Артиллерийские дуэли, минные поля и исторические обиды. Почему Таиланд и Камбоджа до сих пор не поделили границу? Разбираем военные возможности, политические игры и шансы на большую войну.
На фоне мировых разборок конфликт Таиланда и Камбоджи никого уже не удивляет, хотя и для большинства (по крайней мере, в РФ) его причины непонятны вообще.
Шансов, что он перерастёт в серьёзное противостояние немного, скорее, уже вполне привычно, он ограничится пограничным конфликтом, даже до ракетных ударов не дойдёт… попробуем объяснить, почему.
Тем не менее, сам конфликт уже чётко показывает новый тренд в мировой политике — обострение, поговорим и об этом.
Причины конфликта
Описать коротко все сложные хитросплетения местной истории едва ли возможно в паре предложений. Но придётся это как-то сделать.
AP Photo | Heng Sinith
Кхмеры (в будущем кампучийцы и камбоджийцы) имели сильную империю в западной, северной и центральной части Индокитая в 7−9 веках. Предки современных тайцев обитали на юге Китая (Юньнаньское нагорье), откуда подались дальше на юг, осваивая плодородные долины местных рек, слабо заселённые кхмерами и родственными им монами.
Камбоджийские монархи ценили воинственных тайцев — они, будучи вассалами, защищали северные рубежи империи. С ослаблением империи кхмеров тайцы начали строить своё государство, поэтому к 1238 году скинули власть кхмеров и создали державу Сукхотаи — она меняла много названий, но нам известна как Сиам, а с 1932 года это Таиланд. Тайцы создали свою империю, покорили много соседних территорий.
Сиам в период западной колонизации сохранил суверенитет и колонией не стал, в отличии от соседей — Камбоджа досталась французам, а Бирма (Мьянма) — британцам. Французы заставили Сиам (видимо, под давлением местных) передать несколько кхмерских провинций, особенно территорию древней столицы Кхмерской империи Ангкор и знаменитый храмовый комплекс Ангкор-Ват. В этом же «пакете» были переданы территории с храмом Прэахвихеа (в одноименной провинции Прэах-Вихеа) — именно из-за него сейчас весь сыр-бор.
Когда в 1953 году французы ушли, дав независимость Камбодже, Таиланд ввёл в спорные области войска, однако был обязан их вывести, согласно решению Международного суда в 1959 году. Потом к власти в Камбодже приходят «красные кхмеры» во главе с Пол Потом. Через провинцию Прэах-Вихеа в Тайланд ушли массы беженцев и вооружённых противников режима. Красные кхмеры захватили провинцию и разорили храм.
Вывод вьетнамских войск из Камбоджи в 1989 году, после десятилетия окупации страны и войны с «красными кхмерами»
southeastasiaglobe.com
В 1978—1979 в Камбоджу красных кхмеров вторглись вьетнамцы и зачистили страну. В пограничных провинциях укрылись недобитки полпотовцев, куролесившие там до 1990-х годов. Тайцы в свою очередь жестоко выгоняют камбоджийских беженцев обратно, насильно сбрасывая с обрывов и гоня через минные поля. На территории провинции долгое время царил хаос, а принадлежность и контроль были очень невнятными.
В 2008 году храмовый комплекс Прэахвихеа был включён в список Всемирного наследия Юнеско и Камбоджа с Таиландом вновь начали спорить из-за принадлежности территорий. В 2011 году начался пограничный конфликт — тайцы ввели войска, а в результате обстрелов храм пострадал. После трёхдневных боев с обеих сторон погибли 10 человек. Конфликт разрёшен не был, его заморозили.
Соотношение сил
И невооруженным глазом видно серьёзное превосходство Таиланда над Камбоджей в военном отношении.
Вооруженные силы Таиланда около 360 тысяч человек, из них 245 тысяч в сухопутных силах. Камбоджа располагает 125 тысяч и 85 тысяч в сухопутных силах — налицо троекратная уступка в численности живой силы на потенциальном поле боя. Что само по себе плохой знак для Камбоджи.
Тайская техника
VT-4 (MBT-3000)
Pinterest
Танковый кулак тайцев состоит из 28 (или 49, процесс закупок и поставок идёт) китайских экспортных танков VT-4, по характеристикам близких к нашему Т-90М. На данный момент тайцы планируют постепенно перейти на такую машину полностью, заменив пеструю солянку американских танков середины прошлого века. Ранее на эту роль претендовали украинские БМ Оплот, однако украинцы не смогли обеспечить стабильное качество военной техники в серийном производстве. Тем не менее, батальонный комплект (49 машин) «оплотов» есть, это даже больше? чем в ВСУ.
Остальное — около 200 американских танков М60 разных модификаций, 105 совсем старых послевоенных М48 Паттон III.
Пехота Таиланда использует БТР (или легкий колесный БМП) украинского производства БТР-3Е, достаточно высоко оцененные в ходе СВО, в том числе российскими военными. Таких 234 единицы, к ним добавим 430 американских старых БТР М113, и примерно аналогичные им китайские Тип 63 в 450 единиц. Вполне можно судить о слабой механизации тайской пехоты, относительно современных армий.
Артиллерия представлена 6 новыми французскими гаубицами CAESAR, и 20 не самых современных американских гаубиц М109А5, остальное 200 канадских буксируемых 155 мм гаубиц GC-45. К ним можно добавить 60 лёгких 130 мм, и 18 тяжёлых 302 мм китайских РСЗО (некоторые тайцы производят по лицензии).
Огонь из М109А5
thaimilitaryandasianregion.wordpress.com
С воздуха тайские войска поддержат 57 F-16 ранних модификаций, 37 устаревших американских истребителя F5, и более современные шведские истребители 4+ поколения Saab JAS 39 — 12 штук. Из ПВО в основном ПЗРК, ручные и на самоходных платформах, плюс пушечные комплексы советского, китайского и американского происхождения.
Камбоджийская техника
Вкратце можно сказать, что по оснащению камбоджийская армия — это армия СССР начала 1960-х, или китайская армия 1970-х. Основные танки Т-54/55 советского, китайского или восточноевропейского производства (500 машин). Мотопехота использует БМП-1 (200) и БТР-60ПБ (300), плюс другие аналогичные машины, включая и более старые. Артиллерия представлена советскими стволами послевоенного периода и их китайскими модификациями — 122, 130 и 152 мм (450) и РСЗО.
Камбоджийская пехота на фоне БТР-60ПБ
AP
Самые современные из которых БМ-21 Град (200), 125 их китайских и 50 чехословатских модернизаций. Встречаются пусковые советского послевоенного образца. Из новейших систем китайские сверхтяжёлые РСЗО, с возможностями высокоточного пуска (тактические ракетные системы) PHL-03.
Всю свою авиацию Камбоджа потеряла в ходе вьетнамского вторжения, после чего закупала на нужды армии транспортные самолёты и вертолёты. Противовоздушная оборона представлена устаревшими китайскими ПЗРК и пушечными/пулемётными установками.
Перспективы конфликта
Мы отчётливо можем судить, что «индо-пакистанского» сценария не будет. Основа огневых средств обеих сторон артиллерия, причём не самая современная. Оперативно-тактических ракетных систем, тем более ракет дальнего радиуса, у стран нет, глубоких ударов по военной инфраструктуре просто нечем наносить. Хотя у Таиланда есть в арсенале относительно современные ударные истребители, которые способны нанести такого рода урон, но их возможности ограничены.
Камбоджийцы заряжают пусковую чехословацкой РСЗО RM-70
AFP
В основном боевые действия будут представлять собой наземные столкновения с обильным применением артиллерии — это чревато большими потерями мирного населения и разрушениями в зоне непосредственных столкновений. Конечно, наверняка за последние годы обе стороны обеспокоились закупками современных дронов, в первую очередь они позволят получать подробные разведданные.
Но артиллерийские системы (кроме нескольких французских гаубиц у Таиланда) не оснащены современными автоматическими системами управления огнём (АСУНО), что не позволит оперативно наводить и точечно поражать цели снарядами по защищённым каналам передачи данных. Это будет артиллерийская война «больших батарей» с интенсивными обстрелами «по площадям» и высоким расходом боеприпасов, ну и «примерным» целеуказанием.
Наверняка обе стороны осознают это, что позволяет надеяться, что противостояние не выйдет за рамки пограничного конфликта, останется с применением стрелкового оружия, ограниченных артиллерийских ударов и усилением минно-инженерных заграждений. Обе армии недостаточно современны, особенно камбоджийская. В таких условиях наверняка стоит ожидать отсутствие надёжных приемо-передающих устройств, а с ними и дружественного огня, ошибочного целеуказания с ударами по мирным жителям.
Тайские военные инженеры перед миссией по поиску и обезвреживанию мин. Тайско-камбоджийская граница усеяна неучтенными минными полями.
AP
Камбоджа существенно уступает численно и качественно, по объективным параметрам все преимущества у Таиланда. Однако важно понимать, что местность на спорных территориях лесистая — те же «красные кхмеры» и иные повстанцы долго и успешно укрывались там. Реализовать преимущества на земле тайцам будет не так просто, что заставляет ожидать вялотекущего, но весьма кровопролитного противостояния.
Мировой контекст
Для обеих сторон это принципиальный конфликт, он идёт не просто за спорные территории, но ещё и ценные в историко-культурном смысле, хотя храм Прэахвихеа индуистский, а обе стороны почти полностью буддийские.
Усложняют ситуацию влиятельные военные лобби, считающие решение конфликта вопросом чести и военного престижа. В Таиланде 1 июля была отстранена премьер-министр страны Пхетхонгтхан Чинават, за звонок бывшему премьеру Камбоджи, где та жаловалась на давление военных, и выражала понимание камбоджийской стороне. Страна и так балансирует на грани военной диктатуры, что с одной стороны усугубляет политический кризис, а с другой стороны грозит эскалацией войны.
На фоне мировой нестабильности, страны всё более спокойно относятся к военным решениям старых противоречий. ООН уже слабо способно контролировать ситуацию, а «мировой полицейский» в лице США всё более безразлично относится к прежней роли, сосредотачиваясь на внутренних проблемах.
Dailynews
Отсутствие арбитров позволяет различным державам, претендующим на локальную гегемонию, перейти к активным действиям. Мы видим, что сейчас нет силы, способной надавить на обе стороны и привести к новой заморозке, хотя Трамп уже вмешался и уже есть сообщения о возможной встрече премьер-министров стран при возможном посредничестве США. Пока напряжение со вспышками боестолкновений продолжается.
Тем не менее, сама ситуация говорит о «нормализации войны» в современном мире и всё большей готовности решать проблемы таким путём. Тем более, что у мировых гегемонов может скоро не стать возможностей, да и желания, служить посредниками, пока в противостоянии не выявятся победители.
