Месяц: Январь 2020

В последние несколько лет так называемые «фейковые новости» — ложная информация, намеренно распространяемая в интернете, — становятся все более и более серьезной проблемой. Она широко освещается в СМИ, правительства создают специальные комиссии по этому поводу, и фейковые новости стоят в топе повестки дня — и чаще, чем мы хотели бы, в топе новостных лент.

Новое исследование, опубликованное в журнале Psychological Science, показывает, что чем больше мы видим фейковую новость, тем больше вероятность того, что мы ею поделимся. А учитывая тот факт, что фейковые новости гораздо чаще становятся вирусными, чем реальные, это может иметь тревожные последствия.

Исследования показали, что информация, которую мы уже встречали, выглядит более «легкой» — другими словами, нам легче ее обрабатывать. Это, в свою очередь, создает «круг достоверности», пишут Даниэль Эффрон из Лондонской школы бизнеса и Медха Радж из Университета Южной Калифорнии: повторяющаяся информация кажется правдивой, даже если мы одновременно признаем, что это не так. И поскольку часто интуиция определяет моральные суждения, люди могут посчитать не таким уж неэтичным распространение часто встречающейся ложной информации, даже если они знают, что она ложная — просто потому, что она «кажется» правдивой.

Чтобы проверить свою гипотезу, команда опросила 138 мужчин и женщин в США. Участникам с разными политическими убеждениями сначала показали шесть реально опубликованных ложных заголовков, половина из которых была обращена к республиканцам (например, «Ночь выборов: Хиллари была пьяна, напала с кулаками на Мука и Подесту»), а половина — к демократам (например, «Федеральный суд Пенсильвании разрешил СМЕСТИТЬ ТРАМПА после вмешательства России»).

Участники просмотрели заголовки четыре раза, оценивая каждый раз, насколько они интересны, смешны или хорошо написаны. После отвлекающего задания им показали сообщение, в котором четко говорилось, что следующие новости будут ложными — и им снова показали знакомые заголовки, а также шесть новых, которые они еще не видели.

Затем их попросили оценить заголовки по ряду показателей — этично ли и приемлемо ли опубликовать их, насколько вероятно, что они поставят им лайк или поделятся ими, опубликуют отрицательный комментарий или заблокируют человека, который это опубликовал, и насколько заголовки точны.

Предварительное знакомство оказало влияние. Участники посчитали менее неэтичными те заголовки, которые уже видели ранее. Также они были готовы поставить лайки или поделиться этими заголовками чаще, чем новыми. Участники также реже были готовы заблокировать или отменить подписку на людей, которые поделились ранее виденными фейковыми новостями. При этом участники не посчитали ранее увиденные заголовки более точными, чем новые.

Второй эксперимент, в котором приняли участие 800 человек, показал, что всего одного просмотра того же заголовка было достаточно, чтобы получить аналогичные результаты, а в третьем обнаружилось, что просьба «не торопиться» и «обдумывать» свой выбор имела небольшой эффект. В последнем эксперименте участникам было сказано, что они могут поделиться заголовками с другими людьми, которые собираются принять участие в аналогичном исследовании, и опять же они чаще делились уже знакомыми заголовками.

Сейчас, когда фейковые новости распространяются среди миллиардов людей во всем мире, эти выводы важны и могут отразиться на наших усилиях по борьбе с фальшивыми новостями. Сейчас эта борьба по большому счету основана на проверке фактов — попытках сообщить читателям о том, что прочитанное ими не соответствует действительности, и рассказать, что происходит на самом деле. Но учитывая эти результаты, говорящие, что люди, даже зная, что информация ложная, все равно ею делятся, возможно, следует посмотреть на ситуацию под новым углом.

Вряд ли мы справимся с фейковыми новостями в ближайшее время — особенно в периоды политических потрясений. Но понимание того, как и почему мы реагируем на них именно так, может помочь в борьбе с их распространением.

Может ли производительность быть чем-то плохим?

Недавно у меня было подкаст-интервью, где ведущий спросил: возможно ли, что мы переоцениваем продуктивность? Мы все время работаем, стремимся ко все большей эффективности, прилагаем максимум усилий, чтобы сделать больше, но может быть, погоня за производительностью — это не решение?

Я был категорически не согласен. Я много пишу о продуктивности потому, что считаю ее главной в жизни и работе.

Часто я не говорю это прямо, потому что ценность производительности для меня очевидна. Сегодня я хотел бы поделиться своим взглядом на производительность, почему она важна и почему некоторая ее критика вводит в заблуждение.

Что не относится к производительности

Прежде чем я объясню свой взгляд на производительность, позвольте мне отделить это понятие от некоторых связанных идей, с которыми оно имеет тенденцию смешиваться.

Производительность не имеет ничего общего с трудовой этикой или энергичной деятельностью. Решение много работать — это вопрос ценностей: насколько важна работа в вашей жизни? Производительность, напротив, связана с тем, как вы добиваетесь максимальных результатов, учитывая, сколько времени и энергии вы хотите посвятить работе.

Илон Маск продуктивен. Также он трудоголик. Его 100 с лишним часов работы каждую неделю окупаются, но для этого нужно быть очень поглощенным своим делом.

У меня есть другой, гораздо менее известный друг, который работает из дома программистом. Ему нужно работать всего несколько часов в день, чтобы справляться со своей рабочей нагрузкой. Это также очень продуктивно, но мой друг предпочитает не инвестировать сэкономленное время в постоянно растущие амбиции.

Производительность — это не тайм-менеджмент. Управление временем основано на идее, что основное узкое место при выполнении важных задач — это количество часов в день. Таким образом, человек, который бесконечно оптимизирует каждый промежуток времени, делает больше всего.

Но этот подход не работает. Времени почти всегда больше, чем усилий. Производительность подразумевает доведение до максимума вашей способности выполнять важную работу, а не увеличение вашей занятости.

Быть производительным — это не просто делать что-то, похожее на работу. Разговоры с коллегами, долгие прогулки ради размышлений, короткий сон, когда вы устали, каникулы и увлечения тоже могут быть чрезвычайно продуктивными.

Что такое производительность?

Производительность — это результат, поделенный на приложенные усилия.

Результат измеряется важностью достижения целей, а не объемом. Человек, который делает много неважных вещей, все равно непродуктивен.

Вклад измеряется имеющимися у вас временем, энергией и вниманием. Иногда это считают скоростью. В других случаях — легкостью или устойчивостью. Цель производительности, учитывая ваши ограниченные возможности, — увеличение вашего влияния.

Я серьезно отношусь к своей производительности. Но это не значит, что я работаю без остановки. В обычный день я:

• Обычно просыпаюсь без будильника.
• Могу вздремнуть 20 минут, если хочется.
• Хожу гулять в течение дня.
• Трачу большие отрезки времени на чтение.
• Общаюсь с коллегами и сослуживцами.

С традиционной точки зрения на трудовую этику я выгляжу отъявленным лентяем. Тем не менее, я считаю, что результат говорит сам за себя. За последние десять лет я опубликовал миллионы слов эссе, пять книг и сделал несколько важных публичных проектов.

Моя ситуация необычна. Я могу себе позволить быть чрезвычайно гибким в своей трудовой жизни. Тем не менее, эта гибкость сама по себе — результат прошлой производительности, которая позволила мне достичь того, что у меня сегодня есть.

Быть продуктивными, а не казаться продуктивными

К сожалению, производительность часто оценивается по видимости работы. Во многом тот шум, который издают по поводу своей занятости предприниматели, амбициозные сотрудники и студенты — это лишь демонстрация всем окружающим, что они усердно трудятся.

Это может стать проблемой для организации. Сотрудники не уходят домой раньше 9 вечера, чтобы доказать всем, насколько они преданы своему делу. Между тем никто на самом деле не делает значимой работы. Работа допоздна превращается попросту в корпоративную тусовку.

Предприниматели подвержены этому так же, как и наемные работники. Много лет назад я знал парня, который пытался запустить свой онлайн-бизнес. Он гордился тем, что работал 12 часов в сутки, 7 дней в неделю. Но он слишком много болтал о предпринимательстве вместо того, чтобы строить компанию.

Это стремление к демонстративности в значительной степени бессознательно. Иногда человек делает это, чтобы показать боссу и коллегам, что он — «командный игрок». Иногда — чтобы меньше беспокоиться по поводу того, что достижение целей редко зависит только от нас самих.

Защищая продуктивность, я борюсь именно с этой видимостью, которая заслоняет реальность. Производительность — это мера результата по сравнению с усилиями, и это философия, которая намеренно избегает замены сложного расчета тем, что вы просто много работаете.

Что, если я не всегда могу быть продуктивным?

Во многих ситуациях кажущаяся продуктивность — неизбежное зло. Ваш босс не позволит вам вздремнуть, даже если вы так хотите спать, что не можете сосредоточиться. Ваша команда хочет провести весь вечер за «мозговым штурмом», даже если вы думаете, что было бы лучше разойтись и собраться, когда вам действительно будет что обсудить.

Производительность — это идеал. Иногда реальность встает на ее пути. Но одно дело — признать, что мы не всегда можем быть продуктивными, и совсем другое — утверждать, что к производительности не стоит стремиться изначально.

Такое представление о производительности одним видам работ подходит больше, чем другим. Работа охранника в большинстве случаев заключается в том, чтобы просто находиться в нужном месте. В этом случае результат и усилия в значительной степени неразделимы — даже если вы были очень внимательны в первой половине смены, это не позволяет освободиться пораньше.

Однако даже если идея производительности не универсальна, она все равно полезна для большинства людей. Многих из нас оценивают по важности достигнутых результатов: выпущенный софт, написанные эссе, проведенные исследования, обученные дети, высокие продажи. Оптимальный результат при ограниченных ресурсах — это разумная стратегия успеха в большинстве видов работ.

Что измеряется и что действительно имеет значение

Также производительность критикуют за то, что она слишком побуждает сфокусироваться на краткосрочных результатах, поскольку долгосрочные труднее измерить. Я думаю, именно это имел в виду мой интервьюер. Разве люди, одержимые производительностью, не пренебрегают трудноизмеряемой, но важной работой, которая необходима для реальных достижений?

Как писатель я могу измерить свой результат количеством написанных статей. Сосредоточившись на этой цели, я мог бы писать постоянно, не читая книг, не обсуждая идеи с друзьями, не задумываясь о том, что делаю. Сырой результат возрастает, но влияние снижается.

Это, однако, не столько критика производительности, сколько критика того, как мы ее оцениваем. Так же, как я не увязываю внешнюю видимость производительности с реальной производительностью, я не считаю, что правильно фокусироваться на немедленных результатах в ущерб долгосрочным достижениям. 

В защиту производительности

В начале этого эссе я провел контраст между тем, чтобы быть продуктивными и быть трудоголиками. Производительность как мера результата, разделенная на усилия, — нейтральная величина. Вы можете работать продуктивно, даже если вы не собираетесь посвятить работе всю жизнь.

Но эта нейтральность также означает, что стремление к производительности не может сказать вам, какой должна быть ваша жизнь. Набор инструментов не может сказать вам, что строить. Но поддерживайте остроту этих инструментов, и вы сможете создать с их помощью все, что захотите.