чтобы максимально использовать это время. Даже если это всего лишь внутреннее собрание, повестка встречи и просьба подготовиться заранее укрепляют взаимоотношения в коллективе.

6. Они считают свою работу ценной

Сотрудники высокоэффективных команд уверены, что их работа оказывает положительное влияние. По данным опроса, 97% считают, что вклад, который они вносят, важен для успеха компании. Таким образом, чем больше подчеркивается влияние коллектива на компанию и отрасль, тем лучше он работает.

7. Они самовыражаются

Оказывается, смайлики и гифки — это тоже признак высокопроизводительной команды. Этот опрос показал, что 60% эффективных сотрудников общаются с помощью смайликов, а 52% используют гиф-файлы, что примерно на 20-30% больше, чем в средних командах. Не стоит недооценивать силу своевременных гифок или смайликов, особенно в конце долгой рабочей недели.

С начала пандемии американцы всерьез заговорили о недостатках современной трудовой жизни. Люди обсуждали это с друзьями, с семьей и переживали внутри себя. Миллионы уволились с работы, и многие, особенно люди с высшим образованием, поклялись идти за мечтой и заняться другим делом.

Но это стремление к более значимой работе не ново: за последние три десятилетия студенты и работники с высшим образованием пришли к тому, что я называю «принципом страсти» — когда делать значимую работу важнее, чем иметь стабильность или достойную зарплату. Согласно моему исследованию, основанному на опросах и интервью со студентами, выпускниками и карьерными специалистами, более 75% работников с высшим образованием считают, что страсть и увлеченность — это важный фактор карьерных решений. И для 67% удовлетворение от работы важнее, чем стабильность, высокая заработная плата или баланс между работой и личной жизнью. Последователи этой идеи считают, что увлеченность убережет их от многочасовой работы над неинтересными задачами. Для многих следование страсти — это не только путь к хорошей работе, это ключ к хорошей жизни.

Тем не менее, как я говорю в книге «Проблемы страсти», у такого подхода есть множество недостатков, и они не так очевидны, как может показаться на первый взгляд. Конечно, переход от стабильной, но не радующей работы, к более значимой финансово рискован. Но принцип страсти несет в себе и экзистенциальную опасность. Откровенно говоря, работа белых воротничков не подразумевает самореализации. Она существует, чтобы продвигать интересы акционеров организации. Выбирая работу по найму, мы передаем контроль над существенной частью своего самосознания стремящимся к прибыли работодателям и становимся зависимыми от приливов и отливов мировой экономики.

Сегодня всюду советуют опираться в карьере на принцип страсти. Даже большинство карьерных консультантов в университетах поддерживают этот подход. Но возможность «идти за мечтой» предполагает некую финансовую подушку и трамплины связей, чем могут похвастаться в основном лишь представители высшего среднего класса и богатые люди. По моим данным, когда в погоню за страстью отправляются выпускники колледжей из рабочего класса, они примерно в два раза чаще, чем их более состоятельные ровесники, оказываются на нестабильной, низкооплачиваемой работе, которая не имеет никакого отношения к их увлечению.

Рекомендуя начинающим специалистам делать то, что им нравится, а об остальном подумать потом (я и сама так делала до того, как провела это исследование) мы игнорируем структурные препятствия на пути к экономическому успеху, с которыми сталкиваются многие, и обвиняем соискателей в том, что они не могут преодолеть эти барьеры. Принцип страсти — это в конечном счете решение на индивидуальном уровне. Это помогает работникам избегать рутинной работы, превращая ее в пространство для самореализации. Но никак при этом не делает работу менее утомительной. А многие компании любят эксплуатировать энтузиазм работников. Работодатели предпочитают сотрудников, которые считают свою работу значимой, именно потому, что увлеченные люди часто работают сверхурочно бесплатно.

Чтобы поход за мечтой был менее финансово рискованным, нужно расширять сети социальной защиты, а также отстаивать коллективные решения — лучшие условия труда, более предсказуемое рабочее время, бонусы, переговорный потенциал и меньше переработок — в организациях и посредством национальной политики. Это сделает оплачиваемую работу более управляемой, а сотрудники, занимающие приземленные должности, будут лучше работать.

Обойти экзистенциальные проблемы страсти можно, изменив личные взгляды на работу. Одно из решений — работать меньше, чтобы освободить достаточно времени для друзей, семьи и хобби. Такая работа будет более желанной. Таким образом, вопрос не в том, «как изменить свой карьерный путь, чтобы заниматься любимой работой?», а скорее «как работать, чтобы у меня оставалось больше времени и энергии для вещей и людей, которые приносят радость?» Другое решение — диверсифицировать смысловые портфели — то есть активно искать новые возможности для укоренения чувства идентичности и удовлетворения. Не стоит доверять основную часть своего самоощущения какой-то одной социальной нише, а особенно такой бурной сфере, как рынок труда.

Разумеется, я не считаю, что фактор радости от работы нужно устранить. Работа ради денег может быть утомительной, разочаровывающей и даже разрушительной, и значимая работа — один из способов сделать время более приятным. Но не обязательно позиционировать работу как центральный элемент нашей идентичности. Понимая ловушки страсти, можно найти ей лучшие альтернативы. Следуйте за мечтой, если это важно для вас, но также находите возможности укреплять свое самоощущение вне работы.

Я надеюсь, у вас есть мечты. Они ценны, они открывают дверь чему-то, что может случиться в следующий момент.

Мечты бывают тактическими. Это вполне конкретное видение возможного будущего, которое создает определенный образ счастья.

А есть мечты стратегические. В них бывает недостаточно конкретики, но они помогают нам понять, как мы можем изменить мир и что будем чувствовать от этого.

Если вы мечтаете стать звездой водевиля и работать по ночам в «Риальто» на Бродвее — эта мечта конкретная, тактическая.

С другой стороны, если вы хотите заниматься ремеслом на глазах у публики, которая ценит вас и дает возможность продолжать свое дело, — это стратегия.

Чем больше мы говорим о мечтах, тем более тактическими они становятся — как будто мечта, которая может сбыться, перестает быть мечтой.

Но верно сформулировать стратегическую часть гораздо важнее. Те чувства и вклад, к которым вы стремитесь, а не то как это выглядит в вашем резюме.

Проблема в том, что люди часто плохие помощники вашим мечтам.

Возможно, вам повезет, и вы встретите людей, которым есть дело до вас, и они с радостью скажут, что думают о ваших мечтах и дадут советы. Какой драгоценный подарок. Они радуются за вас и одновременно помогают понять, как еще можно улучшить выбранную тактику.

Тактические мечты практически никогда не осуществляются так, как мы желаем. Нам нужна всесторонняя помощь, чтобы понять, чего мы на самом деле надеемся достичь, и для чего мы это делаем. Мы должны научиться видеть за тактикой стратегию. Потому что, как только мы выберем стратегию, которая будет работать на нас и на важную для нас аудиторию, сможет измениться и тактика.

Слишком часто мы верим, что первый же набор тактик, на котором мы остановились — и есть истинное призвание, единственный способ осуществить мечту. А потом мы попадаем в ловушку и отворачиваемся от тех, кто помог бы выяснить, на чем действительно следовало сосредоточиться.

С другой стороны, люди, критикующие ваши стратегические мечты, могут желать вам добра. Но они, вероятно, мешают вам действовать. Желая защитить, тянут вниз. Надеются уберечь вас от любого провала. Но этим делу не поможешь.

Легко запутаться и начать ждать, что люди будут поддерживать нас постоянно, независимо от того, насколько реалистична наша тактика. Но если окружающие боятся критиковать ваши мечты, то в один прекрасный день вы можете оказаться в тактической западне.

Мне 41 год, и я снова учусь читать.

Чтение романов всегда давалось мне с большим трудом. Какими бы хорошими ни были истории, мне чаще всего казалось, что нужна целая вечность, чтобы добраться до той точки, когда больше нет ощущения, что ты продираешься сквозь страницы.

Только несколько книг захватили меня с самого начала, и я легко прочел их за пару дней. Возможно, в десяти процентах случаев я добирался до этой точки после ста страниц упорного чтения. В остальных девяноста – в итоге отказывался. Почти все книги у меня в шкафу имеют закладки, торчащие где-то рядом с передней обложкой.

Я много отдал бы, чтобы взять толстую книгу и прочитать ее за две недели, как обычный читатель. Большинство советов «как читать лучше / быстрее» на самом деле рекомендуют просто больше времени проводить за чтением – всегда носить с собой книгу, читать в автобусе, в душе.

Вроде бы простой совет – если хочешь прогресса в чем-либо, занимайся этим чаще. Те, у кого навыки лучше, потратили на это больше времени. Однако в моем случае, казалось, никакими объемами проблему не решить. Я корпел над чтением 30 лет, но трудности остались.

Теперь я знаю, почему это стоило мне таких усилий. Одним из побочных эффектов вовремя не диагностированного СДВГ является то, что вы учитесь делать обычные вещи неэффективными способами. Это происходит потому, что вы пытаетесь подражать людям, не имеющим таких же ограничений, но не понимаете этого. Поэтому ваши предположения о том, как выполняется то или иное действие, не соответствуют тому, как это действие выполнили бы другие. Пытаясь читать быстрее, я невольно приобрел худшую из возможных для чтения привычек – переходить к следующему предложению, не убедившись, что понял предыдущее.

Любой человек вынужден время от времени перечитывать предложение или абзац, если он устал или отвлекся. В моем случае я терял мысль почти в каждом предложении и не раз. Тщательно перечитывать каждое недопонятое предложение – это заняло бы целую вечность. И, если учесть мою медлительность, это все равно не выход. Люди не смогли бы читать за две недели толстые книги Стивена Кинга, останавливаясь ради понимания смысла каждый раз, когда отвлеклись. Поэтому я переходил к следующей строке, полагая, что всё делаю правильно.

Оглядываясь назад, я понимаю, что, вероятно, упускал важное на каждой странице (только представьте, что вы пытаетесь следить за фильмом, треть кадров которого втайне отредактирована). Поэтому к 50-й странице повествования у меня неизбежно отсутствовало представление о том, что двигало персонажами. И я откладывал книгу с убеждением, что этому роману, как и многим другим, нужно слишком много времени, чтобы раскрыть героев. Меня всегда смущало, почему писатели так делают, а читатели с этим мирятся.

И хотя я могу в мельчайших подробностях рассказать о внутренней механике эффективного чтения, дело в том, что чтение, как и большинство сугубо человеческих видов деятельности, на самом деле очень сложно. Любой навык, если вы внимательно его изучите, представляет собой сложную связь внутренних и внешних причин и следствий – множество действий, реакций, стимулов и ответов, объединенных для получения результата. Медленный и быстрый читатель не просто делают одно и то же, имея разного уровня навыки. Они, возможно, делают совершенно разные вещи.

Рост означает «другое», а не «больше»

Из этого следует, что при желании в чем-то стать лучше совет «усердно работайте/имейте опыт за плечами» в целом плох, если только вы не используете относительно эффективный подход. А это маловероятно, если вы прилагаете слишком много усилий. Усердие добавит вам опыта лишь в том, как выполнять работу неэффективным способом.

Гораздо лучше полностью перестроить навык с помощью нового подхода, направленного на решение постоянных проблем. Вместо того чтобы совершенствоваться в своем привычном и ограниченном способе действия, изучите его незнакомый и более эффективный вариант, чувствуя при этом неловкость, будто никогда этого не делали раньше.

Сейчас я учусь читать так, как должен был это делать с самого начала. Вместо того чтобы скоростью компенсировать свой медленный темп, я читаю еще медленнее, чтобы убедиться, что усвоил каждое предложение перед тем, как перейти к следующему. Даже если это влечет за собой многократное перечитывание. Я прижимаю к странице карточку и перемещаю ее строка за строкой, чтобы избежать блуждания взгляда и мыслей.

По сравнению с тем, к чему я привык, это очень трудоемко. Иногда я трачу десять минут на то, чтобы должным образом прочесть одну страницу. Но это работает. Понимание смысла растет, и за пятьдесят страниц я уже не теряю интереса.

Мой темп составляет примерно сорок процентов от средней скорости чтения. И хотя это может звучать пафосно, но я впервые по-настоящему могу читать художественную литературу – я знаю, что уже преодолел ограничение, которое всегда меня сдерживало. Возле моего книжного шкафа стоит высокая стопка из многостраничных романов Роберта Джордана и Стивена Эриксона, и я читаю уже третий. Глядя на свой книжный шкаф, я больше не чувствую сомнений и смущения. И впервые знаю, что могу взять любую из этих книг и прочесть ее. Это сбывшаяся мечта.

Переход на другой уровень

Я считаю, что такой вариант развития навыка, как «переход на другой уровень» – это начать заново, с нулевым опытом, качественно иным способом. И он отличается от усердной шлифовки той ограниченной версии навыка, которую вы всегда использовали.

Переход на другой уровень и ощущается совсем иначе. С одной стороны, это более некомфортно и затруднительно, потому что в каком-то смысле вы начинаете все сначала. С другой стороны, вы быстро почувствуете, что стоите на более ровной и прямой дороге и уже свободны от многих ограничений.

Вряд ли среди нас есть те, кто настолько эффективен, что не имеет навыков, которым нужен переход на другой уровень. Вы можете готовить идеальный омлет, но будете каждый раз создавать таблицы вручную, вместо того чтобы за два часа научиться использовать шаблоны. Вы можете быть опытным покупателем, но полагаться на свою девушку при настройке группового чата.

Новые возможности ждут нас повсюду, часто вне зоны комфорта. Но, однажды перейдя на другой уровень, вы уже не вернетесь к прежнему, и борьба, которая казалась вечной, может закончиться навсегда.

Информация о том, сколько зарабатывают другие, стала открытой: кадровые агентства публикуют вакансии с указанием зарплаты, СМИ регулярно рапортуют о самых высоких заработках в различных сферах, а коучи обещают сделать каждого миллионером. Блогер, ведущая YouTube-канала Эллина Дейли в книге «Пока мне не исполнилось 30» объясняет молодым людям, как сформировать собственные финансовые мечты.

Подписчица Алина как-то прислала мне вопрос: «Посмотрела интервью с предпринимателем, который в 26 лет зарабатывает 10 миллионов в месяц. Как перестать мучить себя мыслями, что я делаю что-то не то, работаю не там и мало зарабатываю?»

С одной стороны, радует, что люди стали свободно и открыто говорить о деньгах, потому что появляется больше понимания, какие вообще суммы существуют в жизни других людей. К тому же сегодня порталы с вакансиями все чаще публикуют примерные возможные варианты зарплаты, а на платформах для фрилансеров можно посмотреть, во сколько оценивается труд в разных сферах. С другой стороны, не все умеют пользоваться этой информацией во благо. Узнав, что твой ровесник зарабатывает 10 миллионов в месяц, можно довольно легко и быстро разочароваться в себе и своих способностях, а то и вовсе застрять в состоянии самобичевания.

Важно помнить, что, во-первых, не всем нужно зарабатывать 10 миллионов. Большие деньги сами по себе не приносят счастья, ими нужно уметь пользоваться, и это умеют делать далеко не все. Выход на новый финансовый уровень, как правило, сопровождается массой обязанностей. На словах звучит круто: предприниматель сделал 10 миллионов. На деле из этих денег он, возможно, даже ничего не оставил себе, потому что они пошли на выплату зарплат сотрудникам, оплату налогов, аренду офиса, прочие расходы и реинвестирование в бизнес. На словах наличие бизнеса звучит легко и просто, а на деле за большими цифрами скрывается большая ответственность. Поэтому не стоит романтизировать предпринимательство и богатую жизнь.

Во-вторых, реакцию на истории о финансах чужих людей следует переводить из плоскости «Почему он зарабатывает много, а я мало?» в плоскость «Мне не важно, сколько зарабатывают другие, я контролирую свои финансы и слежу за тем, сколько зарабатываю я сам» или вовсе в «Вау, если он столько зарабатывает, значит, и я так смогу, если захочу!».

Все в ваших руках, и, если вы захотите, вы сделаете. Загвоздка в том, что большинство людей на самом деле ничего не хотят. Иначе мир давно был бы полон миллионерами.

В-третьих, на самом деле «Почему он зарабатывает много, а я мало?» — это очень хороший вопрос. Он раскрывает еще одну проблему: люди часто задают вопросы, но не пытаются искать ответы. Или, даже если ответы им известны, они ничего не делают, чтобы внедрить их в жизнь. Ведь почему кто-то зарабатывает больше вас? Потому что умеет думать и действовать иначе. Это необязательно означает, что человек физически больше работает или тратит на работу больше часов в день. Человек может просто работать по-другому. Он знает методы, которые позволяют ему зарабатывать другие деньги. Он оптимизировал рабочий процесс и не отвлекается на неважные задачи. Он четко следует расписанию. Он делегировал ряд задач и теперь может сфокусироваться на задачах, приносящих больший доход. Он масштабировал то, над чем работает, и теперь его доход увеличился в несколько раз. Можно придумать еще десятки вариантов, как это — работать по-другому. Главное — внедрять в жизнь эти варианты, тестировать их, искать ответы на вопросы и способы зарабатывать больше.

Долгое время я относилась к деньгам как к чему-то чужому, словно информация про финансы — это не для меня. Я боялась изучать денежные вопросы, системы налогообложения и инвестирование, потому что это казалось сложным. Потом я задумалась: «Я имею дело с деньгами каждый день. Почти ежедневно я что-то покупаю, трачу, оплачиваю услуги. Почему я постоянно думаю, как потратить деньги, но почти не думаю, как еще заработать?» Так, сначала я стала обращать внимание, как уменьшить ненужные траты. Например, часто передвигаясь по миру и пользуясь банковской картой в разных странах, я заметила, что с меня везде снимают комиссию, либо банк автоматически конвертирует иностранную сумму в мою валюту по невыгодному мне курсу и я теряю на этом деньги. Также я теряла деньги на невыгодном использовании мобильной связи в разных странах. Сегодня все больше банков и мобильных операторов предлагают удобные способы ликвидировать подобные траты, а то и сами предлагают процент или кешбэк, если вы пользуетесь своей банковской картой за рубежом. Но до некоторой поры я совсем не обращала на это внимание и даже не вникала в подобные ситуации. В итоге я разобралась с вопросом и закрыла эту утечку финансов. Воспользовавшись моим примером, полезно подумать, где вы незаметно для себя теряете деньги и куда можно реинвестировать то, что вы приобретаете.

Кстати, инвестиции еще одна острая тема. На западе инвестирование — это уже привычка, а в русскоязычном пространстве на массовом уровне это все еще тренд. Здорово, что все больше людей пытаются его освоить и узнают, как еще можно обращаться со своими деньгами, но есть и обратная сторона: не все осознают, что для успешного инвестирования нужно усердно учиться и постоянно находиться в информационном потоке. Складывается ошибочное впечатление, что можно пройти краткосрочный обучающий курс и во всем разобраться, но таких знаний точно не будет достаточно. Это не тот случай, когда следует гнаться за мгновенным результатом, если вы хотите быть уверены в его надежности. Проверяйте опыт людей, которые делятся информацией о финансах: на чем основано их мнение? На просмотре нескольких обучающих видео или многолетнем опыте работы на бирже или в другом финансовом секторе? Инвестировать нужно не потому, что это модно и все об этом говорят, а когда у вас есть понимание, зачем это делать и усидчивость, чтобы разобраться в теме и заниматься ей с серьезными намерениями в долгосрочной перспективе.

Как прекратить болезненно относиться к теме финансов? Перестать считать чужие деньги и начать контролировать свои. Сравнение своего заработка с чужим вызывает тревогу, вместо этого лучше подумать, как вы можете улучшить свою финансовую ситуацию. Окружайте себя людьми, с которыми вам комфортно говорить про деньги, кто не стыдит вас за желание жить хорошо и инвестировать в качественный уровень жизни, образование, впечатления, путешествия.

У нас с друзьями есть игра: мы расширяем свой уровень нормы. Например, мой приятель, который несколько лет назад открыл стартап, мечтает о дорогой машине. У него и сейчас отличный автомобиль, но он хочет лучше. Пока что бизнес не позволяет ему достать из оборота нужную для покупки сумму, поэтому иногда он берет напрокат машину своей мечты. Его это зажигает —он на время становится владельцем своей мечты, потом сдает машину обратно и отправляется работать до тех пор, пока не заработает нужную сумму денег.

Можно годами копить сумму, экономить на всем и находиться в стрессе, а можно превратить мечту в реальность на один день, ощутить счастье в полной мере, а потом вернуться в привычную реальность и с новыми силами продолжать работать над желаемым. Такой метод помогает сориентироваться в пространстве: когда ты на минутку прочувствовал в реальности, как это — иметь то, что хочешь, добиваться цели становится проще.

Подробнее о книге «Пока мне не исполнилось 30» читайте в базе «Идеономики».

Многие люди заявляют, что скептически относятся к автономным технологиям, но кажется, мы, наоборот, слишком доверяем машинам.

Когда рейс 447 Air France полетел брюхом в Атлантический океан со скоростью почти 300 км в час, пилоту Пьеру-Седрику Бонену пришлось бороться со штурвалом. Он взял управление на себя, когда автопилот внезапно отключился, по-видимому, из-за оледенения на корпусе. Ситуация требовала ручного вмешательства.

Другие пилоты, не предполагавшие такого сценария, не могли стабилизировать самолет. Их сбивали с толку сообщения и сигналы тревоги от бортового компьютера — все выглядело так, будто двигатель не заглох, хотя на самом деле ситуация была критической. Последние слова Бонена, зафиксированные самописцем: «Мы разобьемся — этого просто не может быть. Что же происходит?»

Все 216 пассажиров и 12 членов экипажа погибли в тот день, 1 июня 2009 года. У таких несчастных случаев с участием людей и техники обычно существует несколько факторов или причин. Но аналитики частично обвиняют в трагедии рейса 447 чрезмерное доверие к технологиям. Летный экипаж надеялся на автопилот и на то, что информационные системы самолета предоставляют точную информацию. И это далеко не единственный инцидент, в котором излишнее доверие к технологиям привело к гибели людей.

Это хорошо изученное явление, известное как предвзятость автоматизации, которая иногда также приводит к потере бдительности — то есть люди меньше способны замечать неисправности, когда всем управляет компьютер. Удивительно то, что на эту склонность «слишком доверять» машинам, возможно, напрямую повлияли миллионы лет эволюции.

«Излишнее доверие к технологиям — это ошибка ошеломляющего масштаба», — пишет Патрисия Хардре из Университета Оклахомы. Она утверждает, что людям обычно не хватает способности судить о том, насколько надежна конкретная технология. На самом деле это работает в обе стороны. Мы иногда отказываемся от помощи компьютера в ситуациях, когда это принесет нам пользу, или слепо доверяем ему тогда, когда он в конечном счете вредит человеку и угрожает его существованию.

Поведение одного из наших ближайших родственников, шимпанзе, указывает на то, почему мы так плохо умеем оценивать надежность техники. Возможно, причина в том, что мы вместо этого оцениваем других представителей своего вида.

В недавнем эксперименте исследователи создали устройство, позволяющее шимпанзе в заповеднике в Кении получать еду, потянув за веревку. Одна веревка предлагала основную награду в виде одного кусочка банана. Но был еще и второй вариант — более крупное вознаграждение в виде двух кусочков банана и ломтика яблока, которые можно было получить либо с помощью машины, либо от другого шимпанзе.

Иногда на другом конце веревки оказывалась машина, иногда — другой шимпанзе, но никогда они не бывали вместе. Однако иногда машина не выдавала угощение, а другой шимпанзе предпочитал не делиться. Таким образом, хотя этот способ потенциально обещал большую награду, его использование предполагало некую неопределенность.

Таким образом, участники-шимпанзе оказывались либо в социальных, либо в несоциальных условиях. Им нужно было довериться либо машине, либо другому шимпанзе, чтобы иметь шанс получить большее вознаграждение.

Исследование показало, что, когда на другом конце веревки оказывался другой шимпанзе, приматы реже выбирали этот способ. Участвовать в социальном эксперименте они отказывались в 12% случаев, тогда как машину отвергали только в 4% случаев. Другими словами, технике они доверяли больше.

«Они колебались гораздо больше… когда партнером был другой шимпанзе», — говорит Лу Хо из Института развития человека Макса Планка, которая работала над этим экспериментом. Это одно из немногих исследований, показывающих, что социальный риск играет большую роль в том, как шимпанзе и люди ориентируются в мире.

Это называется «отвращение к предательству», говорит Хо. «Страх быть обманутым другим человеком [или шимпанзе], который, как считается, вызывает более сильные эмоции». Это все равно что положить деньги в торговый автомат и не получить запрошенный напиток. Это, без сомнения, вызывает раздражение, но представьте, как бы вы себя чувствовали, если бы деньги взял бармен, а затем начал пить колу прямо у вас на глазах. Вы, наверное, были бы в ярости. Конечно, торговый автомат не собирался никого обманывать, он просто не смог выдать заказ, а вот бармен осознанно выпил напиток, несмотря на то, что знал, какие чувства это вызовет.

Однако исследовательская группа на этом не остановилась. Они провели еще один эксперимент с участием шимпанзе, которые уже поняли, насколько вероятно получить больше угощения при выборе неопределенного варианта, благодаря участию в первом эксперименте. Теперь неопределенный вариант не был полностью неопределенным — шимпанзе уже осознавали, на какой риск они идут.

И вот тут обнаружился сюрприз. Шимпанзе больше не различали социальный и несоциальный варианты — теперь они перестали больше доверять машине, чем своему собрату.

«Вот почему мы считаем захватывающим открытие, что они проводят различие между социальным и несоциальным миром в тех случаях, когда вокруг много неопределенности», — говорит Хо.

«В этом есть смысл, если подумать о том, насколько важно для приматов согласовывать свое социальное окружение», — говорит психолог из Технологического института Флориды Дарби Проктор.

«Что касается техники, нет никаких последствий в будущем и потенциальных социальных затрат», — объясняет она. В конце концов, шимпанзе, которые участвовали в этих экспериментах, должны были по его окончании проводить время вместе, так что любое неудовольствие могло каким-то образом повлиять на их взаимоотношения.

Проктор и ее коллеги ранее проводили аналогичные тесты и также обнаружили, что шимпанзе больше доверяют предметам, чем другим шимпанзе. Проктор упоминает, что когда один из приматов не смог дать щедрую награду другому, удрученный шимпанзе выразил свои чувства, прыснув на партнера водой. «Обычное проявление недовольства», — говорит Проктор.

Впрочем, Проктор сомневается, что шимпанзе в этих экспериментах действительно больше доверяли машинам. Можно также предположить, что они просто более спокойно реагируют на плохую сделку, когда в ней не участвует социальный партнер.

«Дело не в уверенности, что машина непременно даст хорошую награду. Возможно, мы просто не воспринимаем ее как эмоционально значимый объект, поэтому более охотно идем на риск», — предполагает она.

Но в любом случае эволюция, похоже, повлияла на готовность приматов иметь дело с неопределенностью в зависимости от ощущений, идем ли мы на социальный риск или нет.

Эволюция на самом деле не подготовила нас к тому факту, что предательство машины может обойтись довольно дорого, утверждает Франческа де Петрилло из Института перспективных исследований в Тулузе, которая изучает приматов. В течение миллионов лет у нас не было необходимости развивать умение оценивать машины так же тщательно, как представителей своего вида. Но сегодня, когда технологии оказывают огромное влияние на жизнь людей, эта необходимость возникла.

Здесь есть и другие факторы. Помимо эволюции, на нашу готовность доверять технологиям также влияют личные знания о технике или устройстве и культурные ожидания. Исследование 2019 года показало, что люди в среднем на 29% чаще сообщают данные своей кредитной карты во время текстового чата, если думают, что общаются с компьютером, а не с другим человеком. Исследователи обнаружили, что этот эффект был даже более выражен среди тех, кто заранее считал, что машины более безопасны или надежны, чем люди.

С другой стороны, иногда люди выступают резко против доверия к технологиям. Опросы показывают, что многим не нравится идея беспилотных автомобилей или автоматизация рабочих мест. Есть много причин, по которым возникают опасения в отношении новых технологий. Люди боятся потерять часть своей идентичности, если все будет автоматизировано. Или просто скептически относятся к тому, что компьютер сможет выполнять определенные задачи с необходимой осторожностью и умением. Вы вовсе не удивляетесь, когда видите сотни видеороликов с падающими роботами или сталкиваетесь с упорным отказом компьютера работать правильно.

Среди тех, кто изучал, что именно влияет на готовность человека доверять той или иной технологической системе, был социальный психолог из Билефельдского университета в Германии Филипп Кульмс. Он и его коллега придумали головоломку в стиле тетриса, в которой участники сотрудничали с компьютером, который также контролировал некоторые части. Когда компьютер хорошо играл в игру (демонстрируя компетентность) и давал игроку-человеку доступ к ценным предметам, приносящим дополнительные очки (демонстрируя теплое отношение), участники чаще доверяли ему, а также обменивались деталями пазла — то есть выражали эту уверенность в игре.

«К нашему удивлению, этого очень ограниченного набора переменных, которыми мы могли манипулировать, оказалось достаточно», — говорит Кульмс.

Если согласиться с тем, что люди, как правило, плохо оценивают надежность машин, потому что эволюционно привыкли судить о надежности на основе социальных сигналов, тогда это логично. Это также перекликается с другими исследованиями, предполагающими, что люди более азартны при игре на тех автоматах, которые отображают человеческие свойства.

Другими словами, мы не просто плохо оцениваем надежность технических средств, мы также легко соблазняемся механическими объектами, когда они начинают вести себя немного как социальный партнер, который проявляет заботу о наших интересах.

Таким образом, в отличие от человека, который был уязвлен безответностью компьютеров и поэтому не доверяет им всем, человек, который научился доверять определенным системам — например, автопилотам самолетов — с трудом понимает, как они могут ошибаться, даже когда это происходит.

Де Петрилло отмечает, что при общении с голосовыми помощниками, такими как Siri от Apple или Alexa от Amazon, она ощущает уверенность в компьютерах.

«Я думаю, что они действуют в моих интересах, поэтому мне не нужно в них сомневаться», — говорит она. Исследование Кульмса предполагает, что этот эффект сохранится до тех пор, пока технологии будут выглядеть компетентными и достаточно доброжелательными. Кульмс отмечает, что именно поэтому разработчики технологий должны быть уверены в этичности создаваемых систем и в прозрачности их функциональности.

Большая ирония всего этого заключается в том, что за любой технологией, которая кажется надежной, может скрываться злой человек с гнусными намерениями. Чрезмерное доверие к неисправной машине достаточно опасно, не говоря уже о технике, специально созданной для обмана.

«Если бы мы так же рисковали с людьми, то о возможных негативных последствиях было бы известно куда больше», — говорит Проктор. И она, и Хо согласны, что требуется дополнительная работа, чтобы выяснить, насколько искренне шимпанзе доверяют машинам и в какой степени это раскрывает правду о человеческом поведении.

Но здесь есть намек на то, что на наше случайное, иногда катастрофическое, чрезмерное доверие к технологиям повлиял простой факт: мы эволюционировали в социальных животных в мире, где машин не существовало. Теперь они есть, и люди все время доверяют им свои деньги, личные данные и даже свою жизнь. Это не обязательно неправильно — просто зачастую мы плохо понимаем, когда это можно делать, а когда — не стоит.

Люди переезжают по разным причинам. Кто-то хочет жить поближе к семье, кто-то — наоборот, подальше. Кто-то убегает от высоких цен и сумасшедшего движения больших городов. А есть еще и погода. Я пишу эти строки, смотрю в окно на серое осеннее утро в Бостоне и прекрасно знаю, какое уныние ждет нас впереди. Жители Северного полушария, которые каждый год переживают долгую, холодную и темную зиму, возможно, думают, что сейчас — самое время найти более солнечное место для жизни. А быстроразвивающиеся города, например, в Южной Каролине и Техасе, убеждают, что вы будете счастливее, если сделаете это.

Этот мотив переезда не выглядит странно. Многие исследования показывают, что солнце и тепло действительно улучшают настроение. Но в целом переезд ради приятной погоды, вероятно, не стоит денег, времени и личных неудобств. Можно стать счастливее, даже если живешь в хмуром, непогожем месте.

Солнечный свет и счастье, несомненно, связаны. Исследователи давно говорят про «сезонное обострение психиатрических симптомов»: когда погода становится более холодной и серой, настроение ухудшается, а тревога нарастает. В одном эксперименте 1983 года исследователи просили людей оценить их настроение и счастье в дни с разной погодой. Оба показателя в солнечные дни были выше, чем в дождливые.

Когда Джон Денвер пел: «Солнце на моих плечах делает меня счастливым», он был прав в буквальном смысле. Солнечный свет, касаясь кожи, увеличивает уровень серотонина, нейромедиатора, который улучшает настроение. Некоторые люди особенно негативно реагируют на недостаток солнечного света в виде сезонного аффективного расстройства (САР), которым страдает до 9,7% населения, особенно в высоких широтах и в зимние месяцы. Их реакция связана не только с дефицитом серотонина. По-видимому, серость и сумрак нарушают циркадные ритмы, из-за чего сбивается цикл сна и ухудшается самочувствие.

Температура воздуха тоже влияет на ощущение счастья. В одном исследовании, проведенном в 2013 году, измерялось настроение участников при различных условиях, и было обнаружено, что прохладная погода при 14 градусах Цельсия оптимальна для хорошего настроения. Более низкие и более высокие температуры были связаны с ухудшением самочувствия.

Может показаться, что секрет счастья — в том, чтобы переехать в какое-то место вроде Пало-Альто, где почти всегда солнечно, тепло и не слишком жарко. Но не торопитесь. Такая постоянно умеренная погода — не совсем к лучшему. Люди, которые живут там, где всегда тепло, в осенние и зимние месяцы, как правило, более счастливы, чем те, кто живет в полосе с холодной погодой. Но весной тенденция меняется на противоположную. Когда люди говорят, что им «нравится смена сезонов», они, вероятно, подразумевают не любовь к выкапыванию машины из сугроба, а скорее заметный прилив счастья, когда плохая погода превращается в хорошую.

И, конечно же, существует проблема гомеостаза. Люди, как правило, не умеют долго наслаждаться чем-то хорошим, быстро привыкают и возвращаются к исходному уровню счастья. Исследователи предупреждают, что после переезда восторг от хорошей погоды улетучивается относительно быстро, как и от других радостных событий (например, свадьбы или получения большого количества денег).

Если переезд в теплое место дает такие незначительные и кратковременные плюсы, почему же он настолько заманчив? Оказывается, люди считают погоду более важным фактором счастья, чем это есть на самом деле. В ставшем классическим исследовании 1990-х годов психолог, лауреат Нобелевской премии Дэниел Канеман и его соавтор Дэвид Шкаде попросили жителей Среднего Запада и Калифорнии оценить свою удовлетворенность жизнью, а также счастье людей, живущих в другом регионе. Собственные оценки участников были одинаковыми, но обе группы считали, что калифорнийцы более счастливы, чем жители Среднего Запада, особенно из-за климата. Исследователи пришли к выводу, что это несоответствие доказывает «иллюзию фокуса»: считается, что такое очевидное отличие, как солнечная погода, имеет большее значение для счастья по сравнению с другими, менее видимыми аспектами, такими как дружеские отношения и домашний уют.

Солнечная погода — это здорово. Но если вы не страдаете от САР, переезд только ради нее, вероятно, не стоит усилий. Вы будете скучать по смене времен года, если приедете из более умеренного климата, а улучшение самочувствия будет меньше, чем вы думаете, и этот маленький всплеск счастья испарится слишком быстро. Между тем, в зависимости от того, куда вы решите переехать, можно угодить в ловушки, лишающие вас счастья: такие, как высокие налоги и цены на жилье. Я не говорю, что никому не нужно жить в Остине или Пало-Альто, но вам почти наверняка не нужно туда перебираться лишь ради солнца.

Вы будете счастливее, отправляясь время от времени в теплые места, чтобы погреться на солнце, особенно в холодные зимние месяцы. Исследования показывают, что частый короткий отпуск — если вы можете себе его позволить — это хорошая стратегия для улучшения самочувствия, поскольку помогает обойти проблему адаптации. Мы уже знаем, что у людей, живущих в холодных местах, с наступлением весны поднимается настроение, а значит вы можете моделировать это изменение снова и снова, используя короткие каникулы в солнечных местах. (Хотя, конечно, домой придется возвращаться.)

Другая стратегия заключается не в том, чтобы получить ту погоду, которая вам нравится, а в том, чтобы полюбить имеющуюся. Моя жена, уроженка солнечной Испании, посвятила себя изучению унылого климата города Сиракьюс, штат Нью-Йорк, когда мы переехали туда, и в итоге полюбила это место. Улучшить «плохую» погоду можно, сделав ее средством для развлечений. Я знал семью, которая жила в зимних кемпингах в северной части штата Нью-Йорк, что, на мой взгляд, уже слишком. Но беговые лыжи — хорошее времяпрепровождение, а в Майами на лыжах не покататься.

Если ничего не помогает, вы можете просто сдаться и перестать жаловаться. Я жил примерно равное время в солнечных местах (Бока-Ратон, Санта-Моника, Барселона) и унылых (Сиэтл, северная часть штата Нью-Йорк) и на протяжении десятилетий тщательно отслеживал свой уровень счастья. Как выяснилось, климат не оказывал систематического воздействия на мое самочувствие, хотя это такая удобная жалоба. Увидев эти данные, я просто перестал ныть о бостонских зимах, и это помогло мне полюбить их. Теперь я концентрируюсь на том, ради чего живу здесь, например, на преподавательской работе в университете, которую я люблю.

Многие, на первый взгляд, здравые идеи о погоне за солнцем в поисках счастья, не выдерживают, скажем так, тщательной проверки. Помимо практических проблем, которые я перечислил выше, есть проблемы и с философской точки зрения: предположение, что небольшая сумеречность — это плохо, и от нее следует избавиться. Наоборот, в полноценной жизни есть и солнце, и дождь. Никто не выразил это лучше, чем Генри Уодсворт Лонгфелло в стихотворении «Дождливый день»:

Спокойно, сердце! Брось роптанье;
Светило из-за туч прольёт сиянье;
Твоя судьба ничем не хуже каждой,
И в жизни должен дождь пройти однажды,
И пасмурные дни страданья.

(Перевод Влада Прохожего)

Солнце вернется. А пока живите полной жизнью под дождем.