Даже беглый просмотр социальных медиа показывает, что большинство людей любят демонстрировать, что они хорошие. Выражая сострадание жертвам стихийных бедствий, делясь постом в поддержку общественного движения, многие стремятся показать свою высокую моральную позицию.
Критики иногда называют эти действия просто «сигнализированием о добродетели». Как отмечает британский журналист Джеймс Бартоломью (который популяризировал этот термин в журнальной статье в 2015 году), люди, сигнализирующие о добродетели, пользуются привилегией чувствовать себя лучше, делая совсем немного. В отличие от той помощи, когда вы должны что-то сделать — помочь старушке перейти улицу, раздавать еду обездоленным, ходить от двери к двери, чтобы собрать средства на какое-то дело, — сигнализирование о добродетели часто состоит из совершенно не затратных действий, таких как смена фотографии в профиле или заявление о том, что вам не нравится позиция политика в отношении иммиграции. Бартоломью жалуется: «Говорить правильные вещи в соцсетях гораздо легче, чем проявлять настоящую доброту».
Люди, обвиняющие других в показной добродетели, часто не заинтересованы в проведении настоящего морального анализа, в основном они хотят дискредитировать своих оппонентов. Мои союзники героически сплачиваются ради справедливого дела, люди с другой стороны изображают добродетель. Возможно, было бы более познавательно посмотреть, что говорит по этому поводу наука. Почему мы испытываем такие сильные эмоции по отношению к сигнализированию о добродетели, и действительно ли это хорошо или плохо?
За последние несколько десятилетий ученые в различных областях разработали сложные анализы сигнализации как общего явления — того, как люди (и другие животные) посылают сигналы, предназначенные для передачи информации другим особям. Выводы теории сигнализации могут показаться на первый взгляд нелогичными, но они оказали огромное влияние на биологию и социальные науки. Они также говорят нам о том, что сигнализация о добродетели имеет больше нюансов и более интересна, чем та картина, которую рисуют житейская мудрость и политическая риторика. Как выясняется, в сигнализации добродетели есть и плохое, и хорошее, но, вероятно, не по тем причинам, о которых вы можете подумать.
Почему мы ругаем тех, кто демонстрирует свою добродетель за то, что это не составляет им особого труда? Желание отвергнуть чьи-то действия, потому что они не потребовали никаких усилий, очень сильно. Но не разумнее ли сосредоточиться на том, чего эти действия на самом деле достигают? Почему мы часто фокусируемся на затратах, которые несут люди, а не на том, насколько эффективно они делают мир лучше?
Несколько десятилетий назад биологи и экономисты бились над похожими вопросами. Почему павлинов так привлекают особи с самыми экстравагантными хвостами, содержание которых обходится очень дорого, но в остальном они кажутся бесполезными? Почему работодателей волнует, что вы влезли в долги на сотни тысяч долларов, чтобы получить диплом Лиги плюща по социологии, не имеющей очевидного отношения к работе?
В 1970-х, биолог Амоц Захави и экономист Майкл Спенс предложили интригующий ответ. Они утверждали, что цена, которую платит павлин (или выпускник колледжа), и есть весь смысл. Их выводы (которые принесли Спенсу Нобелевскую премию по экономике в 2001 году) не вполне понятны на первый взгляд, поэтому стоит внимательно посмотреть, как это работает. Общение между людьми — сложная вещь, поскольку у людей есть стимулы, чтобы лгать. Работодатели ищут в своих сотрудниках определенные качества (интеллект, добросовестность, честолюбие). Они могли бы спросить людей, которых приглашают на собеседование, умны ли они и добросовестны, но почему бы кандидатам просто не солгать?
Вместо этого работодатели отбирают своих сотрудников на основе сигналов, которые трудно подделать, например, университетских дипломов. В целом, наличие качеств, которые ценят работодатели, облегчает получение степени. Людям, не обладающим нужным сочетанием интеллекта, добросовестности и амбициозности, будет сложнее учиться в колледже, и они либо бросят учебу, либо потратят гораздо больше времени на ее завершение. Люди, которые предполагают, что получение степени будет для них слишком дорогостоящим, откажутся от обучения.
Поэтому, в принципе, даже если ничего из того, что вы узнали, не имеет отношения к желаемой работе, получение диплома все равно посылает ценный сигнал потенциальным работодателям: вы из тех людей, для которых это достижение, требующее больших усилий, является достаточно легким. Поскольку это ценный сигнал, в ваших интересах получить диплом, а в интересах работодателя — нанять вас на этой основе.
Люди хотят казаться хорошими, поскольку это приносит им социальный статус и дружбу.
Аналогичный аргумент применим и в биологии, но здесь на первом месте стоит естественный отбор. Выращивание экстравагантного хвоста обходится здоровому павлину довольно дорого, но больная птица подвергнет свою жизнь риску, если потратит столько энергии на украшение. Поэтому только павлины, находящиеся в достаточно хорошем состоянии, могут позволить себе замысловатый хвост. Таким образом, естественный отбор благоприятствует особям, предпочитающим павлинов с длинным хвостом, поскольку эти самки спариваются со здоровыми самцами и в результате получают здоровое потомство.
Сигналы о затратах честны, поскольку стоят дорого и встречаются повсеместно. Почему люди дарят цветы тем, к кому настроены романтически или приглашают их в дорогие рестораны? Вероятно, потому что эти действия требуют больших затрат: если бы ухажер не был заинтересован в долгосрочных отношениях, у него не было бы стимула прилагать такие усилия. Его подарки работают не потому, что розы являются особенно полезными предметами, а потому, что они являются дорогостоящим сигналом его намерений.
Вот почему это важно для вопроса о показной добродетели. Нечестность является серьезной проблемой в моральной сфере. Люди хотят казаться хорошими, потому что это приносит им друзей и социальный статус. Наше моральное чувство развилось потому, что люди, убеждающие других в своих моральных качествах, получают социальные выгоды. Но что мешает кому-то притвориться хорошим человеком, получить все социальные выгоды, но не выполнить задуманное?
В процессе человеческого развития способность отличить истинных друзей (тех, кто будет с вами, несмотря ни на что) от ложных (тех, кто забудет о вас, когда вы тяжело заболеете) может стать вопросом жизни и смерти. Как таковые, люди одержимы моральным лицемерием. Мы тщательно изучаем потенциальных романтических партнеров, друзей или членов команды в поисках признаков того, что они занимаются этим не только ради денег. А поскольку, согласно логике затратного сигнализирования, расходы, которые люди готовы нести, являются надежным сигналом их приверженности, мы обращаем особое внимание на эти затраты, когда оцениваем других людей. Социальные психологи обнаружили, что, когда мы видим, как кто-то совершает альтруистический поступок, мы относимся к этому с подозрением, что он действительно альтруистичен, если он получает какую-то выгоду от своих действий. Умные эксперименты по когнитивной психологии даже показывают, что мы распределяем других людей по категориям на основании затрат, которые они готовы понести, чтобы принести пользу своей группе, но не на основании той пользы, которую они действительно приносят.
Возможно, именно поэтому нас так сильно раздражают те, кто демонстрируют свою добродетель. Они делают то, что может принести им социальный статус, одобрение общества, место на верном берегу истории. Но действительно ли они преданы делу, которое поддерживают? Или их интересуют только социальные выгоды? Когда они не несут никаких значимых затрат, те, кто сигнализируют о своей добродетели, включают сигналы тревоги, которые миллионы лет эволюции вложили в наши головы, чтобы защитить от недобросовестных друзей и моральных лицемеров.
Итак, давайте признаем, что некоторые сигналы добродетели являются фальшивыми, но значит ли это, что они плохие? Здесь полезно сделать шаг назад от стандартного образа мышления. Эволюция спроектировала наш мозг так, чтобы мы были хороши в повседневном взаимодействии, но мы не очень хороши (или не особенно озабочены) в оценке крупномасштабных социальных эффектов. Поэтому противнику легко дискредитировать того, кто подает сигналы добродетели, указывая на то, что нет никакой гарантии, что этот человек действительно разделяет ваши моральные ценности. Но является ли это правильным мерилом, по которому следует оценивать эти сигналы?
В защиту тех, кто любит демонстрировать свои добрые намерения, теория сигнализации утверждает, что даже пустая болтовня может принести пользу.
Проблемы координации встречаются повсеместно. Подумайте о том, чтобы пройти мимо кого-то, кто идет по улице в другую сторону. У вас обоих есть общий стимул координировать свои действия по поводу того, по какой стороне тротуара идти, чтобы не столкнуться друг с другом. Даже если другой человек совершенно незнаком, нет особой причины, по которой он будет пытаться вас обмануть. В таких обстоятельствах люди будут посылать сигналы (например, остановятся, прежде чем резко сделать движение в другую сторону), для того, чтобы скоординировать свои действия с другими людьми. Математические модели показывают, что эти сигналы, которые не стоят особых усилий, могут иметь решающее значение для решения сложных проблем координации.
Координация имеет решающее значение и в моральной сфере. Представьте, что вы живете в обществе, где рабство — распространенная вещь, и думаете, что только вы испытываете моральное отвращение к этому. Должны ли вы говорить о своей озабоченности? Если вы думаете, что все остальные равнодушны, вы можете бояться, что другие сочтут вас странным, что люди, получающие выгоду от системы, накажут вас, и что все равно нет шансов изменить ситуацию.
Парадокс в том, что даже если множество людей находятся в подобной ситуации — каждый обеспокоен, но убежден, что никто другой не обеспокоен — они могут не действовать, несмотря на то, что их мнение разделяет большинство. Но высказывание своего мнения может запустить цепную реакцию. Чем больше людей высказываются, чтобы осудить то, что они считают моральной проблемой, тем больше изначально молчаливых людей понимают, что они не одиноки, и высказываются в свою очередь.
Когда все понимают, что каждый человек знает о проблеме, становится труднее заявлять о своем незнании в качестве защитного аргумента
Ясно высказанные общественные сигналы особенно эффективны для установления общего знания о моральной норме, они обеспечивают уверенность в том, что все знают о моральной норме, и что все остальные знают о том, что все тоже об этом знают. Психологические эксперименты показали, что общее знание — это мощный инструмент, определяющий поведение в обществе. Люди с гораздо большей вероятностью будут координировать совместные действия, если все знают, что все знают, что совместная работа приведет к хорошему результату. Помимо содействия координации, общая осведомленность не позволяет людям прятаться за завесой правдоподобного отрицания. Важно отметить, что это работает даже тогда, когда нет гарантии, что люди, посылающие сигналы, особенно добродетельны или преданы делу.
Но сигналы, которые наиболее эффективны для убеждения других в нашей добродетели, систематически не являются теми, которые оказывают наибольшее воздействие.
Марк и Боб оба сделали пожертвование на благотворительность по 1000 долларов. Перед тем, как сделать пожертвование, Марк внимательно изучал разные благотворительные программы в поисках наиболее эффективной.В процессе поиска он часто читал об организации, которая делает великие дела, но затем исключал ее из рассмотрения, поскольку не было доказательств того, что она использует его деньги наилучшим образом. В конце концов он остановился на благотворительной организации, которая предоставляет высокорентабельное лечение от паразитических червей, от которых страдают многие люди в Африке.
Однажды вечером Боб смотрел телевизор и увидел рекламу благотворительной организации, которая дарит плюшевых медведей выздоравливающим детям в больницах. Боб был переполнен чувствами по поводу бедственного положения этих детей и немедленно перечислил деньги в благотворительную организацию.
Пожертвование Марка окажет гораздо большее влияние на жизнь людей. Но он выглядит холодным и расчетливым, и мы не можем подавить ноющие сомнения в том, что он за человек. Стал бы он жертвовать, если бы обнаружил, что ни одна из организаций, о которых он читал, не была достаточно эффективной? Боб, напротив, не оставляет сомнений в своей доброй натуре: он спонтанно отдал свои деньги без малейшей заботы о грубых материалистических соображениях, таких как экономическая эффективность.
История Марка и Боба иллюстрирует один из мрачных выводов теории сигнализации: конкретное воздействие альтруистического поступка (насколько он действительно помогает другим людям) часто расходится с сигналом, который он посылает о том, что он за человек. Это означает, что для того, чтобы убедить людей в том, что вы хороший человек, самый убедительный сигнал, который вы можете послать, часто не является тем, который действительно принесет наибольшую пользу.
С этой точки зрения неудивительно, что человеческий альтруизм весьма неэффективен — это показывают благотворительные организации, в которые жертвуют люди, и психологические эксперименты. В одном из последних исследований ученые выдали участникам небольшую денежную сумму и сказали им, что они могут пожертвовать любой процент от этой суммы на благотворительность по своему выбору. Они также сказали участникам, что любая сумма, которую они пожертвуют, будет умножена — число множителя варьировалась от участника к участнику. Участники, которым сказали, что их пожертвование будет умножено на 10, отдали почти такую же небольшую часть своего состояния, как и участники, которым сказали, что оно не будет умножено. Это не потому, что люди плохо разбираются в математике: в контрольном эксперименте, где вместо пожертвования участники могли отложить часть денег на потом, они сэкономили значительно больше, когда им сказали, что сэкономленные деньги будут умножены на большое число.
Исследователи также нашли возможное объяснение тому, почему участники не заботились о том, чтобы их пожертвование использовалось эффективно: этот фактор не стал бы лучшим сигналом о том, насколько они хороши. Участники, которые отдавали деньги на благотворительность, зная, что они будут умножены на 10, не считались (при оценке другой группой участников) лучшими людьми, чем те, кто отдавал деньги в отсутствие умножения суммы.
Анна и Сара — две активистки экологического движения, выступающие за возобновляемые источники энергии. Анна хочет добиться от правительства замены ископаемых видов топлива ветряными турбинами и солнечными батареями. Сара хочет пойти дальше: все источники энергии (включая, например, атомную энергию) должны быть заменены возобновляемыми. Кто больше заботится об окружающей среде?
Так же как в случае Марка и Боба, сигналы, посылаемые Анной и Сарой, могут расходиться с реальными последствиями их поведения. Люди могут отнестись к Анне с подозрением — не находится ли она тайно под влиянием крупной атомной компании? В то же время преданность Сары этому делу не оставляет сомнений. Но противодействие Сары атомной энергетике может привести к ухудшению экологической ситуации, если правительству придется временно заменить закрытые атомные электростанции ископаемым топливом, что увеличит выбросы CO2.
Какая мотивация у людей посылать громкие сигналы о своей приверженности к какому-либо делу? Ответ кроется в том, что когда мы посылаем сигналы добродетели, многие вещи, к которым мы стремимся, такие, как друзья и социальный статус, являются конкурирующими. У людей, с которыми вы хотите дружить, может быть ограниченное количество друзей, поэтому вам нужно убедить их, что они должны выбрать именно вас. Социальные группы, к которым вы принадлежите, могут иметь ограниченное количество лидеров, и, чтобы получить влияние, полезно показать, что вы более привержены идеологии группы, чем ее средний участник.
Когда отдельные особи посылают сигналы, пытаясь убедить других в том, что они лучше среднего, результатом часто становится то, что специалисты в теории сигнализации называют «бегством»: гонка-соревнование в сторону все более и более заметных сигналов. Если павлины хотят спариваться с павлинами, чьи хвосты более экстравагантны, чем у среднего павлина, то естественный отбор в течение нескольких поколений отдает предпочтение павлинам со все более экстравагантными хвостами. Если у всех есть диплом о среднем образовании, то студентам необходимо начать получать степень бакалавра, чтобы стать заметными в глазах работодателей. Студенты следующего поколения, конечно же, будут получать степень магистра, чтобы выделиться из массы простых выпускников колледжей.
В области морали такое соревнование возникает когда люди стремятся повысить свой моральный статус, делая и веря в то, во что не верят остальные. Например, все выступают против убийства людей: то, что вы считаете, что люди не должны убивать друг друга, не выделяет вас среди других. Но не все против употребления в пищу животных, поэтому вегетарианство или веганство может эффективно повысить ваш моральный статус.
Такое соревнование сигналов может оказывать положительный эффект (как в примере с вегетарианством), расширяя сферу нашей моральной заботы до вопросов, которые в противном случае удобно было бы игнорировать. Но часто это может привести к тому, что люди будут придерживаться убеждений, которые все больше отрываются от реальности. Представьте себе, что вы являетесь последователем религии, которая пропагандирует мир, но все остальные жители вашей страны также считают, что мир — это хорошо, независимо от их религиозной принадлежности. Исповедовать свою веру в ценность мира было бы не самым эффективным способом сигнализировать о своей религиозной добродетели, потому что даже посторонние верующие сказали бы то же самое. Вместо этого эффективнее всего выразить свою веру в моральные нормы, которые не являются самоочевидными для всех: например, норма о том, что люди не должны пользоваться средствами контроля рождаемости, потому что это противоречит воле Бога. Экзотические убеждения являются отличным сигналом лояльности к своей группе, потому что, скорее всего, чужаки их не разделят. К сожалению, морализация таких идеалов может быть очень вредной, как, например, когда религиозные запреты на контрацепцию способствуют распространению заболеваний, передающихся половым путем.
Когда мы видим кого-то, кто подает сигналы о своей добродетельности, наша реакция бывает довольно сильной: иногда это восхищение, а иногда это раздражение или презрение. Но эти эмоции — результат работы психологических механизмов, которые призваны помочь нам оценить, может ли этот человек быть хорошим другом или союзником, а не помочь нам оценить, окажут ли действия этого человека положительное влияние на мир. Развивающаяся теория сигнализации показывает, что эти вещи могут часто расходиться. Помнить об этом важно, поскольку мы ориентируемся в мире, который становится все более шумным.
Сообщение Феномен павлина: почему даже «фальшивая добродетель» полезна появились сначала на Идеономика – Умные о главном.
