Вокруг климатических изменений уже сейчас существует множество конспирологических теорий: от отрицания потепления до обвинения мировых элит. В основе таких идей лежит главный принцип: они ищут не решение, а виновных. Ученый-когнитивист Акош Сегефи объясняет, в чем схожесть инструментов конспирологов, и как ситуация будет развиваться в недалеком будущем.
Климатический кризис охватил всю планету: уровень моря повышается, погодные условия становятся все более экстремальными, колеблясь между засухой и ливнями; страдают сельскохозяйственные культуры, что неизбежно сказывается на ценах. Несмотря на очевидные вещи, есть люди, которые предпочитают отрицать происходящее. А когда ситуация станет критической, скорее всего, они начнут искать виноватых, например, тайные правительства или кого-то еще. Кого угодно, кроме самих себя.
От отрицания климатических изменений рукой подать до климатического популизма (это подход к проблеме и политике с лозунгами, но без решений, с обвинениями, но без принятия ответственности). Почему так происходит? Возможно, дело в способах мышления. Исторически люди предписывали погодным условиям некую преднамеренность. Существовали боги и сверхъестественные существа, которые в тот или иной момент отвечали за природные явления (достаточно вспомнить греческого Зевса-громовержца, пернатого змея Кукулькана, бога ветра у майя и Райдзина, японского бог грозы. Иногда высшие силы требовалось задобрить.
Кажется, что вера в богов стихии осталась далеко в прошлом, однако, склонность нашего разума к воображению намерений, стоящих за драматическими результатами, не изменилась. Когда дела идут плохо, люди реагируют предсказуемым образом — ищут, кого бы обвинить. Яркий пример — это пожары на острове Мауи (Гавайи) в 2023 году. Вслед за трагедией появилось множество теорий заговора, несмотря на многочисленные опровержения от официальных лиц. Вина возлагалась на что угодно: от систем управления погодой, до космических лазеров. Был и целый ряд объяснений: например, утверждалось, что системы управления погодой используются для того, чтобы загнать людей в «умные города», где все работает на солнечной энергии, люди — вегетарианцы, а управляет всем искусственный интеллект. Другие версии твердят о новом космическом оружии, созданном «мировым правительством» для искусственного вызывания природных катастроф. Так что неважно, сколько столетий прошло со времен древних верований, некоторые вещи остаются неизменными.
Как отмечает Сегофи, теории заговора бывают связаны между собой, при этом внутренняя логика часто хромает. Основная черта конспирологии в том, что за любой бедой стоит злой умысел, и любую вину можно возложить на могущественного злодея, скрывающегося в тени. Поэтому, кроме чувства контроля, что мир предсказуем и достаточно прост, теории «экологического» заговора предлагают сторонникам еще одну опасную вещь — оправдание того, что они не собираются менять свой образ жизни в условиях потепления.
Как отметил в 2015 году специалист по культурной эволюции Оливье Морин, аудитория охотно верит в небылицы, если уже верила в нечто подобное в прошлом. Поэтому нетрудно выявить ключевые элементы теорий заговора в будущем, с поправкой на тему климата. Они расскажут нам о злобной и могущественной группировке, преднамеренных преступлениях, интригах за кулисами и предостерегут доверять официальным источникам информации. Много ли людей прислушаются к таким увлекательным историям? И да, и нет. По мнению социолога Криса Бэйла, теории заговора хорошо распространяются через социальные сети, которые действуют как увеличительное стекло, создавая иллюзию популярности радикальных взглядов.
В будущем влияние климатических изменений на жизнь каждого человека станет сильнее. Жизнь станет более неопределенной, а люди в целом с трудом переносят неопределенность и двусмысленность. Теории заговора привлекательны именно тем, что обещают, по крайней мере на первый взгляд, полностью исключить неопределенность и случайность из интерпретации событий. Благодаря им все кажется контролируемым. Значит, вероятно, что теории заговора обретут новых сторонников. К внешним факторам их распространения относятся также социальная нестабильность и изоляция, поскольку вокруг конспирологических теорий формируются сплоченные социальные группы, члены которых активно конструируют для себя смысл и цели. Например, число членов сообщества QAnon резко возросло во время COVID-19, не в последнюю очередь и из-за социальной изоляции. Принадлежность к группе — это адаптивный механизм, помогающий снять тревогу и повысить свою значимость. Человек не чувствует себя одиноким, и это удерживает его от пересмотра убеждений, которые он принял на веру без каких-либо фактических доказательств.
Главную пользу от теории заговора получает ее создатель. Самая простая выгода — это, конечно, деньги. Популярные ролики на YouTube могут продвигать рекламу, а сайт Алекса Джонса InfoWars за три года принес примерно 165 миллионов долларов, в основном за счет продажи пищевых добавок и снаряжения аудитории, убежденной в том, что мир вот-вот рухнет. Помимо материальных благ создатели пользуются и другими преимуществами. Согласно экспериментальному исследованию, проведенному Паскалем Бойером и Норой Паррен, человек, сообщающий плохие новости, часто воспринимается как более компетентный. Тот, кто утверждает, что обладает «тайными знаниями» и «инсайдерской информацией» легко завоевывает авторитет аудитории.
Но опасность конспирологии выходит за пределы интернета. Иногда она приносит вполне реальные результаты. В качестве примера автор статьи приводит историю, которая произошла в Венгрии. Летом 2022 года там была сильная засуха, урожай был уничтожен на одной трети земель, пригодных для сельского хозяйства. Стране пришлось импортировать большое количество кукурузы, беспрецедентный случай в современной истории Венгрии. За несколько лет до этого в стране была установлена система управления погодой («Jéger»), способная защитить урожай от града. Система состояла из 1 000 наземных генераторов, которые выбрасывали йодид серебра в нижние слои атмосферы, предотвращая образование льда в облаках. Засуха становилась сильнее, и многие землевладельцы уверились, что во всем виноват «Jéger» и его операторы. Теория заговора гласила, что генераторы «разделяют» облака пополам, не давая им превратиться в настоящие дождевые тучи, или что они «заставляют» дождь выпадать раньше, поэтому вода не доходит до посевов.
Историю с засухой быстро связали с другими конспирологическими идеями, в том числе с теорией заговора HAARP. Аббревиатура расшифровывается как High-frequency Active Auroral Research Program, инициатива Университета Аляски, целью которой является изучение ионосферы, где наблюдаются северные сияния. Ученые, работающие в HAARP, были шокированы, когда некоторые люди распространили слух о том, что мировая элита решила, будто планета перенаселена, и запустила систему HAARP, чтобы уморить всех голодом. Примерно к таким же выводам пришли и венгерские фермеры. Ни попытки развенчать теорию заговора на организованных круглых столах, ни многочисленные проверки фактов, опубликованные в СМИ, не убедили землевладельцев в обратном. Систему пришлось демонтировать, так как операторы получали угрозы расправы.
В этом случае можно подметить интересную закономерность: чтобы объяснить логические несостыковки (зачем операторам системы вызывать засуху в своей же стране?), люди заимствуют элементы других теорий (мировое правительство, например). Человек, увлекшийся одной теорией заговора, склонен заниматься другими, поскольку остается много открытых вопросов. И как только этот тип мышления усваивается, человек может начать видеть страшные закономерности во всем потоке поступающей информации. Психологи обнаружили, что одним из вернейших признаков того, что кто-либо поверит в одну теорию заговора, является то, что он уже верит в другую.
В случае с экологией пока пальму первенства удерживают те, кто отрицает любое антропогенное изменение климата. Но в будущем отрицать станет сложнее, и что тогда им останется? Автор статьи предполагает, что климатический популизм. По его прогнозам, появятся люди, которые, играя на беспокойстве населения по поводу быстро меняющейся окружающей среды, дадут простые и однозначные ответы о том, кто виноват. Вероятно, они наберут достаточно популярности, не предлагая долгосрочных решений и принятия на себя ответственности. В будущем мы сможем наблюдать, как теории заговора используют две последние разработки — искусственный интеллект и геймификацию. Большие языковые модели, не обученные моральным принципам, можно использовать для создания новых теорий и фабрикации доказательств. Их также можно привлечь для создания правдоподобных, фальшивых онлайн-персон, чтобы сгенерировать ощущение общественной поддержки.
Однако, конспирология — это не единственная форма климатического популизма в будущем и настоящем. Популист вполне успешно может обвинять в происходящем традиционный уклад жизни или климатических беженцев. Например, бывший президент Бразилии Жаир Болсонару в речи, произнесенной для Генеральной Ассамблеи ООН в 2020 году, обвинил племена коренных народов в провоцировании катастрофических пожаров в тропических лесах Амазонки. Эксперты легко опровергли его слова, указав, что всему виной обезлесение, прямой результат экологической политики Болсонару, которая позволила земельным спекулянтам вырубать и сжигать огромные территории. Выгоды его рассказа очевидны — таким образом ответственность перекладывается на кого-то определенного.
Есть ирония в том, что климатические популисты правы в одной вещи: за изменениями климата действительно стоит некий агент. Этот агент — мы сами. Мы не должны искать врагов, на которых можно было бы указать. И, возможно, мы не кажемся себе такими уж злонамеренными, как всемогущие агенты в воображении конспирологов. Но, как указал философ Питер Сингер в эссе «Голод, изобилие и мораль», невежество, недальновидность и пассивность вполне можно считать злом. Коллективная ответственность — это непростая задача, как в политике, так и в других сферах. Легко можно представить себе, как политик, который станет призывать людей отказаться от привычного комфорта ради спасения мира, разрушит свою карьеру. Гораздо проще обвинить в разрушениях какую-нибудь другую группу, и это может принести краткосрочную выгоду, но катастрофу — в долгосрочной перспективе. В этом и будет заключаться основная привлекательность климатического популизма. Это будущее теорий заговора.
Сообщение Климатический популизм: каково будущее теорий заговора появились сначала на Идеономика – Умные о главном.
