Метка: Главное

Если бы 5 лет назад мне сказали, что однажды я возглавлю отдел из 20 копирайтеров и у меня будет личный блог, который читают сотни тысяч человек, я бы расхохоталась от удивления. И все же каким-то образом это произошло.

Люди часто спрашивают, как я пишу, поэтому я решила поделиться этой статьей, чтобы разбудить стеснительного писателя в каждом из нас. Я надеюсь, что рассказ о том, как я разработала свой подход к написанию текстов, вдохновит вас выработать собственный подход, который позволит вам уверенно писать.

«Неуверенность в себе может быть союзником. Это потому, что она служит индикатором стремления. Она отражает любовь, любовь к тому, чем мы мечтаем заниматься, и желание, желание делать это. Если вы спрашиваете себя (и своих друзей): «Я действительно писатель? Я действительно художник?», то вероятно, так и есть», — книга The War of Art

Практика дарит возможность

В детстве я меньше всего любила уроки английского. Я выросла в Онтарио, где было требование, чтобы один предмет изучали всю среднюю школу. И конечно, это был английский язык. Помню, я думала — как любой подросток, — что мир глубоко несправедлив. Я бы с удовольствием дополнительно занималась математикой или химией, но от мысли об еще одном годе английского хотелось плакать (и в какие-то моменты я так и делала).

Любой, кому плохо дается написание текстов (или любое другое творческое занятие), знает, что когда ничего не получается, трудно себя заставить. А если все-таки это сделать, то в конце концов вы обнаружите, что исписали лист одним только словом — тошнота.

Но большинство людей не осознают, что неприязнь к письму мало чем отличается от неприязни к любым другим навыкам. В чем решение? Практика. Погружение в процесс. Повторение.

Практика делает любую, казалось бы, невозможную задачу знакомой. Вы можете научиться писать.

Так что с тех пор я научилась писать без страха. И чем больше я пишу, тем больше ощущаю эффект маховика в действии. Я надеюсь, что моя статья вдохновит писателя внутри каждого человека, читающего это, благодаря пониманию, что письмо — это навык, который можно приобрести с помощью постоянных усилий, навык легко доступный, если организовать процесс с наименьшими препятствиями.

Писать значит думать

Первый шаг к тому, чтобы стать «писателем», — признать, что нет каких-либо показателей, которые определяют человека как «писателя». И тот, кто беззастенчиво претендует на звание эксперта, скорее всего, далек от этого звания. Знаете, что делает вас писателем? Процесс письма.

«Всякий раз, когда вы пишете страницу, вы — писатель. Всякий раз, когда вы играете на скрипке, вы — музыкант. Всякий раз, когда вы начинаете тренироваться, вы — спортсмен. Всякий раз, когда вы поощряете своих сотрудников, вы — лидер», — книга Atomic Habits

Писательство, как и все остальное, — это мышца, которую можно встроить в привычный процесс. Потому что по своей сути это просто способ поделиться мыслями.

Большинство людей не осознают, что зачастую трудность состоит не в том, чтобы написать. Трудность в размышлении, стоящим за написанием.

«Писать значит думать. Писать хорошо значит думать ясно. Вот почему это так сложно», — Дэвид Маккалоу

Письмо — надежный инструмент, который позволяет прояснять и передавать свои мысли. В процессе письма вы заставляете себя критически мыслить и тренируете те части мозга, которые обычно находятся на автопилоте. Как однажды сказал Эйнштейн: «Если вы не можете объяснить что-то просто, вы сами не понимаете предмет достаточно хорошо». Пытаясь сформулировать что-то письменно, вы выполняете упражнение по преобразованию смутных идей в более понятные концепции как внешне, так и внутренне.

Но часто из виду упускается тот факт, что наличие ясной, уникальной и вдумчивой точки зрения значительно снижает груз ответственности, необходимый для написания текста. Так что же из этого курица, а что — яйцо?

«Именно посредством письма мы проявляем нашу способность мыслить, это не взаимоисключающие задачи», — Grammarly

Критическое мышление способствует хорошему слогу, который приводит к более ясному мышлению — и так далее. Совершенствуя навыки письма, вы также улучшаете способность мыслить, и наоборот. Тогда возникает вопрос: как активировать этот процесс?

Как тратить меньше энергии на активацию навыка

Описанный выше цикл «мышление — письмо» впечатляющий, но также и высокопарный. Если бы я попросила вас завтра подготовить к концу дня статью, то уменьшила бы психологическую нагрузку на вас, взяв на себя две задачи: (1) процесс формирования идеи и (2) трудную задачу обобщения этих концепций, превращения их в то, что делает ваши идеи обоснованными. Почти наверняка одна из них была бы принесена в жертву, учитывая короткий срок. Чаще всего концентрация на «производстве статьи» приводит к тому, что большая часть энергии уходит на вторую задачу, без правильной формулировки тех «почему», что стоят за статьей (1). А это делает процесс написания в целом более болезненным. В этом цикле «мышление — письмо» слишком много препятствий, потому что у вас есть только один оборот колеса.

Поэтому мое решение простое: я разделяю два пункта и повторяю цикл много раз.

Очень редко я придумываю концепцию и пишу кусок текста за один присест. И делаю это по очень конкретной причине: иначе я не добралась бы даже до планирования текста. Я организовала свой писательский процесс так, чтобы снизить энергию, нужную для активации, и направить ее в нужное русло.

Мой процесс письма

Письмо по своей природе очень личный и субъективный процесс. Поэтому, если вы что-то почерпнете из этой статьи, не забывайте, что я определила не конкретные шаги, а идеал, позволяющий вам создать свой собственный процесс.

Для начала я хотела бы задаться вопросом: «Какую среду можно создать, чтобы у меня было больше шансов проявить себя в этой задаче?»

Для меня это сводится к двум вещам:

• Изоляция
• Оптимизация одной конкретной переменной

Изоляция отдельных частей процесса

Как упоминалось выше, я намеренно делю свой процесс на несколько этапов: 6, если быть точной (подробнее об этом ниже). Я делаю это, чтобы оптимально использовать свои энергетические уровни в активном и пассивном состояниях. У меня не всегда есть умственная энергия для кропотливой работы, поэтому я позволяю себе заниматься концептуализацией в постоянном режиме, но пассивно, без слишком большого давления. Процесс задуман таким образом, что, когда я готова перейти в активную стадию, например, к целенаправленному сеансу написания, у меня уже есть четкая идея.

Пошаговый процесс написания:

• Идея — Пассивный
• Отслеживание — Активный
• Набросок — Активный
• Отбор идей — Пассивный
• Изучение фактов — Активный
• Написание — Активный

В то время как этот пинг-понг между пассивным и активным состояниями может показаться несколько хаотичным, именно он позволяет мне добиться цели, не чувствуя себя подавленной. Существует замечательный инструмент, называемый Draftback, который, по сути, позволяет вам «вернуться в прошлое, чтобы заглянуть себе через плечо, когда вы пишете».

Я использую его, чтобы порефлексировать над процессом и понять, как его можно улучшить.

Например, эта статья (которую вы читаете) создавалась больше месяца, в течение которого я металась между мышлением и написанием, пока, наконец, не сформулировала то, что пыталась сказать. Это потребовало более 19 тысяч правок.

Другая моя статья отняла в буквальном смысле шесть месяцев и намного больше попыток написания. Я не хочу сказать, что другие должны повторять это, и я всячески пытаюсь уменьшить количество правок, но мой пример показывает, что процесс написания и мышления требует времени, чтобы все получилось хорошо.

Оптимизация одной переменной

Я научилась принимать, что нельзя получить от жизни все. Это чувство применимо и к писательству.

По моему мнению, письмо никогда не должно быть чем-то, что вы делаете, просто чтобы поставить галочку в списке дел. Письмо — это механизм создания ценности для других. И со временем я определила это как свою основную цель.

Чтобы достичь этого, мне приходится жертвовать кое-чем другим, например, скоростью. Как уже упоминалось, многие мои статьи отнимают недели — а иногда месяцы.

Это не всегда в моих интересах, но дает мне некий ориентир. Если бы я попыталась полностью оптимизировать качество, скорость, SEO-потенциал и другие переменные, то оказалась бы парализованной. Так что я концентрируюсь только на одном: качестве.

Если вы также предпочитаете работать над статьями в своем собственном темпе, то можете тоже принять качество как путеводную звезду. Дело здесь не в том, что вам нужно выбрать такой же ориентир, а в том, чтобы создать тот, вокруг которого вы сформируете свой процесс. На этой ноте давайте перейдем к моему процессу написания.

Как я пишу: 6 шагов

Шаг 1, пассивный: Идея

Первый шаг в моем процессе намеренно пассивен. Чтобы запустить цикл «письмо — мышление», я предлагаю своему мозгу обратить внимание на что-нибудь интересное. Более конкретно, я ищу что-нибудь на пересечении: (1) интересного, (2) того, что не существует онлайн в точно такой форме, и (3) что-то, что я могу преподнести уникальным образом.

Из-за того, что входной порог для запуска блога или публикации статьи в наши дни так низок, в интернете много откровенной чуши. Прежде чем записать идею, я спрашиваю себя: «Существует ли это сегодня в интернете?», и если нет, то «Должно ли существовать?». Если я могу с уверенностью ответить на эти вопросы, то перейду к написанию. По той же причине, по которой я никогда не буду продавать пластиковую никому не нужную фигню, я никогда не опубликую статью, которая не принесет пользы окружающим.

Дело тут даже не в рассудительности. Гораздо сложнее привлечь внимание к статье, которая выглядит как тысячи других статей в интернете. Также трудно написать хорошую статью о чем-то, что вас не волнует (вот почему было так трудно писать в школе). Так что вы можете сделать себе — и остальному миру — одолжение, просто задумавшись: «Какой уникальный вклад я могу внести?».

Например, мне не нужно говорить миру, что растет популярность удаленной работы — и так уже достаточно людей об этом говорят. Но, возможно, мне было бы полезно поговорить о том, как человек без технической подготовки может найти удаленную работу. Я сама прошла через это, участвовала в найме пары десятков коллег с таким же опытом и провела годы, размышляя над этой темой.

Все, что соответствует требованию полезности, запускает цикл «письмо — мышление», но я все равно не пытаюсь его форсировать. В некоторых случаях я сижу и пишу черновик целиком. Но чаще всего на этом шаге я просто добавляю концепцию в новый документ Google.

То, что попадет в итоговый текст, может сильно отличаться. Иногда это всего лишь одна строка или ссылка.

Идеи для статей приходят отовсюду. Разговоры, книги и статьи, личный опыт и случайный поиск в Google — все это бывало вдохновением.

Представьте ситуацию, когда вы молоды, и кто-то с вами не согласен, поэтому просит привести примеры, подтверждающие ваш аргумент. Вы чувствуете себя в тупике, не способны думать ни о чем, хотя знаете, что таких примеров много. Вы почувствовали бы себя точно так же, если бы вас попросили сходу предложить 10 отличных тем для статей. Позволить себе пассивно ловить сигналы — самый верный путь накопить чудную подборку концепций.

Например, вот что послужило стимулом для некоторых моих статей:

• Внутреннее разочарование по поводу собственного прогресса к середине года.
• Компания, которая хотела нанять меня, но не разрешила работать удаленно.
• Много часов, потраченных на то, чтобы понять, как настроить блог-платформу.
• Прочтение в интернете множества статей, которые изображают радужную картину удаленной работы и желание нарисовать более точное изображение.
• Беседы с более опытными друзьями-разработчиками.
• Вопросы друзей, как перейти на удаленную работу без технического опыта.

Шаг 2, активный: Отслеживание

Следующий шаг — это отслеживание, которое в основном подразумевает добавление идеи в текущую электронную таблицу. Но что еще более важно, я обычно быстро проверяю ключевые слова. По двум причинам.

Я хочу посмотреть, есть ли у этой статьи потенциал для ранжирования. Несмотря на то, что SEO — модное слово для не такой уж модной индустрии, исследование ключевых слов — это, по сути, механизм, позволяющий понять, действительно ли это то, что ищут люди. Если ищут не часто, но я считаю, что тема может принести пользу, я все равно напишу. Но мне нужно знать об этом: Google обрабатывает миллиарды запросов, и если опросов маловато, я должна быть в состоянии объяснить, почему такое может быть.

Я занимаюсь исследованием ключевых слов на этом этапе, чтобы определить вторичные ключевые слова, которые могут повлиять на структуру, которую я создам в дальнейшем. Я не фанат наполнения статей ключевыми словами, но я верю, что Google — это залежи больших данных, позволяющих понять, что люди хотят знать. Включив эти сигналы в план, я получу не только больше трафика, но и более интересную статью, отвечающую потребностям людей.

Я могла бы и, вероятно, напишу целую статью (или 10) о своем подходе к SEO, но здесь я просто поделюсь инструментами, которые использую: Ahrefs, Keyword Planner и Keywords Everywhere.

Шаг 3, активный: План

На этом этапе я создаю план-схему, используя сочетание моих (грубых) идей и SEO-исследований. Это всегда список с пунктами, в котором приблизительно 3-6 основных заголовков с подпунктами.

На этом этапе важно начать делать наброски, чтобы подготовить почву для следующего шага — пассивного «отбора идей».

Шаг 4, пассивный: Отбор идей

После создания плана я перехожу к четвертому этапу. «Отбор идей» — мой личный фаворит. Я чувствую, что это та часть моего процесса, которая позволяет моим статьям выделяться на фоне остальных.

На этом этапе я откладываю статью и позволяю творческим сокам в моем пассивном мозге мариноваться и стимулироваться чем угодно.

Если мне попадется интересный твит, цитата или занимательный кусочек из статьи, я обязательно добавлю его в свой текст. Я занимаюсь этим недели или даже месяцы, пока не почувствую, что выработала уникальную точку зрения.

Чтобы дополнить этот процесс, мне нравится использовать два инструмента: Readwise и Weava highlighter.

Readwise синхронизирует все мои цитаты из Kindle (сейчас их более 1000 в более чем 20 книгах). До Readwise мне приходилось просто перепечатывать их в документ Google. Но теперь достаточно просто кликнуть «Синхронизировать выделения» и воспользоваться восхитительным пользовательским интерфейсом для просмотра. Обычно я ежемесячно пересматриваю новые цитаты и добавляю их в соответствующие схемы, находящиеся на стадии пассивного отбора идей.

А когда я читаю статью онлайн и мне нравится какая-то цитата, я использую маркер Weava, чтобы сохранить эту мысль и периодически к ней возвращаться. Это не только дополняет мой процесс написания, но и помогает меньше отвлекаться при чтении.

Важное замечание: когда я только начала это делать, я просто слепо сбрасывала идеи в Evernote, но они требовали полного пересмотра, когда я начинала писать текст. Благодаря новому процессу создания схемы я активно заношу эту информацию туда, куда необходимо. Это моя личная десятичная система Дьюи, так что, когда дело доходит до написания, у меня есть прекрасная библиотека.

Шаг 5, активный: Изучение темы

Зачастую чтобы заработать авторитет, статье нужно больше, чем несколько твитов или цитат. Поэтому я обычно выделяю хотя бы несколько часов для активного исследования. Эта стадия похожа на исследование, которое можно было бы провести, чтобы написать эссе для колледжа, но я провожу его только после довольно длительных пассивных размышлений, когда у меня уже есть четкое представление о том, что я хочу сказать. Мне очень нравится этот этап, так как он позволяет «писать, чтобы учиться», создавать свои статьи на основе не только своей интуиции, но и изумительной работы других людей.

«Чтобы написать великую книгу, вы должны сначала стать книгой», — Atomic Habits

Шаг 6, активный: Написание

Наконец, пришло время для трудной части: написания.

Обычно я сажусь за непосредственное написание текста только тогда, когда у меня есть хотя бы несколько тысяч слов «заметок в цитатах». Причина, по которой я это делаю, проста: я не писатель по природе. Иногда перенос слов на бумагу получается естественным, но часто — нет. И для того, чтобы постоянно писать, мне нужно выстроить эту привычку как можно проще. Мне нужно снизить энергию активации, чтобы начать.

«Когда ученые анализируют людей, у которых, кажется, внушительный самоконтроль, оказывается, что эти люди ничем не отличаются от тех, кто не очень с этим справляется. Просто «дисциплинированные» люди лучше структурируют свою жизнь таким образом, что она не требует героической силы воли и самоконтроля». — Элементарные привычки

Если я сижу над чистой страницей, можете поспорить, что мой мозг подает сигнал тревоги: «Это будет тяжело и изнурительно, и ты не сможешь этого сделать, Стеф!» Но если вместо этого я сижу с набросками, над которыми я уже размышляла, которые подтверждаются конкретными примерами, это не так уж плохо. Я эффективно приближаюсь к этапу написания: возможно, 7/10 работы уже завершены.

Если бы я решила написать статью с нуля за день, результат был бы не просто поверхностным, он был бы ни на что не годным. И, честно говоря, я просто не стала бы этого делать. По сути, я стараюсь быть снисходительной к собственной психике и создаю обстановку, которая максимально располагает к началу работы.

«Есть секрет, который знают настоящие писатели, а любители — нет, и секрет этот таков: трудность заключается не в том, чтобы написать. Трудно сесть, чтобы начать писать», — The War of Art

Когда у меня никак не выходит перенести слова на бумагу, я задаю себе следующие вопросы:

• Как бы я объяснила это другу? Это помогает мне понять, достаточно ли времени я потратила на обдумывание основных концепций. Помните, что писать значит думать.
• Что конкретно вводит меня в тупик? Иногда я могу быть вовлечена в определенные проблемные процедуры. Например, если я создала наброски с кучей информации, иногда мне не удается что-то выбросить. Если я ловлю себя на этом, то с большей готовностью вырезаю лишнее.

Это единственный этап, на котором я устанавливаю временные рамки. Не потому, что у меня есть сроки, а потому, что я пытаюсь прокачать свои «мышцы завершения». На сегодняшний день у меня есть более десятка статей, которые я почти закончила, но не закончила. Они все похожи в одном: работа проделана на 80-90%, но так как я не закончила их полностью, это давит на меня.

Поэтому, хотя это и не всегда возможно, начиная активный процесс написания (Шаг 6), я стараюсь закончить статью в этом конкретном сеансе, получить немного допамина, а затем двигаться дальше.

«Самое сильное сопротивление — на финише» — Война искусств

Личный опыт

Важно отметить, что это мой личный стиль исследования и письма, основанный на ограничениях (или их отсутствии) в моей жизни. Также подчеркиваю, что это личный блог. У меня нет сроков или редактора, чтобы произвести впечатление. Вместо этого моя путеводная звезда ведет к статьям, которыми я горжусь. Честно говоря, этот процесс почти наверняка не сработает в коммерческой писательской среде, но мне как независимому автору нравится гибкость, которую он дает мне для создания контента, под которым я с удовольствием ставлю свое имя.

Стоит также отметить, что, поскольку я занималась этим некоторое время, у меня есть более 50 статей, находящихся на каком-то из этапов процесса. По моим оценкам, с каждой опубликованной статьей на ум приходят несколько новых идей, поэтому я никогда не нахожусь в унынии и не ищу, о чем же написать. Я рассматриваю весь этот процесс как способ формулирования, обработки и обмена идеями, но помимо прочего он помогает мне мыслить более четко. За недели или месяцы, посвященные изучению основных тем статьи, я учусь превращать нечто размытое и неопределенное в осязаемые, легко понятные тексты.

Поэтому я начала использовать этот процесс для написания книги: «Мышление в кривых». Пока она находится на стадии отбора идей (уже несколько месяцев).

Просто делайте

В надежде, что вы пойдете и что-то напишите, я призываю вас сосредоточиться на процессе, а не на результате. Многие из ваших статей, как и многие мои, будут провальными. Даже некоторые из ваших лучших текстов могут остаться незамеченными.

Лучший способ усовершенствовать навыки письма — это писать (и много писать). Если вы сосредоточены на процессе, который помогает вам развивать новые навыки, в частности, на умении деликатно анализировать и обрабатывать информацию, вы не можете проиграть.

Любой навык, который вы надеетесь приобрести, не появляется по мановению волшебной палочки. Это бесконечный процесс перехода от хорошего к отличному. И, конечно же, пост никогда не напишется сам, поэтому вы должны брать на себя ответственность.

В конце концов, не так много вещей, которые доставят больше удовольствия, чем посмотреть на коллекцию произведений, которые вы подарили миру. Так что идите, разработайте процесс, который подойдет вам, и двигайтесь вперед.

«Профессионал понимает, что успех, как и счастье, приходит в качестве побочного продукта работы», — книга The War of Art

Падение с пьедестала может быть быстрым и неумолимым. Только что вы были любимцем Уолл-стрит, а теперь акционеры осыпают вас проклятьями. Известна масса историй, когда топ-менеджеры слишком много на себя берут и совершают ошибки, часто с тяжелыми юридическими или финансовыми последствиями. Когда компания терпит крах из-за скандала или этической ошибки, наблюдатели, естественно, задаются вопросом: «Как лидеры могли позволить себе попасть в такую ситуацию? У них были все карты на руках и так многое стояло на кону. Разве они не понимали?» Но на самом деле реакция мозга на преклонение и собственную влиятельность часто приводит руководителей и других власть имущих к крушению.

Мы знаем много историй о том, как высокопоставленные лидеры принимают плохие решения, от незначительных нарушений, которые вызывают тихое разочарование в HR-департаменах, до глобальных скандалов, которые привлекают внимание общественности. Каждый случай индивидуален, но все их объединяет одно: набор реакций мозга на искушение постепенно приводит к тому, что влиятельные люди отступают от дисциплинированного поведения, ассоциирующегося с компетентным управлением. Если вы хотите быть лидером, который противостоит этим ошибкам, вам нужно выработать более четкое понимание механизмов власти — и ее влияния на ваше мышление и мнение окружающих.

Никто не хочет стать генеральным директором, чтобы получить власть, которая приведет к падению. Власть в этом смысле (и в литературе по социальной психологии) определяется как «относительный контроль над ценными ресурсами». Она всегда ощущается в контексте: младший менеджер может обладать властью по сравнению со стажером, а менеджеры среднего уровня имеют больше власти, чем их прямые подчиненные, даже если среди них есть высококвалифицированные и способные специалисты. Доступ к ресурсам дает человеку, обладающему властью, возможность влиять и контролировать то, что делают другие. Поэтому люди, обладающие властью, как правило, несут ответственность за более широкий круг результат.

Власть сама по себе не плоха, особенно когда используется конструктивно. Но опыт обладания властью может вызвать несколько проблематичных паттернов мозговой активности. Другими словами, обладание властью может повлиять на ваше мышление — вплоть до того, что в вашем мозге произойдут явные наблюдаемые изменения.

Исследования показали, например, что высокие уровни относительной власти часто соответствуют повышенной нервной активности в мозговой системе активации поведения (САП). САП представляет собой схему нейронных цепей, предложенную психологом Джеффри Аланом Греем в 1970 году в качестве объяснения того, как мозг обрабатывает опыт, связанный с быстрым вознаграждением. Эти цепи, расположенные глубоко в мозге, включают базальные ганглии и части префронтальной коры. Они известны тем, что выпускают нейротрансмиттер дофамин, связанный с удовольствием. Увеличение активности САП, вызванное властью, в принципе может сделать лидера заметно более эффективным — благодаря повышению внимания к ценной информации, спокойному отношению к инновациям и рискам, а также стратегическому мышлению.

Но Грей и другие психологи также утверждают, что когда задействована САП, другая система, называемая системой торможения поведения СТП, бездействует. СТП, обычно связанная с септо-гиппокампальной системой мозга (около ствола мозга, часть лимбической системы), связана с чувствами тревоги, чувствительности к наказанию, разочарования и неприятия риска. Это система, которая отслеживает и обнаруживает несоответствия между вашими целями и действиями и предотвращает действия, которые кажутся неправильными.

Вы можете думать о деятельности САП как об источнике энергии, полезной для достижения цели, а о деятельности СТП как о контрпродуктивной, препятствующей прогрессу. Но на самом деле у самых эффективных лидеров обе системы уравновешены. Те, кто сумел это сделать и опирается на оба типа мышления — связанный с САП и с СТП, — гораздо чаще принимают правильные решения. Они также с большей вероятностью привлекают к участию разнообразных работников с высоким уровнем вовлеченности, подотчетности и эффективности.

В обзоре исследований, проведенном NeuroLeadership Institute, обнаружилось, что активация САП способствует трем ключевым изменениям в разуме тех, кто чувствует власть, даже временно, над окружающими. Влиятельные люди сосредоточиваются на масштабных задачах и пренебрегают деталями, необходимыми для их успешной реализации. Ради скорейшего достижения своих целей они стремятся ограничить число людей, с которыми общаются, вместо того, чтобы быть вовлеченными в более широкую и разнообразную группу людей. Они зачастую склонны к оптимизму, поэтому предполагают, что все будет хорошо, и пренебрегают адекватной подготовкой к рискам.

Такая реакция может привести к другим формам проблемного поведения: например, мелкие оскорбления на рабочем месте или игнорирование ранних сигналов надвигающегося кризиса. Впрочем, поступая так, лидеры даже не замечают этого за собой. Более того, если не предпринять активных шагов, чтобы осознать это влияние власти и смягчить его, они могут дискредитировать усилия, предпринимаемые другими лидерами или сотрудниками для достижения командного успеха.

Решение — искать четкие способы быть открытыми, взаимодействовать с людьми, раскрывать информацию и уделять внимание деталям. Как это ни парадоксально, мышление, связанное с решением сложных проблем, может остановить или обратить вспять пробуксовки, связанные с властью. Заранее уделив этому внимание — например, активнее вовлекая разных людей в принятие решений, когда все относительно спокойно, — можно предотвратить неожиданный провал отдельного лидера или организации.

Пренебрежение деталями

Одной из многих финансовых компаний, процветавших в начале 2000-х годов, был региональный банк, который мы назовем Mountain Citizens Savings & Loan. Это был стабильный бизнес по ипотечным кредитам с регулируемой процентной ставкой — субстандартные финансовые инструменты, когда в первые годы процентные ставки низкие, а в последующие — гораздо более высокие. Генеральный директор банка Кевин Финнерти был известен своим мощным видением: Mountain помогает тысячам людей купить свой первый дом.

Однако когда в 2008 году разразился мировой экономический кризис, эти ипотечные кредиты стали более ощутими. Повышение процентных ставок началось в тот момент, когда многие заемщики потеряли работу, что крайне затруднило оплату ежемесячных счетов, а внезапный кредитный кризис затруднил рефинансирование кредитов. Все больше домов приходилось взыскать в счет кредита, и субстандартные активы Mountain рухнули, увлекая за собой банк. Но Финнерти был верен своему видению. В середине 2008 года он заявил акционерам, что банк восстановится, потому что в основе ипотеки лежит здравая философия. К сожалению, квартальный баланс показал миллионы долларов убытков, и к концу года Mountain был куплен другим банком.

Итак, экспансивное, идеалистическое видение генерального директора было подорвано неспособностью проанализировать центральные активы в бизнес-модели банка. Это произошло, несмотря на многолетний опыт Финнерти, его аналитические навыки, его благие намерения и сотни специалистов, работавших на него. Как объяснить его слишком самоуверенные решения? Как вариант — изучить шаблоны мозга при интерпретации фактов. Люди интерпретируют события и поведение других людей в соответствии с контекстом, который уже есть у них в голове. Финнерти, например, мог воспринимать детали кредитования только в контексте своего видения.

Интерпретация не всегда дальновидна. Некоторые люди, такие как Финнерти, действуют на очень абстрактном уровне интерпретации, в котором преобладает видение («почему» они что-то делают). Они известны своей способностью вдохновлять людей. Другие предпочитают более конкретные уровни: они больше сосредоточены на деталях («как»). Исследования показывают, что люди с относительно небольшой властью стремятся к конкретной интерпретации: рядовые, мельчайшие детали того, как добиться цели. Когда они перестают обращать внимание на детали, даже самые яркие светила могут пропустить предупреждающие знаки прямо перед своим носом, как это случилось с Финнерти.

Лидеру нужно целенаправленно перемещаться между различными уровнями интерпретации, часто давая конкретные подсказки коллегам. Например, на большом совещании по стратегии, где около дюжины людей сосредоточены на видении проекта, вы можете спросить: «Что это означает для повседневных операций?». Вы также можете составить план «если — то», чтобы конкретизировать эти рассуждения: «Если долг вырастет выше определенного уровня, то мы приостановим свои планы роста и перегруппируемся». Когда вы сделаете такой шаг, совещание по стратегии может привести к плодотворному обсуждению деталей и выявлению здравых вариантов, которые иначе были бы проигнорированы.

Вы также можете усилить свое «как»-мышление при помощи командной работы. Назначьте одного или двух человек «как-мыслителями», которым будет поручено поднимать конкретные вопросы в каждом разговоре о высоких ожиданиях. Кому угодно может быть сложно переключаться между двумя различными когнитивными задачами абстрактного и конкретного толкования, поэтому команда «почему-мыслителей» и «как-мыслителей» может добиться гораздо большего баланса.

Пренебрежение людьми

Быть лидером часто значит быть в изоляции, а это влияет на то, как лидеры ведут себя с окружающими. Топ-менеджер обычно обедает в отдельной комнате на этаже, предназначенной для руководителей. Он или она едет на личном автомобиле в аэропорт и занимает место в бизнес-классе, забронированное службой поддержки, чтобы обеспечить комфорт. Они редко встречаются с сотрудниками и устраивают детальные беседы. Во многих случаях ежедневное расписание руководителя составлено так, чтобы исключить из него множество других людей из пирамиды подчиненных.

Безусловно, эти атрибуты власти выполняют важные функции. Они поддерживают у лидера ясное мышление, чтобы он мог принимать взвешенные решения, и экономят время. Но у них также есть побочные эффекты — например, они подрывают способность лидера объединять других и сужают его цели. Чем выше люди поднимаются в компании, тем большую компенсацию они получают на основании их способности достигать определенных финансовых целей. Эти цифры становятся главным приоритетом. Потребности клиентов и сотрудников могут влиять на решения лидера, но только в том случае, если продвигают организацию — и лидера — к этим заранее определенным целям. Чем выше поднимаются лидеры, тем меньше они фокусируются на том, что думают окружающие, или на их потребностях.

Рассмотрим историю Сэма Борегара — генерального директора известного производителя потребительских товаров Copacetic (имена и названия в статье изменены). Борегар, нанятый со стороны в качестве антикризисного менеджера, почти сразу объявил, что Copacetic уволит несколько тысяч человек — то есть половину всех сотрудников. Компания, по его словам, настолько абсурдно забюрократизирована, что необходима такая крайняя мера.

Специалисты по оперативным вопросам Copacetic выступили за то, чтобы сохранить больше людей, хотя бы ради собственных возможностей компании и корпоративной преемственности. Борегар не хотел ничего слышать. Он уволил эту группу первыми. Большинство из них легко нашли работу в другом месте.

Практически сразу сокращение расходов улучшило финансовый результат. Инвесторы провозгласили Борегара героем. Но увольнения основных сотрудников, если они недостаточно подготовлены и продуманы, приносят больше вреда, чем пользы. Вместо того, чтобы стать более инновационной, Copacetic оказалась не в состоянии запустить новые продукты вовремя и в рамках бюджета. Также компания столкнулась с новыми проблемами качества, раздорами менеджмента и спорами с поставщиками и клиентами. Через пять лет она обанкротилась. Когда Copacetic наконец-то распродал свою продуктовую линейку, чтобы расплатиться с кредиторами, вину возложили на Борегара. Этого можно было избежать, если бы он уделил больше внимания тому, что думали его подчиненные.

Насколько легко власть имущие упускают из виду окружающих? В одном показательном эксперименте психолог Колумбийского университета Адам Галински попросил людей нарисовать букву E у себя на лбу маркером. Люди, которые чувствовали свою власть, написали букву так, чтобы ее можно было прочитать, только если смотреть из собственной головы, в то время как другие чаще писали так, чтобы прочитать могли остальные. Галински пришел к выводу, что власть уменьшает способность людей учитывать чужие взгляды при принятии решений.

Сфокусироваться на целях может казаться более продуктивным — целями легче управлять, чем людьми. Тем не менее, ваши коллеги и подчиненные будут ясно ощущать это отсутствие осмысленной вовлеченности. Люди чрезвычайно чувствительны к определенным социальным потребностям и тому, удовлетворяются ли они. Модель SCARF, разработанная Дэвидом Роком в Институте нейролидерства, выделяет пять таких социальных потребностей: статус (потребность занять определенный ранг в иерархии), определенность (необходимость контроля над своим окружением), автономия (потребность в свободе и независимости), связанность (потребность в принадлежности к группе, во включенности) и справедливость (потребность в равенстве и справедливости). Лидеры, которые не принимают во внимание взгляды других людей, рискуют поставить под угрозу их чувство вовлеченности, справедливости и статуса. Люди могут почувствовать, что у них нет права голоса, что их мнение не имеет значения.

Если вы занимаете должность, наделяющую вас властью, работа вашего мозга может затруднить понимание вреда, вызванного хроническим пренебрежением взглядами и мыслями других людей. Чтобы с этим справиться, нужно предпринять преднамеренное усилие для включения других людей в процесс. Покажите людям, что их идеи нужны, что их слышат и рассматривают. Активно ищите альтернативные точки зрения — на встречах, в электронной почте и в спонтанных ежедневных чатах. Вместо того, чтобы изолировать себя в личном кабинете, проведите часть дня, работая в офисе или другой общей зоне, чтобы создать больше возможностей для социального взаимодействия. Используйте эти взаимодействия, чтобы собрать разные точки зрения и получить отзывы по ключевым вопросам.

Исследования также показывают, что постановка явно просоциальных целей — целей, связанных с благами для людей, таких как развитие членов команды или создание инклюзивной среды, — может быть эффективным способом преодолеть пренебрежение людьми. Например, участники одного исследования, наделенные властью, уделяли больше внимания информации о сотрудниках, когда считали приоритетной задачу «создать позитивную атмосферу на рабочем месте» вместо «максимизировать производительность». Встраивайте людей в свои цели, и вы всегда будете помнить о них.

Пренебрежение риском

Упорный оптимизм характерен для высших руководителей. Властные люди, как правило, обращают больше внимания на возможные плюсы своих идей или действий, чем на возможные негативные последствия. Часто это вдохновляет, помогает поддерживать моральный дух сотрудников на высоком уровне при тяжелых потрясениях. Но это также может привести к безрассудству, которое уничтожает проекты, отделы или организацию целиком.

Иррациональный оптимизм явно присутствовал в течение первых нескольких лет в технологическом стартапе LightSaber, который вырос из более крупной действующей фирмы. Сначала превзойдя ожидания аналитиков, фирма затем объявила о большом падении прибыли, что привело к еще большему снижению цены акций. Джессика Уикс, генеральный директор LightSaber, заявила, что снижение связано с уникальными бизнес-задачами и что вскоре компания начнет приносить прибыль. Она продолжала ставить масштабные цели, настаивать на том, что компания способна их выполнить, и брать кредиты под залог будущей прибыли. Например, для демонстрации уверенности Уикс потратила миллионы долларов на строительство вертолетной площадки в штаб-квартире.

Прогнозы роста компании оказались преувеличенными: по мере появления ошибок в бухгалтерском учете перспективы компании ухудшились, а цена акций упала. После двух лет такого течения дел совет вынудил Уикс уйти в отставку. Компания, находясь на грани банкротства, объединилась с другим технологическим гигантом.

Уикс была компетентным бизнес-лидером и хорошо разбиралась в технологиях. Но ее слишком широкий подход и власть привели к систематической недооценке рисков. Многие руководители высшего звена также склонны к схожим когнитивным искажениям. Они знают, что в прошлом все получалось — им ведь удалось подняться так высоко, — так почему же не получится и сейчас?

Если у вас есть аналогичная склонность, возможно, нужно принять активные меры, чтобы получить более четкую картину потенциального риска. Один полезный метод называется «мысленное противопоставление». Подумайте о желаемом будущем наряду с другими вероятными вариантами. Рассмотрите ряд обстоятельств, часть оптимистичных, часть — гораздо менее оптимистичных. Ваше будущее тогда будет выглядеть одним из многих других возможных результатов, а не неизбежностью. Представьте, что реально потребуется для воплощения в жизнь вашего оптимистичного сценария, визуализируя основные этапы на этом пути.

Это поможет вам задуматься, как ваши действия напрямую влияют на будущее. Например, если вы хотите разработать успешный продукт, что должно произойти и в какой последовательности? Это не планирование деятельности, а визуализация истории по мере ее развития. Исследования показали, что мысленное представление прогресса шаг за шагом помогает людям принимать более разумные решения, чем полагаясь только на силу воли. Это упражнение может помочь более четко понять собственный оптимизм: какие его аспекты отражают действительно реалистичные оценки возможностей, а какие выдают желаемое за действительное?

Инклюзивность как лекарство

Неосознанные негативные последствия обладания властью могут привести к снежному кому. Чрезмерное стратегическое мышление, концентрация на целях и оптимизм усиливают друг друга. Интересно, что один из способов обратить снежный ком вспять — это принять единение в качестве отправной точки для восстановления лидерских способностей.

Исследования показывают, что внимание к инклюзивности — когда у людей из разных слоев общества и разных групп есть время и возможность высказывать свои идеи и вносить свой вклад, — делает команды более эффективными. Наиболее толковые компании делают инклюзивность привычной практикой: люди на предприятии чувствуют, что у них есть право голоса, и они получат признание за конструктивное выражение своих идей. Но во многих компаниях люди, находящиеся у власти, неосознанно посылают сигналы, которые подрывают это ощущение. Принимать во внимание различные точки зрения не всегда удобно при постановке оптимистичных и далеко идущих целей.

Установка на инклюзивность может сделать вашу организацию более творческой и снизить риски. Вместо того, чтобы изолировать себя, сознательно работайте в офисе открытого типа или полупубличном пространстве. Позвольте окружающим обращаться к вам с вопросами. Если вы заметили, что кто-то из самых младших сотрудников молчал на собрании, можете попросить их высказаться. Эти простые действия привлекают ваше внимание к тому, что думают люди, и дают возможность увидеть и оценить риски.

Вы также можете предпринять другие конкретные действия, чтобы не попасть в привычные ловушки власти. Когда ваши коллеги на собрании выступают на абстрактных уровнях толкования, формулируя мечтательные проекции и стремления, которые все хотят услышать, вы можете пойти другим путем — спросить команду: «Что мы реально можем сделать сегодня?» и выяснить, что можно осуществить на практике.

Потом, вернувшись в офис, вы на несколько минут задерживаетесь перед уходом домой. Размышляете над тем, как действовать более осторожно, обоснованно, тщательно. Вы придумываете правильный ход, решив обсудить его завтра с командой. Это предвещает хорошие перспективы на будущее: хотя вы были оптимистичны на собрании, вы не позволили своим грандиозным планам взять верх над собой, и вы не просто спрашивали мнения других, но приняли их во внимание.

Если лидеры работают над тем, чтобы внедрить эти привычки в свою культуру, со временем стремление к инклюзивности становится для них естественным — получение обратной связи, смягчение предвзятости, предоставление голоса тем, кто отмалчивается, и включение большего количества нюансов в процесс принятия решений. При этом у них сохраняются все те достойные качества, которых мы ожидаем от лидеров, в том числе стратегическое мышление, высокие цели и ясный взгляд на будущее, которые вдохновляют каждого.

Распространение технологий оказывает большое влияние на процесс общения. Правда, ученые до сих пор не могут разобраться, чего больше в этом влиянии — положительного или отрицательного. Писатель, профессор Джорджтаунского университета Кэл Ньюпорт придерживается второго лагеря. Он считает, что меры по возвращению реального общения в нашу жизнь должны быть конкретными, серьезными и не терпящими оговорок. О том, как этого добиться, он рассказывает в одной из глав популярной книги «Цифровой минимализм».

Я хочу позаимствовать немного полезной лексики у профессора Массачусетского технологического института, ведущего исследователя в области субъективного восприятия технологий Шерри Теркл. В своей книге Reclaiming Conversation («Возрождая беседы») 2015 года Теркл проводит различие между коннектом (это ее название низкоинформативных коммуникаций, определение для социальной онлайн-жизни) и беседой (гораздо более богатой, высокоинформативной коммуникацией, обозначающей соприкосновение людей в реальном мире).

Когда Теркл появилась в передаче «Отчет Кольбера», ведущий Стивен Кольбер задал ей «глубинный» вопрос, направленный в самое «сердце» ее доводов: «Разве все эти маленькие твиты, маленькие “глоточки” коннекта не сливаются в одну большую беседу?». «Нет,— твердо ответила Теркл и пояснила: — Беседа лицом к лицу разворачивается медленно. Она учит терпению. Мы обращаем внимание на тон и нюансы». «Общаясь же посредством цифровых девайсов, мы приобретаем разные проблемы».

Как истинный цифровой минималист, Теркл подходит к этим проблемам с позиции не отказа от цифровых средств коммуникации, а разумного их использования. «Я не против технологий, — пишет она, — я за беседы».

Я разделяю оптимизм Теркл в том, что «минималистское» решение этой проблемы возможно. Однако я более пессимистичен по поводу количества усилий, которые для этого потребуются. Я представляю отчасти радикальное решение — своего рода философию социализации в цифровую эру. Я называю эту философию беседо-центрированной коммуникацией.

Многие люди думают о беседе и коннекте как о двух разных стратегиях достижения общей цели развития своей социальной жизни. Они предполагают, что есть много разных способов поддерживать значимые отношения — начиная от традиционных разговоров лицом к лицу и заканчивая кликом на иконке сердца под постом друга в Instagram. Философия беседо-центрированной коммуникации занимает более жесткую позицию. Она утверждает, что беседа — это единственная форма взаимодействия в контексте выстраивания отношений. Текстовый и неинтерактивный форматы — все социальные сети, электронная почта, СМС и мгновенные сообщения — не считаются беседой и вместо этого должны быть категоризованы как просто коннект.

В рамках этой философии роль коннекта снижается до уровня логистики. Такая форма взаимодействия служит двум целям: помогает запланировать и организовать беседу или эффективно передает практическую информацию (например, место встречи или время приближающегося события). Коннект больше не альтернативен беседе; он лишь ее помощник.

Приняв идею беседо-центрированной коммуникации, вы сможете сохранить некоторые аккаунты в целях оперативной логистики. При этом вы избавитесь от привычки регулярно просматривать эти сервисы в течение дня, рассыпая лайки и короткие комментарии, или выкладывать собственные новые посты и навязчиво отслеживать фидбек.

Должен предупредить, что беседо-центрированная коммуникация требует жертв. С принятием этой философии почти наверняка сократится число людей, с которыми вы находитесь в активных взаимоотношениях. Настоящая беседа занимает время, и общее количество тех, с кем вы сможете поддерживать этот стандарт, будет значительно меньше, чем количество тех, на кого вы подписаны, кого репостите, лайкаете, кому время от времени отправляете сообщения и кого периодически комментируете. Когда вы перестанете считать перечисленные активности значимыми взаимодействиями, ваш социальный круг сперва, как будет казаться, сократится. Иллюзия сокращения, однако, иллюзорна.

В помощь моим минималистским размышлениям предлагаю конкретные практики, которые помогут вам возродить беседы.

Практика: не жми лайк

Вопреки популярному мифу, Facebook не изобретал кнопку «лайк». Эта честь принадлежит почти забытому сервису FriendFeed, который ввел данный элемент в обиход в октябре 2007 года. Но только когда гораздо более популярный Facebook представил иконическую кнопку с большим пальцем вверх шестнадцать месяцев спустя, траектория социальных сетей изменилась навсегда.

Первый анонс, опубликованный корпоративным сотрудником по связям с общественностью Кэти Чан зимой 2009 года, раскрывал скромную мотивацию введения этого новшества. Как объясняла Чан, многие посты на Facebook получали большое число комментариев, которые сообщали примерно одно и то же; например «Круто!» или «Мне нравится!». Кнопка «лайк» была представлена как более простой способ выразить одобрение поста, резервируя комментарии для более интересных замечаний.

Из этих честных начинаний кнопка «лайк» эволюционировала в «фундамент», на котором Facebook перестроил себя из забавного развлечения в цифровую слот-машину, господствующую над временем и вниманием пользователя. Новый поток индикаторов социального одобрения создал у пользователей почти непреодолимый притягательный импульс постоянно проверять свой аккаунт. Это предоставило Facebook намного более детализированную информацию о ваших предпочтениях. Алгоритмы машинного обучения разложили ваш человеческий образ на статистические «щепки» и использовали их для проталкивания таргетированной рекламы и навязчивого контента. Неудивительно, что почти все остальные крупные медиаплатформы вскоре последовали примеру Facebook и FriendFeed, добавив элемент одобрения «в один клик» на свои сервисы.

Человеческий мозг эволюционировал, чтобы перерабатывать океан информации, генерируемой взаимодействиями лицом к лицу. Заменить этот богатейший поток на один-единственный бит — это максимальное оскорбление нашей природной «машинерии» социальной обработки. Сказать, что это все равно что водить «Феррари» со скоростью ниже разрешенной, будет преуменьшением; скорее обмен лайками похож на буксировку «Феррари» с помощью осла.

Вместо того чтобы смотреть на эти простые клики как на забавный способ поощрить друга, расценивайте их как яд, отравляющий ваши попытки культивировать значимую социальную жизнь. Проще говоря, откажитесь от них. Не жмите лайк. Никогда! И заодно прекратите оставлять комментарии под постами. Никаких «Как мило!» или «Как круто!» Храните молчание.

Я неспроста занимаю настолько жесткую позицию по отношению к этим внешне безвредным действиям. Они приучают вас к тому, что коннект — это достойная альтернатива беседе. В результате роль взаимодействий с низкой ценностью неизбежно будет расти до тех пор, пока не начнет вытеснять высокоценную социализацию. Сказав «нет» лайкам, вы дадите четкий сигнал своему сознанию: беседы — это единственный действенный способ коммуникации.

Конечно, отказ от иконок и комментариев будет означать, что люди, с которыми вы общаетесь исключительно виртуально, неизбежно сойдут с вашей социальной орбиты. Мой совет: позвольте им уйти. Идея о ценности поддержания большого количества слабых связей — это по большей части изобретение последнего десятилетия, осколки цветистых «приманок», необдуманно вброшенных в общество. На протяжении всей своей истории люди жили богатой и насыщенной социальной жизнью, не нуждаясь в ежемесячных отправлениях нескольких бит информации «шапочным» знакомым школьных времен.

Практика: объединенная переписка

Ощутимое препятствие в попытке перевести вашу социальную жизнь с коннекта обратно на беседы — степень активизации текстового общения, будь то СМС-сообщения, iMessage, мессенджер Facebook или WhatsApp. Шерри Теркл, которая исследовала использование мобильных с самого начала эры смартфонов, таким образом описывает эту реальность:

Телефоны оказались в полном смысле «вплетены» в обязательства дружбы… Быть другом — это значит быть «на связи» то есть привязанным к своему мобильному, готовым оказать внимание онлайн.

Я хочу предложить компромисс, который уважает как вашу потребность быть «на связи», так и вашу человеческую тягу к реальной беседе, — объединенную переписку.

Эта практика предполагает, что вы по умолчанию держите свой телефон в режиме «Не беспокоить». На айфонах и на девайсах на андроиде этот режим отключает уведомления о пришедших сообщениях. Если вы беспокоитесь о чрезвычайных ситуациях, то легко можно изменить настройки так, чтобы вызовы от избранных контактов (ваш супруг, школа ваших детей) проходили без изменений. Вы также можете установить расписание, по которому телефон будет автоматически переключаться в этот режим в заранее запланированные периоды.

Текстовые сообщения при этом уподобляются электронной почте: чтобы увидеть, написал ли вам кто-то, необходимо разблокировать телефон и открыть приложение. Запланируйте специальное время для переписки, в течение которого вы просматриваете все сообщения, накопившиеся с последней проверки; при необходимости отвечаете и, возможно, даже обмениваетесь короткой серией сообщений, после чего извиняетесь, что вам пора удалиться, переводите телефон обратно в режим «Не беспокоить» и продолжаете свой день.

Ввести эту практику целесообразно по двум причинам. Во-первых, вы сможете больше присутствовать в настоящем, вместо того чтобы переписываться. Как только вы перестанете расценивать текстовое общение как бесконечную беседу, за которой нужно постоянно «присматривать», вам станет гораздо проще концентрироваться на деятельности вокруг вас и наслаждаться взаимодействием в реальном мире.

Во-вторых, описываемая практика выводит природу ваших отношений на новый уровень. Имея возможность в любой момент возобновить несвязную «псевдобеседу по переписке», ваши друзья и члены семьи, как правило, удовлетворены этими отношениями. Подобные взаимодействия создают видимость близкой связи (хотя на самом деле они далеки от этого), что вызывает нежелание «инвестировать» время в более значимые встречи. Если же вы проверяете свои сообщения только время от времени, ситуация меняется. Друзья все еще могут задавать вам вопросы и получать ответ спустя разумный промежуток времени или отправлять вам напоминания. Но эти более асинхронные взаимодействия больше не создают фальшивого впечатления реальной беседы. В результате пользователи на «обоих концах» получают мотивацию заполнить эту пустоту более ценными взаимодействиями, так как при отсутствии быстрой переписки виртуальные отношения покажутся «урезанными».

Другими словами, усложнение «текстовой» связи с вами может парадоксальным образом упрочить ваши отношения, хоть и сделает вас (слегка) менее доступным для тех, о ком вы заботитесь. Это важное уточнение: ведь многие боятся, что при ограничении легковесного коннекта их отношения пострадают. Заверяю вас, что на самом деле уменьшение доступности только укрепит наиболее дорогие для вас связи. Вы можете стать для своих собеседников единственным, кто регулярно разговаривает с ними, формируя гораздо более глубокие отношения, чем те, что выражены сотнями восклицательных знаков и пиксельных смайликов.

Прекратите говорить «я не могу». Достаточно уже отмазок вроде «должен ли я» или «я не знаю, как».

Если вы честны с собой и остальным миром, то большая часть того, что вы «не можете сделать» в действительности то, что «вы не хотите делать».

Легко ответить на сложный вызов словами, что вы «не можете этого сделать».

Вы не можете или не хотите?

• Вы не можете похудеть или не хотите придерживаться диеты?
• Вы не можете заработать больше денег или не хотите усердно работать, чтобы заработать больше?
• Вы не можете найти работу, или не хотите делать то, что нужно, чтобы она вас нашла?

Успех в жизни зависит не от умения определить, что вы «не можете что-то сделать». А от способности сказать, что вы «не будете делать».

Есть некая сила в том, чтобы сказать, что вы не будете этого делать. Есть в этом какая-то ясность. Когда вы твердо отказываетесь отвлекаться на что-то, это дает вам исключительную силу и мощь, едва ли не сверхчеловеческий потенциал.

Но кажется страшным тормозить самих себя. Неловко себя замедлять. Неестественно накладывать на себя ограничения.

В конце концов, разве это не то, что постоянно делают с вами другие люди? Разве вы не сохраняете пути для отступления, чтобы, если случится что-то плохое, вам было к чему вернуться?

Необходимая вам сила заключается в секрете вашего отказа. За каждым «не буду» стоит мощное желание и воля.

Воля к победе. Желание работать. Желание оставаться сосредоточенными. Желание сражаться, несмотря на прошлые потери.

Если вы чего-то хотите, так и будет. Но если вы решаете, что каждая возможность одинаково важна для вас, вы жертвуете тем, чего действительно хотите.

Всем своим потенциалом. Всеми возможностями. Всем, чем вы могли бы стать. Вы отбрасываете это ради эмоциональной опоры от ощущения, будто у вас есть неограниченные возможности.

Вот голая правда: варианты всегда безграничны. Так было всегда. Вы всегда могли делать то, что хотите.

Поэтому безрассудно и довольно глупо притворяться, что вы «не можете» или «не должны», «не уверены», «возможно» — поставьте сюда любую другу фразу, которую вы произносите и которая мешает вам полностью реализовать свой потенциал.

Просто скажите, что вы не будете. Скажите, что вы не будете.

Не делайте ничего, кроме того, к чему лежит ваше сердце.

Требуйте от себя великолепия. Планируйте так, чтобы лучшее было у вас под рукой. Вырывайтесь за пределы посредственности и к краю величия, о котором вы всегда мечтали.

Это стремление внутри вас, оно ждет выхода. Ждет возможности появиться, показать вам свет ваших возможностей. Но ничего этого не произойдет, пока вы не откажетесь делать что-то еще, кроме того, что вас больше всего заботит.

Чаще говорите «не буду». В конечном итоге вы выиграете больше.

Но «не буду» касается не только внимания. Это касается и мышления. Бушующей целеустремленности. «Не буду» — это та полоска на песке, которую вы провели для себя.

Я не отступлю, пока не получу то, чего хочу. Я не перестану работать, пока не достигну желаемого результата.

Я не откажусь от своего брака, своих отношений или своей судьбы. Я не перестану стараться стать лучшей версией себя.

Я не буду жаловаться, не буду циником, не стану указывать пальцем на других людей за мои собственные ошибки или притворяться, что вселенная находится вне моего контроля.

У победителей другой словарный запас.

Они воспринимают мир по-другому. Они думают о мире по-другому. Они ведут себя по-другому.

Они со страстью заявляют о том, чего не будут делать.

Вот что делают победители:

1. Можно работать больше, чем вы думаете. Но если вы думаете, что не можете, вы, вероятно, даже не попробуете.
2. Можно учиться быстрее, чем вы думаете. Но если вы думаете, что не можете, вы, вероятно, даже не попробуете.
3. Можно отдавать себя другим больше, чем вы думаете. Но если вы думаете, что не можете, вы, вероятно, даже не попробуете.
4. Можно мечтать о большем, чем вы думаете. Но если вы думаете, что не можете, вы, вероятно, даже не попробуете.
5. Можете жить смелее, чем вы думаете. Но если вы думаете, что не можете, вы, вероятно, даже не попробуете.
6. Можно раздвинуть границы немного больше, чем вы думаете. Но если вы думаете, что не можете, вы, вероятно, даже не попробуете.
7. Можно копать глубже, чем вы думаете. Но если вы думаете, что не можете, вы, вероятно, даже не попробуете.
8. Можно справляться с усталостью дольше, чем вы думаете. Но если вы думаете, что не можете, вы, вероятно, даже не попробуете.
9. Можно смеяться больше, чем вы думаете. Но если вы думаете, что не можете, вы, вероятно, даже не попробуете.

Всегда можно сделать больше, чем вы думаете.

Но вы этого не узнаете, если не захотите попробовать.

Иногда попытка означает, что вы попали в передрягу и потерпели неудачу. То, что вам нужно сгрести себя с тротуара и возвращаться туда, где вы хотите быть.

И если вы не сделаете этого для себя, почему кто-то должен верить, что вы этого стоите?

Вера в себя не решает волшебным образом все ваши проблемы, но справляется с самой главной из них — как начать все сначала.

Скорее всего, вы удивитесь, насколько вы хороши, когда сделаете этот первый шаг. Так почему бы не начать?

Что мешает вам быть сосредоточенными, бесстрашными и фантастически готовыми продолжать борьбу за то, чтобы добиться того, чего вы хотите?

Профессор биологии Стэнфордского университета Роберт Сапольски десятки лет изучает жизнь приматов в Восточной Африке. Долгое время наблюдения велись в девственных условиях. Но однажды все изменилось. О том, как повлияло дыхание цивилизации на жизнь стаи павианов, и можно ли увидеть в этом однозначный вред или однозначную пользу, Роберт Сапольски рассуждает в своей книге «Игры тестостерона».

Когда вы в последний раз вспоминали о Жан-Жаке Руссо? Он описывал благородного дикаря — свой идеалистический образ человечества в его первобытном великолепии, когда жизнь была простой, невинной и естественной. Не то чтобы мы отрицали представления Руссо, но среди суеты и амбиций поколения «Я» уже не модно задумываться о возможном моральном превосходстве первобытных людей.

А вот их возможное физическое превосходство беспокоит нас намного больше: здесь взгляды Руссо не теряют актуальности. Общество, которое тратит миллиарды долларов на медицину, спортивно-оздоровительные клубы и внешнюю красоту, хочет знать: как обстояли дела с физическим здоровьем у первобытного человека? В чем секрет их тренировок и диет? Какой уровень холестерина был у обитателей Эдемского сада?

Многие считают, что в некоторых вещах первобытным людям повезло больше, чем нам. Если не считать несчастных случаев, инфекций и детских болезней, нашим предкам жилось не так уже плохо. В статье 1985 года в New England Journal of Medicine врачи и антропологи Стэнли Бойд Итон и Мелвин Коннер провели тщательную работу по восстановлению вероятной диеты наших предков из палеолита и пришли к выводу, что все сводится к рациону, богатому клетчаткой, в котором было мало соли и жира.

По словам антропологов, похожим образом дело обстоит и у охотников-собирателей в пустыне Калахари (в образе жизни которых, как предполагается, немногое изменилось с древних времен). Например, у бушменского племени кунг не встречаются некоторые недуги, которые мы считаем нормальной частью человеческого старения: не падает острота слуха, не повышаются кровяное давление и уровень холестерина, не развиваются сердечные заболевания. А мы сидим со своими язвами, повышенным давлением и задубелыми артериями, и все труднее избегать неудобных подозрений, что нас изгнали из метаболического рая.

В последние десять лет я наблюдал за группой наших ближайших родственников, которых изгнали из их собственного первобытного метаболического рая — в пищевой упадок, похожий на наш. Я говорю о павианах, которых изучаю каждое лето в национальном парке Масаи Мара на равнине Серенгети в Кении. В основном меня интересует взаимосвязь их социального поведения и позиции в иерархии, объем их социального стресса и физиологические реакции на него. Чтобы исследовать эти вопросы, приходится совмещать обширные поведенческие наблюдения с простыми лабораторными тестами: брать у животных кровь, изменять уровень гормонов, следить за кровяным давлением и проводить прочие клинические тесты, чтобы понять, как работает организм. И в процессе этой полевой обстановки возникает тревожная тень Руссо.

Проводить исследования в Масаи Мара — прекрасно. Хорошо там и быть павианом — идиллическая саванна, одно из последних нетронутых убежищ диких животных. Стада антилоп бродят по открытым равнинам, львы нежатся под широкими кронами акаций, жираф и зебра бок о бок пьют из ручья. Масаи Мара неизбежно стал приманкой и для туристов — отсюда все обычные затруднения, возникающие, когда толпы людей устремляются в бывшую девственной глушь.

Одна из главных проблем здесь, как и во всех наших национальных парках, — что делать с мусором. Пока что придумали сваливать его в большие ямы, примерно 1,5 метра глубиной и 10 метров шириной, скрытые среди деревьев в отдаленных уголках. Ямы наполнены мусором и остатками еды, гниющими на тридцатиградусной жаре, они засижены мухами, вокруг кружат гиены и хищные птицы — в общем, смахивает на сюжет с картины Иеронима Босха. И лет десять назад одна из стай павианов получила на своей территории как раз такой Сад земных наслаждений.

Для павианов это был важный поворот судьбы — приматологический аналог выигрыша в лотерею. Добывать еду — одна из главных задач в жизни любого дикого животного, и средний павиан Серенгети проводит 30–40% дня в поисках корма: лазит по деревьям, чтобы добраться до плодов и листьев, копает землю в поисках клубней, проходит по 5, а то и 10 миль к источнику пищи. Их диета аскетична: фиги, оливки, луговая трава, стебли осоки, клубни, луковицы, стручки растений. Они редко охотятся или подбирают падаль: мяса в их рационе меньше 1%. Обычная диета павиана содержит очень много клетчатки, мало сахара и холестерина.

Для стаи нуворишей со Свалки жизнь резко изменилась. В 1978 году, когда я начал наблюдать за ними, они только открыли для себя свалку и иногда бегали туда за едой. К 1980-му вся стая — около восьмидесяти животных, от 25-летних взрослых до новорожденных малышей — перебралась жить в рощу, окружающую свалку. Вместо того чтобы просыпаться на рассвете, эти животные обычно оставались на деревьях, дремали и вычесывали друг друга и поднимались только ко времени приезда грузовика с мусором в 9 утра. Дневная кормежка завершалась за полчаса: полчаса общей суеты над объедками. Но больше всего жизнь павианов изменилась из-за самих объедков.

Однажды во имя науки я натянул резиновые перчатки, вдохнул поглубже и ошеломил водителя грузовика, методично закопавшись в груды гниющего мусора. Конечно, там были совсем не клубни с листьями. Жареная курица или кусок мяса, выброшенные туристом. Слегка подпорченный фруктовый салат, который, вероятно, слишком долго пролежал на солнце. Куски пирожных и тортов, неестественно-желтые сгустки пудинга, которые только надкусили, помня о диете. Переработанные сахара, жир, красное мясо, холестерин — наши Четыре Всадника Апокалипсиса.

Каковы были физиологические последствия этой Утопии для павианов? Начнем с хороших новостей: молодые особи быстрее росли, в частности быстрее достигали половой зрелости. Это изменения к лучшему, которых можно было бы ожидать и у людей, переходящих со скудной диеты на более изобильный западный режим питания. В странах Запада возраст первой менструации снизился со средних 15 лет в 1800-х до современного среднего 12,5 лет, и считается, что это во многом связано с питанием.

Эту тенденцию у павианов подробно описала Джин Олтманн из Чикагского университета — биолог, которая изучала в другом парке в Кении и павианов, добывающих пищу обычным путем, и тех, что питались с помойки. У ее животных помойное питание приводило к половому созреванию в среднем в 3,5 года вместо обычных 5. Самки стали рожать первенцев в возрасте 5 лет — на полтора года раньше, чем обычно. Более того, поскольку малыши быстрее развивались, их быстрее отлучали от матери, у самок быстрее возобновлялись менструации и быстрее происходило новое зачатие. В общем, у помойных едоков Олтманн, по сравнению с их естественно питающимися родичами, случилось что-то похожее на беби-бум.

Еще одно преимущество питания со свалки выяснилось во время трагической засухи в Восточной Африке в 1984 году. Жизнь диких животных стала тогда крайне тяжелой. Более везучим просто приходилось дольше и дальше бродить в поисках пищи. Невезучие умирали от голода или заболеваний, которые раньше были под контролем. Но туристы-то не голодали — не голодали и павианы, питавшиеся их объедками.

Так что на первый взгляд, с точки зрения репродуктивного потенциала ежедневная порция пудинга творит чудеса, повышая скорость размножения и защищая стаю от голода. Но есть и плохие новости: у павианов наблюдались те же негативные изменения в организме, что и у западных людей.

Уровень холестерина у среднего дикого павиана на естественной диете посрамит самого эктоморфного (то есть высокого и худощавого) атлета. Мы с Гленном Моттом, патологом из Техасского университета, изучили множество павианьих групп и обнаружили средний уровень холестерина в потрясающие 66 миллиграмм на 100 кубических сантиметров крови у взрослых самцов. Более того, больше половины было в форме липопротеинов высокой плотности — это «безопасный» тип. Люди хвастаются в оздоровительных клубах, если у них уровень холестерина менее 150 и треть его в форме высокой плотности.

Но, когда мы взялись за изучение «помойных» павианов, сложилась иная картина. Уровень холестерина был почти на треть выше, и почти весь дополнительный холестерин был в опасной форме липопротеинов низкой плотности — именно от этого типа образуются бляшки на стенках сосудов. Джозеф Кемнитц, ученый из Висконсинского центра исследования приматов, проанализировал кровь этих животных и обнаружил, что уровень инсулина у помойных обезьян был более чем вдвое выше, чем у питавшихся естественным путем. Это гормон, который поджелудочная железа выделяет в ответ на питание, полное сахаров; его функция — указать клеткам запасать глюкозу, чтобы использовать ее энергетический ресурс в будущем.

Но если уровень инсулина поднимается слишком высоко, то клетки адаптируются к его посланиям: вместо того чтобы запасать глюкозу, они оставляют ее в крови. Именно в таких случаях может начаться исключительно западное заболевание — диабет зрелого возраста. Поскольку помойные обезьяны имеют ту же генетику, что и естественно питающиеся, причина повышенного инсулина не в ней. Самый вероятный подозреваемый здесь — сниженная активность и фастфуд.

Что же, теперь помойным обезьянам грозят диабет, сердечные заболевания, голливудские диеты и коронарные шунтирования? Трудно сказать — никто еще не наблюдал диабет зрелого возраста у павианов, но никто его и не искал.

Интересно, что когда ученые посмотрели на сердечно-сосудистые системы диких павианов, то обнаружили в сосудах и сердцах жировые отложения. Для помойных обезьян, предположительно, выше риск отложений жира в артериях, но повлияет ли это на их здоровье и продолжительность жизни — еще предстоит увидеть. Тем не менее одно из крупных мрачных последствий помойного питания для здоровья уже стало явным. Если планировать провести жизнь вокруг человеческих объедков, то придется иметь дело и со всей заразой, которая в них кроется. И если с этими инфекциями раньше контакта не было, то иммунная защита не поможет.

Несколько лет назад некоторые животные из моей помойной стаи серьезно заболели. Они чахли, кашляли кровью, у них отказывали конечности. Трое ветеринаров из Института исследования приматов в Найроби — Росс Тарара, Мбарак Сулеман и Джим Элс — присоединились ко мне, чтобы изучить вспышку заболевания. Мы поняли, что она произошла из-за коровьего туберкулеза — вероятно, обезьяны съели зараженное мясо. Это был первый случай заболевания у диких приматов, и к тому времени, как вспышка угасла, она унесла жизни половины помойной стаи. Их сыр точно не был бесплатным.

Хорошо или плохо в итоге повлияла на этих животных западная диета? Те же самые вопросы можно задать и об «озападнивании» нас самих. Токсичные отходы и автоматическое оружие мне кажутся негативным результатом прогресса, а вакцины, термобелье и продолжительность жизни 80 лет — огромные улучшения со времени Средневековья. В общем и целом с точки зрения здоровья наша жизнь, кажется, стала лучше.

Ответ на этот вопрос для павианов тоже стоит тщательно обдумать. Обрастать жиром — неумная стратегия, если вы собираетесь восседать на дереве, но это очень мудро, если предстоит засуха. Добрый кусок мяса спасет в голодные времена, но только если он не заражен.

Ясно, что жизнь павиана, добывающего пищу, — не блаженство, а жизнь питающихся из помойки — не однозначный упадок. Мой взгляд искажен тем, что здоровье последних в целом пострадало от мусорной диеты. Но меня поразило, что положительные последствия тоже были, так что очень непросто сказать, хорошо это или плохо. Кажется, когда жизнь предлагает выбор, то для павианов, как и для нас, однозначных решений почти что не бывает.

Эффект плацебо — любопытное явление. Множество источников говорят, что бездейственные методы лечения могут не только приносить медицинскую пользу, такую как облегчение боли, но и оказывать когнитивное воздействие, например, стимулировать творчество и обучение. И хотя во многих этих исследованиях людей вводили в заблуждение, заставляя их думать, что они получают эффективное средство, новое исследование, опубликованное в Scientific Reports, показывает, что подобный обман нужен не всегда. Исследователи обнаружили, что прием плацебо может снизить волнение людей перед экзаменом, даже если они знают, что принимают неэффективную пилюлю.

Два из пяти человек испытывают тревожность накануне экзамена, которая может сопровождаться физическими симптомами, такими как учащенное сердцебиение и потоотделение, негативным мышлением и даже ухудшением результатов или уклонением от теста. Некоторые люди, подверженные этому недугу, принимают лекарства или проходят психотерапию, но Майкл Шефер из Берлинской медицинской школы и его коллеги задались вопросом, может ли помочь только прием плацебо.

Команда набрала 58 студентов, которым вскоре предстояло сдавать экзамены. Половина участников не получала никакого воздействия, а другую половину попросили принимать по две таблетки плацебо в день в течение двух недель. Важно отметить, что участников не обманывали: исследователи сказали им, что их таблетки — пустышки. Перед началом курса и по его окончанию участники заполнили анкеты, в которых оценили уровень тревожности перед экзаменом, физического и умственного самочувствия и навыки управления собой (например, механизмы преодоления трудностей и вера в собственные способности добиться успеха).

У контрольной группы не было различий в показателях до и после вмешательства. Но вот группа плацебо — совсем другая история: после «лечения» плацебо их беспокойство значительно уменьшилось, и они также продемонстрировали улучшенные способности к управлению собой. Правда, неясно, повлияли ли эти изменения на оценки на экзаменах (в группе плацебо участники, продемонстрировавшие более значительное улучшение своих навыков самоуправления, получили более высокие оценки, но эта корреляция не достигла статистически значимого уровня).

Исследователи пишут, что остается тайной, как плацебо уменьшает беспокойство, даже когда люди осознают, что принимают «пустышку». Возможно, свою роль сыграло то, что исследователи высказывались о процессе в положительном ключе: участникам сказали, что эффект плацебо может быть «мощным» и что организм может отреагировать автоматически. Но хотя результаты могут показаться удивительными, они согласуются с предыдущими исследованиями, по данным которых «открытые» плацебо могут быть эффективными при таких состояниях, как синдром раздраженного кишечника.

Тем не менее, результаты весьма предварительные. Размер выборки был довольно мал, и неясно, имеет ли практическое значение то, что кажется довольно скромным снижением показателей тревожности. Было бы интересно увидеть более подробные доказательства того, как именно плацебо повлияло на участников — изменило ли оно, например, их негативное мышление или оказало большее влияние на физические симптомы предэкзаменационного волнения?

И даже если плацебо снижает уровень беспокойства, которое испытывают люди перед экзаменами, это не обязательно означает, что они сработают в случае хронической тревоги или в других стрессовых ситуациях.

Новое исследование показало, что экстраверты чувствуют себя счастливее. Поэтому я провела неделю, посещая общественные мероприятия, чтобы понять, смогу ли я обмануть себя и стать более общительной.

Меня попросили подвергнуть себя пытке этим экспериментом на неделю. Ну ладно, не пытке, но достаточно близко для меня. Неделю интроверт отметал в сторону социальную неловкость и жил как экстраверт. Мне не очень нравится знакомиться с новыми людьми. Я отклоняю большинство приглашений на вечеринки, а если и иду, то ухожу настолько быстро, насколько возможно, чтобы никого не обидеть. Иногда я хочу поступить, как принцесса Диана, когда она хотела избавиться от друзей — сменить номер телефона. Таким образом, перспектива провести неделю, соглашаясь участвовать во всех общественных мероприятиях, была для меня такой же привлекательной, как лечение корневых каналов.

Но свидетельства показывают, что преодоление внутренней интроверсии может быть полезно для психического здоровья. В первом исследовании такого рода авторы из Калифорнийского университета попросили 123 человека вести себя как экстраверты в течение недели. Участникам нужно было быть разговорчивыми, уверенными и спонтанными в ежедневных взаимодействиях с другими людьми. На следующей неделе эта же группа вела себя как интроверты. Результаты были впечатляющими.

«Это был самый большой эффект, который мы когда-либо видели в наших исследованиях, — говорит ведущий исследователь Соня Любомирски. — Когда люди вели себя как экстраверты, они испытывали больше положительных эмоций и удовлетворения. Подражая интровертам, они испытывали меньше положительных эмоций». По ее предположению, это потому, что в душе люди — социальные существа. «Социальные отношения по своей природе полезны для нас. Нам нужно чувствовать принадлежность и связь друг с другом».

Но как это сделать? Если кому и нужно задать этот вопрос, то Джессике Пан. В 2018 году Пан провела год как экстраверт и задокументировала свой опыт в мемуарах «Извините, я опоздала, я не хотела приходить» (Sorry I’m Late, I Didn’t Want to Come). «Это не смертельно, — говорит Пан. — Но вы, вероятно, будете измотаны к концу недели». (В отличие от экстравертов, которые черпают энергию из социальных встреч, интроверты находят их истощающими.)

Она посоветовала мне избегать пустых разговоров, что хорошо, потому что я их ненавижу. «Если вы целую неделю будете говорить о погоде, я думаю, вы ее возненавидите». Вместо этого смотрите глубже и проявляйте уязвимость. «Поделитесь какой-то своей уязвимостью, даже если это кажется вам ужасным. Человек будет с этим считаться, и вы почувствуете, будто обрели друга».

Пан дает набор правил: не выпивать, потому что это облегчает задачу, не брать с собой друга в качестве моральной поддержки — «Это обман!» — и проводить на каждом мероприятии минимум полтора часа. Ну, ни пуха ни пера!

Понедельник

Я начинаю неделю с посещения собрания Extinction Rebellion. Я обдумывала идею присоединиться к этому движению в течение нескольких месяцев, но откладывала, потому что никто из моих друзей не состоит в нем, а мысль идти одной пугает меня.

В холодном церковном зале я сажусь на один из стульев, составленных кругом. Проходит долгая пауза, пока я собираюсь с духом, чтобы повернуться к человеку, сидящему рядом со мной.

«Привет, — говорю я. — Я Сирин».

Я начинаю беседу с Беном, который только что переехал в этот район. Он дружелюбный парень с глубоким загаром и спокойным нравом. Вспоминая совет Пан, я выдаю свою уязвимость. «Я собиралась посетить эти встречи целую вечность, но никто из друзей не хотел идти со мной». Мои тревоги исчезают. «Также я ем мясо и летаю, и я волнуюсь, что все здесь меня осудят».

Бен дружелюбно смотрит на меня. После собрания он машет мне рукой со ступенек церкви. Думаю, я вернусь.

Вторник

Этим вечером я играю в вышибалы с незнакомцами, и все, о чем я могу думать, это то, насколько сильно я не хочу этого делать. Командные виды спорта наводили на меня ужас в школе, и мысль о мячах, летающих туда-сюда мимо меня, ощущается как тревожный сон. Когда я узнаю максимальную скорость мяча (70 миль в час), я паникую и звоню Джейкобу, координатору команды Headshot United, чтобы получить хоть какую-то поддержку в последнюю минуту.

«Мы играем действительно плохо, — сообщает Джейкоб. — Мы проиграли последние девять игр. Кроме того, вы можете прятаться за спинами. Будет несколько человек, которые носят наколенники и тому подобное — постарайтесь не беспокоиться о них».

Я встречаюсь с Джейкобом и его товарищем по команде Эдом, чтобы выпить перед игрой. «Кое-кто присоединился к нам на прошлой неделе и сказал, что плохо провел время и не вернется», — говорит Эд. Я сглатываю.

Джейкоб чувствует мое беспокойство. «Если вам на самом деле это так не нравится, не нужно играть», — говорит он.

Мы направляемся в близлежащий школьный спортзал. Играть в командные виды спорта с незнакомцами все равно, что потерять девственность: не абсолютно ужасно, но определенно не приятно. Я съеживаюсь каждый раз, когда мяч летит в мою сторону, и мне не хватает сил, чтобы отразить броски с другой стороны площадки. Естественно, я получила удар по голове. «Ты приняла бросок в голову как абсолютный чемпион», — замечает товарищ по команде.

Хотя мне не понравилась игра в вышибалы — я ее ненавидела, если честно, — мне понравилось встречаться со всеми. После игры (мы проиграли) я пошла в паб с Джейкобом и его товарищем по команде Уиллом. «Вы не худшая из всех наших новичков», — говорит Джейкоб.

Определенно вранье.

Среда

Сегодня я встречаюсь с Эммой, которую не знаю. Мы собираемся на урок кроссфита — знаменитую социальную тренировку, где «дай пять», приветствие кулак о кулак и (не дай Бог) объятия с потными незнакомцами очень важны.

Эмма знакомит меня с Ричем, владельцем Crossfit Shapesmiths в южном Лондоне. «Я так рад встретиться с тобой, — кричит мне Рич. — Давай-ка обнимемся! Иди сюда!» Мы обнимаемся. «Он такой со всеми, — говорит Эмма. — Он просто очень счастливый».

Я встречаю Джей Пи, ведущего тренировки. Она пролетает незаметно. Эмма милая. «У тебя все отлично!» — восклицает она, пока я пытаюсь разобраться в сложных движениях с гирей. «Хороший темп!»

После урока Джей Пи инструктирует нас — приказывает, на самом деле — «дать пять». Старая Сирин съежилась бы от этого вынужденного дружелюбия, но у новой Сирин все в порядке. Я просто счастлива, что не получила по физиономии.

Четверг

«Что такое сорняк? — спрашивает Кэти, лидер группы волонтеров-садоводов Уолтем Форест. — Это растение не в том месте».

Группа собирается каждый четверг утром, чтобы поухаживать за галереей Уильяма Морриса в восточном Лондоне. Оглянувшись вокруг, я могу приступить к рассказу. Я никогда не занималась садоводством раньше, а большинство людей здесь завсегдатаи. Быть новичком среди посторонних, делать то, чего я никогда раньше не делала — не мое любимое занятие.

Боже мой, они дружная группа. Мы срываем сорняки и бросаем их в кучу. Это прекрасное ясное утро. Я подружилась с Джудит, которая на пенсии и живет недалеко. «В Лондоне трудно заводить друзей, — говорит она. — Вы не можете просто подойти к людям на улице. Они бы подумали, что вы ненормальная».

После перерыва на чай меня повысили до посадки. Я стараюсь не смотреть на червей, которые падают с моей лопаты. «Я просто отбрасываю червей», — заговорщически говорит Джудит. Мы вместе втыкаем растения в почву, словно укладываем детей в постель. «Ты вернешься, правда?» — говорит Джудит.

Пятница

Я вымотана. Пан предупреждала, что я устану, и она была права. Если бы моя жизнь была вечеринкой, я бы сейчас сидела в курилке и просила друга принести мне пальто. Последнее, что я хочу делать, это тусоваться с незнакомцем.

В приложении дружбы Bumble BFF я начинаю общаться с Радикой, 25-летней студенткой из Дели. Позже мы встретимся на аудиовизуальной выставке о мире природы. Это не самая удачная встреча. Радика замечательная, но это не то место, где можно пообщаться, а ходить в тишине с тем, с кем вы только что познакомились, неловко. В результате мы с Радикой так и не преодолеем первую фазу знакомства, что делает наше общение неестественным, как поцелуи в брекетах. В галерее звуки пустыни сжимаются в яркие сердцебиения лазеров. Радика говорит, что она скучала по дому на прошлой неделе — было празднование Дивали. Несколько друзей собрались вместе, но это было не то же самое. Я чувствую вину за то, что втянула ее в свой эксперимент. Тяжело в одиночку переезжать на новое место.

Большая часть моего беспокойства по поводу общения связана с тем фактом, что я часто чувствую ответственность за беседу, как сегодня. Встреча была скучной, вероятно, потому, что я уже чувствовала себя истощенной. После выставки я предлагаю выпить, но Радика отказывается. Я рада.

Суббота

Я просыпаюсь с комком ужаса в животе, который не исчезнет. Почему? Сегодня вечером я иду на вечеринку в честь Хэллоуина, где полно людей, которых я не знаю, и мне придется разбираться в одиночку.

С приближением вечера чувства обостряются. Я отчаянно не хочу идти и начинаю наводить порядок, убирать ящики и сортировать белье до тех пор, пока откладывать дальше выход становиться невозможно.

Выйдя из дома, я пишу Пан, чтобы получить немного поддержки. «Проклятье, я сама не хочу идти на эту вечернику, — отвечает она. — Поговорите с тремя людьми, и если все они будут отстойными, можете уйти. Также попросите хозяина познакомить вас с кем-нибудь».

Я делаю вдох и звоню в звонок.

Обычно самая трудная часть похода на вечеринку — это войти, никого не зная. В моем случае я вдруг осознала, что не только никого не знаю, но все они в костюмах. К счастью, хозяин Дэн (не настоящее его имя) или, скорее, император Калигула — берет меня под свое крыло. Он знакомит меня с Госией и Улой, сестрами из Польши. Совет Пан про уязвимость определенно помогает: я рассказываю Госии и Уле о своих тревогах, и они весь вечер присматривают за мной, как если бы я была птенцом.

Это отличная вечеринка. В морозилке лежит отрубленная голова, а напитки подаются в капельницах — но я так устала после недельной нагрузки, что продержалась всего несколько часов, прежде чем распрощаться. «Твой костюм ужасен», — говорит Дэн, провожая меня до двери.

Воскресенье

Я — самый молодой человек за несколько десятилетий на сегодняшней прогулке, организованной London Strollers. Никаких беспокойств: единственная радость от моей недели экстраверсии — это возможность пообщаться с пожилыми людьми.

На трехчасовую прогулку по северному Лондону отправились около 30 человек. Дела идут не слишком хорошо. Хотя женщина, с которой я гуляю, поначалу кажется дружелюбной, она делает несколько оскорбительных комментариев. Мысль о необходимости провести утро, слушая ее, наполняет меня душераздирающей тоской. Я уже так устала. Кажется, я этого не вынесу.

Затем Элизабет приходит ко мне на помощь. Она очень высокая и прямая, под подбородком завязан платок — мой рыцарь в зеленом плаще.

Мы говорим обо всем. Что она только что увлеклась футболом и изучает итальянский, который станет ее шестым языком. О ее детстве в Финляндии, о 40 лет работы медсестрой. (Она ушла на пенсию пять лет назад, в 70 лет.) Она рассказывает мне о своем муже, коммунисте, который умер. И ее детях, которые тоже умерли. И о том, почему нужно выходить замуж только за того, кто придерживается таких же политических взглядов, что и вы, предпочтительно коммунистических. «Социалисты, они сидят на двух стульях», — пожимает плечами Элизабет, поднимаясь на Примроуз-Хилл.

Мне понравилась Элизабет. Я могла бы проболтать с ней весь день. Я взяла ее номер, и мы строим планы вместе пойти на протест.

Вот и все

Итак, что я поняла за неделю экстраверсии? Что люди добрее, чем вы думаете, и часто легче быть честной с незнакомцами. То, что нужно открыться для новых впечатлений, потому что самое худшее, что может случиться, — вы получите мячом по лицу, и это не так уж плохо. То, что мы все — отдельные движущиеся точки, часть одной и той же непроизвольной пульсирующей жизни, пересекающиеся во время прогулки по улицам. Приятно, что точки иногда сталкиваются, даже ненадолго. Незнакомцы могут собраться вместе и поделиться своими историями. У каждого есть история, которую можно рассказать.

Я все еще интроверт, и не думаю, что изменюсь в скором времени. Но, возможно, теперь вы будете видеть меня немного чаще. Может быть.

Один из самых распространенных советов, как изменить свою жизнь, выработать более правильные привычки и стать более продуктивными, — просто блокировать все, что вы не хотите делать. Социальные сети, чат, электронная почта — блокируйте все. Однако блокировка — не самый надежный план.

Если вы хотите изменить свою жизнь и стать более продуктивными, вам сначала нужно изменить свое поведение по умолчанию.

Поведение по умолчанию — это действия, которые вы совершаете, не задумываясь. Это ваши привычки, рутины и импульсивные порывы. Поскольку более 40% наших ежедневных действий контролируются «настройками по умолчанию», это мощные инструменты для улучшения (или ухудшения) производительности.

Так какие настройки по умолчанию вредят производительности? И как можно изменить их на продуктивное и здоровое поведение?

Поведение по умолчанию №1: всегда держать почту открытой

Когда маленькая красная цифра на почтовом ящике неуклонно растет, так и подмывает открыть почту и почистить ее.

Отвечать на электронные письма считается продуктивным делом, поэтому 84% людей держат почту открытой весь день (и открывают 70% писем менее чем за 6 секунд!).

Но если быть честными, это поведение по умолчанию не помогает делать значимую работу. Электронная почта редко когда бывает самой важной вещью в списке дел. Так как же перестать тратить на нее свое время?

Решение: смените режим «всегда доступен» на разбор писем пачками

Вместо того, чтобы постоянно отслеживать входящие сообщения, заведите привычку разбирать письма отдельными порциями.

Это значит, вам нужно выделить определенное время в течение дня на проверку почты, отправку ответов и любых других электронных писем. Это не только помогает сконцентрироваться на более значимой работе, но, как показало исследование, делает команды более продуктивными и креативными.

Поведение по умолчанию №2: немедленное реагирование на сообщения в чатах и смс

Контролировать мессенджеры и смс еще сложнее, чем электронную почту. Общение в реальном времени предполагает, что вы всегда доступны. И для многих из нас это поведение по умолчанию.

Даже если сообщение подразумевает, что вы ответите, когда у вас будет время, мы чувствуем острую необходимость прочитать и ответить немедленно. Но, как и в случае с электронной почтой, это поведение по умолчанию не позволяет вам быть по-настоящему продуктивными.

Решение: договоритесь с командой о правилах общения

Единственный способ изменить поведение по умолчанию при общении — это установить время ожидания. К сожалению, 75% людей никогда не обсуждали с коллегами или менеджером ожидания относительно времени ответа.

Смс важнее, чем сообщения в Slack? Нужно ли отвечать на сообщения в чате незамедлительно? Можно ли заняться сообщениями из мессенджеров в то же время, что и имейлами?

Чтобы поддержать эти новые ожидания, измените настройки уведомлений в таких инструментах, как Slack. Вы можете отключить звук определенных каналов, избавиться от всплывающих окон, отключить мобильные уведомления и многое другое, чтобы быть уверенными, что вас не втянут в чаты, когда вы этого не хотите.

Поведение по умолчанию №3: постоянный мониторинг социальных сетей

Немногие из нас станут утверждать, что социальные сети — это продуктивное использование времени. Но это не мешает нам постоянно заходить в них. Мы хотим быть в курсе новостей, последних мемов и трендов Twitter.

Даже если вы не держите соцсети открытыми постоянно, вы все равно просматриваете их в течение дня (и, безусловно, первым делом утром).

Производительность работы в офисе снижают не только социальные сети, но и любое подобное переключение контекста. Даже беглый просмотр соцсетей во время работы над задачей может съесть 20–80% вашего продуктивного времени!

Решение: пересмотреть свои ценности и задуматься, как им соответствуют социальные сети

Чтобы изменить поведение по умолчанию в социальных сетях, подумайте, как оно вписывается в ваши жизненные ценности.

Неужели для вас так важно не отставать от социальных сетей? Будете ли вы страдать, если пропустите какой-нибудь мем в Twitter или «последние новости» в ленте Facebook?

Надо полагать, нет. У вас есть проекты на работе и дома, которые гораздо важнее.

Подобный угол зрения может стать отличной отправной точкой для изменения поведения по умолчанию. Если поставить свои основные ценности на первый план, будет проще хранить приложения и вкладки закрытыми в течение дня.

Конечно, если вам нужна небольшая помощь, всегда можно установить ограничения на время в социальных сетях, используя специальные приложения.

Поведение по умолчанию №4: Оставлять открытыми бесконечные вкладки

У большинства людей открыто одновременно от 5 до 274 вкладок. Каким-то образом вкладки стали новым списком дел. Вместо того, чтобы заняться чем-то — прочитать новость, заполнить карточку Trello, отправить запрос в службу поддержки, — мы оставляем это «на потом».

Но огромное количество открытых вкладок почти всегда приводит к серьезному падению производительности. Вам приходится не только постоянно искать нужную вкладку, но и подвергаться искушению отвлечься.

Решение: Проводите чистку в течение дня

Вместо того, чтобы оставлять вкладки открытыми по несколько дней (или недель) подряд, «хакер» продуктивности Дэн Сильвестр рекомендует проводить «чистку» несколько раз в день.

Так же, как вы убираете со стола после обеда, нужно постоянно «очищать» свое рабочее пространство, включая все открытые вкладки:

• Когда вы заканчиваете работать на компьютере, закройте все приложения и браузер и выключите его.
• Уходя из офиса, потратьте 5 минут на то, чтобы выбросить все ненужное и очистить стол.
• Но также проводите уборку в течение дня.
• Если вы читаете письмо, откройте его, прочитайте, затем закройте. Нет необходимости оставлять браузер или приложение открытым.
• Просматриваете социальные сети? Откройте приложение, посмотрите и выйдите из аккаунта.
• Чистка помогает устранить проблемные области и снизить склонность к прокрастинации.

Не оставляйте открытыми бесконечные вкладки, которые соблазняют вас отвлекаться и прокрастинировать. Сбросьте поведение по умолчанию, постоянно очищая свое рабочее пространство.

Поведение по умолчанию №5: Многозадачность

Это установленный факт, что многозадачность убивает производительность.

Проблема в том, что многозадачность — это укоренившееся поведение по умолчанию. Мы проверяем электронную почту, документируя процесс разработки программного обеспечения. Или заходим в Slack, работая над новым дизайном сайта. Исследование, проведенное профессором Калифорнийского университета в Ирвине Глорией Марк, показало, что большинство работников в среднем тратят всего 3 минуты на любую задачу, прежде чем переключиться на что-то другое.

Решение: проявите уважение к своей работе, которого она заслуживает, и сосредоточьтесь на единственной задаче

Если вы собираетесь изменить поведение по умолчанию, сначала нужно понять, что поставлено на карту. Занимаясь несколькими делами одновременно, вы приучаете свой разум отвлекаться. В конечном итоге вы тратите больше времени, плохо справляетесь с задачей и становитесь менее креативными.

Как пишет Гари Келлер в своей книге «Начни с главного! Удивительно простой закон феноменального успеха»:

Почему мы терпимо относимся к многозадачности при выполнении важнейших дел на работе? Важность сосредоточенности не становится меньше от того, что должностная инструкция не предполагает ежедневные операции аортокоронарного шунтирования. Ваша работа заслуживает не меньшего уважения. Возможно, это не так заметно, но связь всего происходящего в мире предполагает, что каждый должен не просто делать свою работу, но делать ее хорошо.

Вы считаете свою работу важной? Если так, она заслуживает полного внимания.

Поэтому закройте все, кроме одной вещи, над которой вы должны работать. Проявите к этой единственной задаче уважение и работайте исключительно над ней. Не оскорбляйте себя или свою работу многозадачностью.

Поведение по умолчанию №6: Использование слишком большого количества приложений для повышения производительности

Если вы читаете этот пост, то вы, скорее всего, немного наркоман продуктивности. А наша с вами доза — это приложения для повышения производительности. Лавирование между Omnifocus, Todoist, Things, Wrike и Planio может показаться вам продуктивным. Тем не менее, в этом также легко можно увидеть не что иное, как тонко завуалированную многозадачность.

Это не значит, что эти приложения не помогают. Но считать по умолчанию каждое из них продуктивным ошибочно.

Решение: выберите правильные инструменты для вашего потока задач (и не добавляйте больше)

Производительность определяется не инструментами, она определяется вашим поведением. Истинная производительность позволяет делать правильные вещи в нужное время, и обычно для этого требуется всего несколько приложений.

Потратьте несколько минут, чтобы быстро просмотреть разные приложения. Запишите инструменты, которые вы используете, и почему они важны для вас.

Какие из них на самом деле помогают вам работать? Какие из них помогают ненавязчиво, а какие — требуют вашего внимания? Выберите только те, которые вам абсолютно необходимы, а остальные удалите.

Поведение по умолчанию №7: «драить палубу»

В начале рабочего дня у вас возникает естественный соблазн «драить палубу», прежде чем начать работать над важными проектами. Другими словами, вы считаете, что должны ответить на все электронные письма, просмотреть последние новости, проследить, чтобы все было на своих местах и т.д.

И хотя, безусловно, не все эти занятия бесполезны, по большому счету это лишь форма прокрастинации. Важные задачи выглядят сложными или трудоемкими, и вместо того, чтобы работать над ними, вы делаете кучу мелких дел.

Эти мелочи могут казаться продуктивными, но на самом деле это не так.

Решение: Дайте себе 5 минут на выполнение задачи, прежде чем начнете драить палубу

Прокрастинация возникает из-за страха. Мы взвалили на себя сложные задачи или уделяем им слишком много внимания, поэтому, когда приходит время начинать, мы ищем, чем бы еще себя занять.

Чтобы изменить это поведение по умолчанию, основатель Zen Habits Лео Бабаута предлагает проделать 4 шага:

1. Отметьте момент, когда вы чувствуете, что вам нужно заняться чем угодно и примите это. Это нормально — ощущать, что вам нужно «надраить палубу», если вы не позволяете этому чувству контролировать свои действия.
2. Повернитесь к своей самой важной задаче с открытым сердцем, осознав, что сначала вы должны выполнить эту задачу, если вы действительно любите себя.
3. Если задача кажется слишком большой или слишком сложной, просто сделайте самый маленький шаг, а затем переходите к следующему маленькому шагу.
4. Отдайте себя полностью этому самому маленькому шагу, концентрируясь изо всех сил, чтобы выполнить его.

Другой способ изменить поведение по умолчанию — последовать совету основателя Instagram Кевина Систрома:

«Если вы не хотите что-то делать, заключите сделку с собой, что займетесь этим всего на пять минут. Через пять вы будете готовы довести дело до конца».

Поведение по умолчанию №8: Быть постоянно на связи (даже в нерабочее время)

В нашем гиперсвязанном мире легко почувствовать, что нужно быть на связи с коллегами в любое время. Конечно, при этом очень сложно отключиться и развеяться.

Кроме того, вы не можете полноценно проводить время с семьей и друзьями, потому что постоянно мониторите телефон, чтобы не пропустить какие-то рабочие запросы.

Хуже того, исследования показывают, что люди, которые не в состоянии психологически отключиться от работы, больше от нее устают, больше прокрастинируют и не могут найти баланс между работой и личной жизнью.

Решение: установите границы в свой рабочий день (и придерживайтесь их)

Когда дело доходит до изменения этого поведения по умолчанию, сначала нужно изменить отношение к работе. Здоровая ли это ситуация, когда вы всегда на связи? Всегда доступны для руководителя и коллег? Я бы сказал нет.

Это фундаментальное изменение мышления должно сопровождаться фундаментальными изменениями в поведении. В конце дня выйдите из мессенджеров и электронной почты и удалите приложения с телефона. Отключите уведомления, проводя время с друзьями и семьей.

Ваша цель — вздохнуть в конце рабочего дня. Подумать о чем-то помимо работы и по-настоящему отдохнуть. 

Изменяя поведение, меняете жизнь

В фильме «Парк юрского периода» Ян Малкольм, как известно, говорит: «Жизнь… (драматическая пауза) находит путь». То же самое можно сказать и о нашей склонности отвлекаться и откладывать.

Если вы хотите по-настоящему изменить свою жизнь, недостаточно полагаться на инструменты, уловки и хитрости. По-настоящему вы меняетесь, только изменив поведение по умолчанию. Коренным образом изменив свое мнение о таких вещах, как электронная почта, текстовые сообщения и социальные сети.

Когда вы это сделаете, ваша жизнь изменится к лучшему.

Партнер публикации – Приложение для знакомств RusDate.

Разрывы всегда даются тяжело. Любовь и теплые отношения уступают место чувству обиды, а некогда бережно хранимые воспоминания тускнеют. Тем не менее, люди часто продолжают питать позитивные чувства к своим бывшим даже после того, как отношения заканчиваются. И в основном это происходит с мужчинами, утверждает исследование, опубликованное в Social Psychological and Personality Science. Его авторы обнаружили, что по крайней мере в гетеросексуальных отношениях мужчины более позитивно относятся к своим бывшим, чем женщины.

Урсула Атенштадт из Университета Граца и ее коллеги сделали это открытие, пытаясь выяснить, можно ли изменить отношение людей к их бывшим. В двух исследованиях были задействованы в общей сложности почти 300 гетеросексуальных участников, которые заполнили анкету об отношении к своим бывшим партнерам, оценивая свое согласие с 18 утверждениями, такими как «Когда я думаю о своем бывшем партнере, я злюсь» и «У моего бывшего партнера много положительных качеств». Манипуляции исследователей, как оказалось, не повлияли на эти рейтинги, но вместо этого обнаружилось, что в целом у мужчин, как правило, немного более позитивное отношение к экс-супругам и партнерам, чем у женщин.

Команда решила продолжить изучение находки в третьем исследовании. Они дали такую же анкету 612 новым участникам, у которых были гетеросексуальные отношения не менее 4 месяцев. Кто-то уже был в новых отношениях, кто-то — одинок. Участники также оценили и другие показатели, такие как степень социальной поддержки, которую они получали от своего бывшего партнера; насколько они использовали стратегии преодоления трудностей, такие как отвлечение внимания или разрядка после разрыва; причины расставания и отношение к сексу и любви.

У мужчин снова было выявлено более позитивное отношение к своим бывшим, чем у женщин: их средний балл в опроснике 3,57 (из 5), а у женщин — 3,11. Но мужчины и женщины также различались по ряду других показателей. Мужчины продемонстрировали более «вольное» отношение к сексу (например, они чаще соглашались с такими утверждениями, как «Мне не нужно быть преданным человеку, чтобы заниматься сексом»), и они получали больше социальной поддержки от своих бывших, чем женщины. С другой стороны, женщины использовали больше стратегий переживания кризиса и чаще отмечали, что разрыв был инициирован партнером. Последующий анализ показал, что эти факторы могут частично — но не полностью — объяснять отличия между мужчинами и женщинами в их отношении к бывшим.

Исследователи предполагают, что результаты могут быть связаны с сочетанием эволюционных и социальных факторов. Благодаря менее обременительному отношению мужчин к сексу они допускают возможность секса с бывшими партнершами и поэтому поддерживают более позитивное отношение к ним. Также мужчины более позитивно смотрят на своих бывших потому, что девушки оказывают им больше эмоциональной поддержки, в то время как женщины, как правило, получают от своих партнеров куда меньше поддержки, чем из других источников, таких как друзья и семья.

«Хотя наши исследования и зафиксировали это устойчивое гендерное различие, мы не знаем его точной причины. Необходимы дополнительные исследования», — признают авторы. Также в исследование были включены только гетеросексуальные участники, поэтому неясно, распространяются ли выводы на геев или бисексуалов.

Тем не менее, как полагает команда, более позитивное отношение к бывшей партнерше может оказать пагубное влияние на последующие романтические отношения, поэтому у мужчин может быть больше трудностей с новыми отношениями. Другими словами, благодарность бывшим на самом деле означает, что вам сложнее сказать им: «Спасибо, следующий».

Партнер поста – приложение RusDate:
Знакомства на русском для Android
Знакомства на русском для iPhone

Многие передовые проекты в области искусственного интеллекта говорят, что работают над созданием сознательной машины, основываясь на идее, что функции мозга просто кодируют и обрабатывают мультисенсорную информацию. Предполагается, что, как только функции мозга будут правильно поняты, их можно будет запрограммировать в компьютер. Microsoft недавно объявила, что потратит $1 млрд именно на это.

Пока что попытки построить мозг суперкомпьютера далеки от реализации. Европейский проект стоимостью в несколько миллиардов долларов, начатый в 2013 году, считается проваленным. Эти усилия переключились на похожий, но менее амбициозный проект в США, направленный на разработку новых программных инструментов для исследователей, которые изучают данные мозга, а не моделируют мозг.

Некоторые исследователи продолжают настаивать на том, что симуляция нейробиологии с помощью компьютеров — возможный путь. Другие, как и я, считают эти усилия обреченными на провал, так как мы не верим, что сознание исчислимо. Наш основной аргумент заключается в том, что мозг объединяет и сжимает множество компонентов опыта, включая зрение и запах, которые просто не могут быть обработаны таким образом, как воспринимают, обрабатывают и хранят данные современные компьютеры.

Мозг работает не как компьютер

Живые организмы накапливают опыт в мозгу, адаптируя нейронные связи в активном процессе между субъектом и окружающей средой. Компьютер, напротив, записывает данные в краткосрочные и долгосрочные блоки памяти. Это означает, что обработка информации в мозге также должна отличаться от работы компьютеров.

Разум активно исследует окружающую среду, чтобы найти элементы, которые ведут к выполнению того или иного действия. Восприятие не имеет прямого отношения к сенсорным данным: человек может идентифицировать стол с разных точек зрения, без нужды осознанно интерпретировать данные, а затем обратиться к памяти с запросом, можно ли создать этот шаблон с помощью альтернативных представлений об объекте, полученных ранее.

Другая точка зрения на это заключается в том, что самые обыденные задачи памяти связаны с несколькими областями мозга, некоторые из которых довольно велики. Обучение навыкам и опыт предполагают реорганизацию и физические изменения, такие как изменение силы связей между нейронами. Такие преобразования невозможно полностью воспроизвести на компьютере с фиксированной архитектурой.

Вычисление и сознательность

В своей недавней работе я выделил некоторые дополнительные причины, по которым сознание невозможно исчислить.

Сознательный человек понимает, о чем он думает, и способен перестать думать об одном и начать думать о другом — независимо от того, где он находился в начальном потоке мысли. Но для компьютера это невозможно. Более 80 лет назад британский ученый-компьютерщик Алан Тьюринг показал: нет способа доказать, что какая-то конкретная компьютерная программа может остановиться самостоятельно — а это центральная способность сознания.

Его аргумент основан на логической уловке. Он создает внутреннее противоречие: представьте, что существует общий процесс, который может определить, остановится ли какая-либо анализируемая программа. Результатом проверки будет либо «да, остановится», либо «нет, не остановится». Довольно просто. Но затем Тьюринг предполагает, что хитрый инженер написал программу, которая включает в себя процесс проверки возможной остановки, с одним важнейшим элементом: указанием продолжать работу программы, если ответ был «да, остановится».

Запуск процесса проверки остановки в этой новой программе обязательно приведет к ошибке: если проверка покажет, что программа остановится, инструкции программы скажут ей не останавливаться. И наоборот, если проверка покажет, что программа не остановится, инструкции программы остановят все немедленно. Это не имеет смысла — и Тьюринг сделал вывод, что не существует способа проанализировать программу и быть абсолютно уверенным, что она может остановиться. Поэтому невозможно быть уверенным в том, что любой компьютер может копировать систему, которая точно может остановить ход своих мыслей и переключиться на другие мысли — а уверенность в этой способности служит неотъемлемой частью сознания.

Еще до работы Тьюринга немецкий квантовый физик Вернер Гейзенберг показал, что существует явное различие в природе физического события и том, как его воспринимает наблюдатель. Австрийский физик Эрвин Шредингер истолковал это так, что сознание не может происходить из физического процесса, подобного компьютерному, который сводит все операции к базовым логическим аргументам.

Эти идеи подтверждаются данными медицинских исследований о том, что в мозге нет уникальных структур, управляющих сознанием. Напротив, функциональная МРТ показывает, что разные когнитивные задачи происходят в разных областях мозга. Отталкиваясь от этого, нейробиолог Семир Зеки пришел к выводу, что «сознание — это не что-то цельное, вместо этого существует много сознаний, которые распределены во времени и пространстве». Этот тип безграничных умственных способностей — не та задача, с которой когда-либо сможет справиться конечный компьютер.