Месяц: Июль 2022

В греческой мифологии «ахиллесова пята» означает слабость, которая, несмотря на общую силу, ведет к поражению. Длительно наблюдая и исследуя человеческую психологию, я пришла к выводу, что у человечества такой «ахиллесовой пятой» – одной из самых губительных слабостей – является эгоцентризм.

Эгоцентризм определяется как неспособность буквально допустить или понять иную точку зрения, отличную от своей собственной. Кроме того, эгоцентризм уверен: «если я обижен, это значит, что на меня умышленно, со злостью и без причин нападают, меня преследуют или со мной плохо обращаются».

Короче говоря, эгоцентризм интерпретирует жизненный опыт через отношение к себе. Это означает: если я испытываю что-то неприятное, то воспринимаю это как личное оскорбление вместо того, чтобы рассматривать множество других возможных действующих сторон (факторов/переменных), влияющих на тот или иной опыт. Хотя некоторые факторы можно идентифицировать, многие остаются не столь очевидными.

Эгоцентризм – отличительная черта детства. Он отражает ограниченные когнитивные способности человека на детской стадии развития. Хотя это зачастую неприятно, но проявление эгоцентризма в детстве вызывает меньше беспокойства. Отчасти в связи с ожиданием того, что неправильное восприятие будет без труда скорректировано родителями или опекунами, и что ребенок в конечном итоге перерастет эти когнитивные ограничения.

И хотя все люди с годами биологически взрослеют, многие испытывают во взрослой жизни недоумение, используя те же ограниченные социальные, эмоциональные и когнитивные способности, что и в детстве. Существует много теорий относительно того, почему некоторые люди, становясь взрослыми, отстают в определенных областях человеческого развития, но я возвращаюсь к главному.

Я бы сказала, что эгоцентризм за рамками детского возраста как минимум неуместный, а в худшем случае контрпродуктивный и деструктивный способ мышления. Без коррекции (которая во взрослом возрасте зачастую не так доступна, как в детстве) он может нанести вред качеству жизни в целом. Я бы даже пошла дальше, сказав, что эгоцентризм во взрослом возрасте – это когнитивная деформация, пагубная для психического и физического здоровья, а также для межличностных отношений.

Когнитивные деформации – это модели мышления, искажающие объективные события. Такой образ мышления усиливает негативные эмоции и потому уменьшает ощущение удовлетворенности жизнью. Когнитивные деформации вредны, потому что могут заставить нас поверить, что жизнь на самом деле хуже, чем есть, или что «мир хочет отомстить». Если вы когда-либо слышали библейское учение или читали публикации по нейронаукам, в которых подчеркивалась важность контроля над своими мыслями, причина вот в чем.

Как практикующий лицензированный терапевт, я часто наблюдаю эту когнитивную деформацию у взрослых клиентов. Как люди, мы редко делаем паузу, чтобы подумать о том, что, возможно, моя интерпретация ситуации – это не вся картина, что мои мысли по поводу данного опыта – это одна из многих точек зрения, и я не смог оценить множество других факторов, влияющих на мои нынешние переживания.

Дэвид Фостер Уоллес проиллюстрировал эгоцентризм как «ахиллесову пяту» человечества в напутственной выпускной речи «Это вода» (колледж Кэньон, 2005 год). Он призвал аудиторию делать паузу перед каждой возможностью обидеться, подумав: возможно, то, что они переживают, не является нападением лично на них, чем-то преднамеренным, наполненным злобой и несправедливостью, возможно, на этот опыт влияет множество факторов (видимых и невидимых), которые никто не принимает во внимание.

Например, если кто-то подрезает вас в пробке, вместо мыслей «какой самовлюбленный…», может быть, стоит подумать, что этот человек страдает от сильной тревожности, которая связана с вождением и которая побудила его принять внезапное решение о смене полосы движения, что это его попытка избежать страха пропустить выезд на шоссе, пропустить свой рейс домой и, в конце концов, не успеть к рождению первенца. Прежняя точка зрения предполагает, что кто-то груб со мной просто ради того, чтобы быть со мной грубым (личный выпад). Новый взгляд учитывает дополнительные факторы, которые могли вызвать ваше нынешнее недовольство пробками.

Если мы перестанем думать о своих жизненных переживаниях так, как думаем сейчас, мы можем изменить нашу жизнь и отношения. Когда мы считаем, что происходящее с нами, возможно, не относится лично к нам, а скорее отражает совокупность факторов, мы можем снизить повышенный стресс, связанный с защитной реакцией, развить эмпатию и сострадание к окружающему миру и, в конечном итоге, улучшить свое психическое и физическое здоровье.

Вы можете скептически отнестись к этому утверждению, задаваясь вопросом, можно ли положительно повлиять на столь многие стороны жизни, просто изменив образ мышления. Ответ на ваш вопрос – да. Правда, изменить наше мышление не всегда легко, но, конечно, возможно.

Поэтому в следующий раз, когда вы почувствуете себя обиженным, я призываю вас взять короткую паузу и спросить себя: «Я знаю, что это происходит со мной (лично), но что, если… просто может быть… это не для того, чтобы навредить мне? Что если есть миллионы причин, почему это происходит? Возможно, эти причины со мной никак не связаны?».

Сообщение Есть миллионы причин: как перестать видеть во всем злой умысел появились сначала на Идеономика – Умные о главном.

Если я вам скажу, что сарказм — это один из самых мощных лингвистических инструментов, вы, скорее всего, скажете что-то вроде: ну да, конечно! А, может быть, просто подумаете, что я немного иронизирую.

Все мы помним колкое высказывание Оскара Уайльда о том, что «сарказм — это низшая форма остроумия», забывая при этом окончание знаменитой фразы: «но высшая форма интеллекта». Родители и учителя подростков, в частности, с трудом верят, что эти языковые каламбуры служат признаком гибкого и изобретательного ума.

Однако психологи и нейробиологи утверждают, что все именно так. Они обнаружили, что для сарказма мозгу приходится преодолевать множество препятствий, чтобы прийти к правильной интерпретации, и это требует куда больше умственных способностей, чем буквальные утверждения. И хотя его часто называют детской язвительностью, сарказм на самом деле говорит о зрелости, поскольку развивающемуся мозгу ребенка требуются годы, чтобы полностью понять и освоить его.

Умственные усилия окупаются. Сарказм позволяет приправить общение нюансами, смягчить удары оскорблений или добавить игривое поддразнивание к комплименту. Есть даже некоторые доказательства того, что он делает человека более креативным и помогает выплескивать негативные эмоции, когда мы чувствуем себя подавленными.

Психолингвист из Университета Калгари Пенни Пексман настолько убеждена в важности сарказма, что начала разрабатывать обучающие программы для тех, у кого чувство саркастической иронии недостаточно развито.

Детские шаги

Сложность сарказма помогают разгадать длинные траектории его развития в детстве — Пексман обнаружила это с помощью нескольких нахальных марионеток.

В ее исследовании ребенок наблюдает за героиней по имени Джейн, которая пытается нарисовать розу, но у нее выходит непонятная мазня. «Ты потрясающий художник», — говорит ей подружка Энн. Также в исследовании принимал участие персонаж по имени Сэм, который пропалывал огород и очень быстро заканчивал работу. «Ты ужасный садовник», — говорил его друг Боб.

Как правило, дети до пяти лет просто не в состоянии уловить сарказм в этих высказываниях и воспринимают их буквально. И даже после того, как они начинают понимать, что за этими словами есть какой-то скрытый смысл, им трудно интерпретировать нюансы. (Например, они думают, что это просто ложь.) Понимание сарказма приходит в последнюю очередь. «Оно развивается поздно — в среднем около девяти или десяти лет», — говорит Пексман.

Эта дуга развития, по-видимому, следует за появлением «теории разума» — способности ребенка понимать намерения другого человека — которая с возрастом становится все более сложной.

Среди других факторов — словарный запас и грамматика, способность улавливать тонкие голосовые сигналы, которые указывают на саркастический смысл, и понимание контекстов, в которых можно ожидать сарказма. Это приходит только с большим опытом социальных ситуаций. «Все эти кусочки ребенок должен собрать воедино, но, чтобы понять сарказм, ни одного из них не достаточно самого по себе», — говорит Пексман.

Ее последние исследования показали, что домашняя обстановка сильно влияет на понимание и использование сарказма ребенком. Если родители допускают сарказм, дети, скорее всего, сами разовьют эту способность.

«Примерно к четырем годам дети развивают способность воспринимать точку зрения другого человека и распознавать, что чужие убеждения отличаются от их собственных», — говорит Пексман. С сарказмом сложно, потому что ребенок должен понимать как реальные убеждения говорящего, так и то, как он рассчитывает быть интерпретированным — двухступенчатый процесс, на освоение которого ребенку требуется время. (Как правило, детям до семи лет трудно удерживать в голове две потенциально противоположные идеи.)

Многие дети овладевают этими сложными навыками к подростковому возрасту, и, вероятно, нас не должно удивлять, что им так нравится экспериментировать с саркастичными замечаниями и проверять их влияние на других людей.

Креативное выступление

Если вы все еще не уверены, что любовь подростка к сарказму — это веха, которую стоит отметить, взгляните на недавний эксперимент психолога из Ноттингемского университета в Великобритании Рут Филик. Его участники лежали в сканере фМРТ, читая различные сценарии привычных событий.

В некоторых случаях высказывания персонажей были слегка ироничными, например:

Бернис и Кейтлин подали заявку на курс психологии в одном из университетов США. Они пошли распечатывать свои заявки вместе. В принтере была только розовая бумага. Бернис сказала Кейтлин: «Очень официально!»

В других случаях те же слова использовались как саркастическая критика конкретного человека:

Бернис и Кейтлин подали заявку на курс психологии в одном из университетов США. Они пошли распечатывать свои заявки вместе. Кейтлин решила напечатать ее на розовой бумаге. Бернис сказала Кейтлин: «Очень официально!»

Оба типа иронии запустили «ментализирующую» сеть, задействованную в понимании убеждений и намерений других людей, что подчеркивает важность теории разума в интерпретации подобных двусмысленных заявлений.

Филик обнаружила, что сарказм также вызвал большую активность в семантических сетях, участвующих в общей лингвистической обработке, и в областях мозга, связанных с юмором, по сравнению с несаркастической иронией. Она считает это признаком сложности сарказма. «Сложнее понять убеждения другого человека, почему он так сказал и пытался ли он быть грубым или смешным».

Эта умственная тренировка ведет к неожиданным бонусам. Работая с коллегами из Гарвардского и Колумбийского университетов, Ли Хуан из бизнес-школы Insead в Фонтенбло показала, что выражение, получение или припоминание саркастических комментариев стимулирует творческое мышление.

Например, один из ее экспериментов включал «задачу со свечками», в которой участникам дарили свечу, пачку спичек и коробку гвоздей. Их задача — найти способ прикрепить свечу к стене, чтобы она могла гореть, не капая воском на пол. Правильный ответ — высыпать гвозди из коробки, прибить ее к стене, а затем поставить внутрь свечку — решение, которое придет на ум только в том случае, если вы готовы нешаблонно осмыслить функции каждого предмета.

Перед тем, как приступить к решению задачи, часть участников попросили вспомнить саркастическое общение, а другую часть — искренний или нейтральный обмен мнениями. Удивительно, но саркастические воспоминания увеличили вероятность успеха более чем вдвое — примерно с 30% до 60%.

Как форма юмора сарказм также помогает справиться с разочарованием и стрессом. «Это такой способ выпустить пар», — говорит Кэтрин Ротермич из Университета Восточной Каролины. Одно из ее недавних исследований показало, что депрессивные и тревожные люди чаще используют сарказм во время пандемии Covid-19, что может отражать этот механизм работы со стрессом.

Однако в целом основная мотивация сарказма лингвистическая — добавить красок сообщениям, которые мы передаем. «Это завеса поверхностного смысла над скрытым», — говорит Пексман. Это может быть легкое подтрунивание, и, если вы кого-то неявно критикуете, оно дает вам возможность правдоподобного отрицания, снижая риск ссоры.

Хотя эти исследования проводились со взрослыми, а не с подростками, кажется вероятным, что дети испытывают схожие ощущения при использовании сарказма и видят в нем полезный способ борьбы с негативными чувствами или трудными ситуациями.

Тренировки сарказма

Родители бывают шокированы, заметив, что их дети используют сарказм — для них это признак более взрослого цинизма, который не стыкуется с представлениями о детской невинности. Родители чувствуют себя особенно беспомощными с подростком, который использует его чуть ли не в каждом разговоре, как будто изо всех сил пытаясь выразить искренние эмоции.

Но нужно ли стыдить в этом подростков? Возможно, лучше рассматривать это как полезный для жизни навык? «Хорошо владеть этим навыком полезно, в особенности потому, что наша повседневная речь далеко не буквальна», — говорит Филик.

Пексман согласна — и именно по этой причине она начала искать способы обучать сарказму детей, которые плохо улавливают его нюансы. В результате появился сборник рассказов «Сидни становится саркастичным», в котором приводятся многочисленные примеры сарказма и объясняются причины его использования. Недавний эксперимент с 5–6-летними детьми показал, что тем из них, которые читали и обсуждали истории, было легче обнаружить саркастические высказывания в последующем тесте.

Учитывая плохую репутацию сарказма, мы все могли бы немного больше ценить его сложность и изощренность. Я не иронизирую, когда говорю, что это — в буквальном смысле — один из величайших даров языка.

Сообщение Дар сарказма: почему не стоит сердиться на язвительных подростков появились сначала на Идеономика – Умные о главном.