Вы с легкостью могли бы принять Алека Харриса за шпиона или сбежавшего заключенного, если бы знали, сколько ухищрений он использует, чтобы его невозможно было найти. Почта, адресованная ему, приходит на другой адрес. Для покупок вещей онлайн он использует небольшое устройство, похожее на флешку, где хранятся его уникальные, длинные, случайные пароли, затем регистрируется на подписном сервисе, который позволяет открывать виртуальные дебетовые карты под любым количеством разных имен. На данный момент у Харриса 191 карта, каждая из которых привязана к отдельному поставщику, но все они связаны с одним и тем же банковским счётом. Это снижает риски на тот случай, если какой-либо поставщик будет взломан.
Кроме того, Харрис строго ограничил доступ к своим рабочим и личным номерам телефонов, привязав основной номер к 10 другим. У него есть «запасные» номера и номера для конкретных проектов, номер с кодом местного региона, который он выдаёт рабочим, приходящим к нему домой, специальный номер для двухфакторной аутентификации и номер из города, где он раньше жил. У него есть дополнительные номера, которые даже его операторы мобильной связи не могут связать с устройством благодаря специальной аппаратной модификации. Он также может открывать несколько сеансов браузера на телефоне, каждый из которых будет показывать другой IP-адрес, что ограничивает отслеживание и не позволяет веб-сайтам собирать информацию о нём.
В домашнем сейфе Харрис хранит предоплаченные анонимные дебетовые и подарочные карты, предоплаченные симки, телефоны для использования в Европе, сумку Фарадея (для защиты беспроводных устройств от взлома и отслеживания местоположения), запасной ноутбук и семейные паспорта. Он также носит с собой удостоверение личности размером с кошелёк, в котором, в отличие от водительских прав, не указан его адрес. При использовании Uber он указывает в качестве места посадки или высадки перекрёсток рядом со своим домом. Для доставки еды он может указать адрес случайного соседа, а после того, как заказ будет принят, написать водителю: «Ой, я неправильно ввёл адрес. Дайте мне знать, когда будете здесь, и я выбегу».
Харрис — генеральный директор HavenX, компании, которая предоставляет своим клиентам услуги по обеспечению конфиденциальности и безопасности. В 2023 году она отделилась от Halo, которая специализируется на обслуживании государственных клиентов. Клиенты HavenX обычно сталкиваются с серьёзными угрозами. Некоторые из них — знаменитости или сверхбогатые семьи. Другие — бизнесмены, и их интерес к этой компании возрос после убийства генерального директора UnitedHealthcare Брайана Томпсона в прошлом году. Недавняя утечка данных в Signal, в результате которой главный редактор этого журнала был ошибочно добавлен в групповой чат администрации Трампа, вызвала немало волнений в офисах. Многие клиенты HavenX — выходцы из мира криптовалют: некоторые быстро разбогатели и, поскольку не могут хранить свои криптовалюты в банке, оказались необычайно уязвимыми; некоторые управляют криптовалютными компаниями и считаются контролирующими доступ к цифровым активам других людей. Недавний бум на криптовалютном рынке вызвал волну похищений, в ходе которых отдельных владельцев криптовалют даже удерживали с целью получения выкупа или пытали, чтобы они отдали ключи от своих сбережений. Харрис сказал, что первый квартал этого года был самым загруженным для HavenX.
Многие компании, в том числе такие гиганты, как Kroll, занимаются вопросами безопасности, но HavenX заявляет о себе как о специализированной компании, решающей экзотические проблемы. Во время одной из наших бесед Харрис упомянул недавний случай, когда ему позвонил директор по информационной безопасности крупной компании, у которой была собственная разведгруппа. Директору звонили вымогатели, и разведгруппе удалось найти их номер телефона и связанный с ними аккаунт в соцсетях но личность установить не получилось. «Там, где заканчиваются возможности других, начинается то, что нам интересно», — говорит Харрис.
Его не очень волнуют вопросы собственной конфиденциальности, но он — как профессионал — интересуется скрытой жизнью и считает полезным иметь личный опыт применения методов, которые рекомендует клиентам. Он живет с женой и двумя сыновьями в богатом районе Вашингтона, в невзрачном доме, обшитом вагонкой, скрытом от глаз на улице с небольшим движением. Когда я приезжал сюда в начале года, двор был покрыт снегом, из которого торчали собачьи игрушки.
Харрис открыл дверь с приветливой улыбкой. Я смог найти его дом только потому, что он заранее сообщил мне адрес. Когда я поискал его имя в платной базе данных, где можно найти такую информацию, я увидел другие адреса, но не этот. После того как Харрис дал мне адрес, я нашёл только название трастового фонда. Кроме того, у Харриса нет собаки. Игрушки были для вида.
Из шкафа в своём кабинете Харрис достал стопку юридических документов и начал показывать мне, как он ведет двойную жизнь. Достижение анонимности в быту — непростой процесс. Когда он купил дом, он учредил трастовый фонд, доверительным управляющим которого стал его близкий друг; после покупки дома друг ушёл в отставку и назначил Харриса своим преемником. Почта, отправляемая сюда, в том числе почти ежедневные посылки от Amazon, приходит либо на имя траста, либо на какое-то другое имя.
Невероятно сложно жить конфиденциально, когда каждый из нас постоянно оставляет в сети свою информационную ДНК. Хорошо оснащённый шпион может воспроизвести содержимое экрана вашего ноутбука из соседнего гостиничного номера, даже если ваш компьютер не оснащён Wi-Fi или Bluetooth, путём обнаружения изменений в электромагнитном излучении. Пентагон протестировал инфракрасный лазер Jetson, который может определить вашу личность с расстояния 200 метров по уникальному сердечному ритму. Джефф Безос заявил, что его обманул наследный принц Саудовской Аравии, который якобы заразил телефон шпионским ПО через видео, прикреплённое к сообщению в WhatsApp.
Для большинства людей «большой брат» — это транснациональная корпорация, благодаря которой мы беспечно отказались от частной жизни за последние два десятилетия в обмен на такие удобства, как бесплатная электронная почта, суперкомпьютеры в карманах, доставка посылок день в день. Теперь мы живём в паноптикуме, состоящем из камер на дверных звонках, дорожных камер, камер Google Street View, полицейских камер, камер в телефонах, камер видеонаблюдения в магазинах и камер в «умных очках». Приложения и операторы мобильной связи могут определить не только то, в каком здании вы находитесь, но и на каком этаже, используя GPS вашего телефона и силу сигнала.
Большая часть этой информации продается практически мгновенно через автоматизированную теневую экономику брокеров, работающих с данными о местоположении. То же самое происходит с вашим поведением в таких магазинах, как Walmart, где невидимые Bluetooth-маячки фиксируют, перед какими товарами вы задерживаетесь. То же самое происходит с бесчисленными другими подробностями о вас, которые вы не хотите раскрывать.
Большинство из нас в ответ на все это пожмут плечами. В лучшем случае мы без особого энтузиазма согласимся с постом в LinkedIn «Пять вещей, которые вам нужно сделать прямо сейчас, чтобы защитить себя в интернете». Другие, в том числе Харрис и его клиенты, предприняли более радикальные шаги, сознательно или нет, опираясь на опыт бывшего полицейского по имени Майкл Баззелл. Именно у Баззелла Харрис научился создавать трасты и почерпнул идеи для паспортной карточки и игрушек для собак. На книжной полке в его домашнем кабинете, рядом с книгой «Ты не гаджет» Джейрона Ланье, лежит исчерпывающее руководство Баззелла по этому мрачному искусству XXI века: «Абсолютная конфиденциальность: что нужно, чтобы исчезнуть».
Баззелл — это что-то вроде реального Эда Гэлбрейта, персонажа «Во все тяжкие», известного как Исчезатель, который днём продаёт и чинит пылесосы, а ночью помогает людям начать новую жизнь и получить новые документы. В отличие от Гэлбрейта, который предлагал свои услуги беглецам, Баззелл консультировал законопослушных людей, которые хотели, чтобы их не нашли незнакомцы. Среди них были правительственные чиновники, которые сажали за решётку жестоких людей или подвергались онлайн-моббингу. Некоторые из них были артистами, которые хотели прославиться, но при этом сохранить душевное спокойствие. Другие были жертвами одержимых безумцев. Кто-то был опасно богат. А некоторые просто возражали против назойливого надзора со стороны капитализма.
Баззелл опубликовал несколько толстых томов своей «Библии конфиденциальности» и записал сотни эпизодов подкастов. Со временем у него появилась аудитория, которая была так же увлечена конфиденциальностью и восхищалась строгостью и креативностью, с которыми он подходил к этой теме. Выпуски его электронного журнала Unredacted, посвящённого экстремальной конфиденциальности, скачивались более 60 000 раз.
Затем, в сентябре 2023 года, все 300 с лишним выпусков его подкаста исчезли из интернета, а Майкл Баззелл пропал. Преданные поклонники предполагали, что он умер, был похищен, находится в иностранной тюрьме или у него нервный срыв. Два месяца спустя он опубликовал пост в блоге «Мой ирландский выход», в котором объяснил, что у него появилась возможность провести три месяца в качестве «самозванца» в мире богатых и знаменитых, с которыми он обычно сотрудничал, но держался на расстоянии. «Что дальше? Я не готов делиться этим и, возможно, никогда не расскажу об этом публично. У меня есть псевдонимы, подставная фирма и анонимный платёжный счёт».
В 2001 году Баззелл, полицейский из Иллинойса, ставший детективом по киберпреступлениям, пережил собственное пробуждение. Его расследование привело к аресту местного чиновника за домогательства к 14-летней девочке. Анонимные интернет-пользователи угрожали Баззеллу смертью, и он был потрясён, узнав, как легко найти его домашний адрес в интернете. Вскоре после этого, просматривая книги в библиотеке, он наткнулся на «Как стать невидимым», книгу миссионера по имени Дж. Дж. Луна. В 1960-х годах, когда правительство Франко в Испании преследовало протестантов, Луна был вынужден жить под прикрытием. Вернувшись в США в 1988 году, он решил сохранить свой приватный образ жизни и опубликовал книгу, в которой показал другим, как они могут сделать то же самое.
Баззелл решил применить на практике все методы, которые рекомендовала Луна. Со временем ученик превзошёл учителя и обновил многие методы обеспечения конфиденциальности, которые теперь считаются стандартными.
Какова цена «невидимости»? Чтобы сделать все правильно, отделив свое настоящее «я» от истории, которую вы накопили в корпоративных базах данных, требуется полная перезагрузка. Это означает либо стать кочевником, либо сменить дом и обеспечить конфиденциальность с первого же дня вашей новой жизни. Вы должны учитывать все, начиная с регистрации автомобиля и заканчивая подключением инженерных сетей в доме, а меры, необходимые для предотвращения оплошности, могут быть до смешного сложными. Перезагрузка — обычное дело в мире Баззелла. Алек Харрис тоже так сделал. Поскольку коммунальные службы хотят знать, кто будет оплачивать счета в конкретном доме, Харрис при подключении воды и газа предложил внести залог в размере 500 долларов и, чтобы убедить представителей службы поддержки не указывать его имя в счетах, заявил, что он управляющий недвижимостью по имени Том. «Владелец — псих, так что помогите мне», — сказал он техникам. «И они ответили: «Хорошо».
Покупка автомобиля сопряжена с особыми трудностями. Харрис сравнивает их с мобильными телефонами из-за того, как они собирают и передают информацию — в том числе о вашем местоположении и манере вождения. Баззелл предлагает в качестве обходного пути приобрести страховку для автопарка (предназначенную для компаний, владеющих автопарком), которую можно оформить через юридическое лицо, но этот подход дорогостоящий. Вместо этого Харрис последовал подробному сценарию, составленному Баззеллом: он позвонил дилеру и сказал, что хочет приехать на тест-драйв, затем в последнюю минуту отменил поездку, а потом снова позвонил, когда уже был у дилерского центра, и попытался уговорить продавца не проверять его удостоверение личности. «Они сказали: «Вы не сядете в машину, пока мы не проверим ваши водительские права», — вспоминает Харрис. «Моя попытка социальной инженерии ни к чему не привела». Он протянул им своё удостоверение. Чтобы купить машину, Харрис в итоге зарегистрировал её по другому адресу, но когда он спросил, можно ли отключить встроенный GPS, ему ответили, что без него машина не заведётся.
Рутинные дела тоже могут быть утомительными. Харрис вспомнил, как настраивал новый телевизор с Disney+ и ему пришлось удалить некоторые автоматически заполненные данные и заменить их своим замысловатым адресом электронной почты, а затем ввести один из очень длинных паролей, но ошибиться в одном символе и начать заново — и всё это в то время, когда его маленькие дети начинали нервничать. «И вот сидят рядом с тобой два ребёнка и твердят: «Мы хотим посмотреть «Мулан», — смеется он. — Вот цена, которую ты платишь».
Иногда цена бывает буквальной. Ни одна из покупок, которые Харрис совершает через Privacy.com, не приносит ему баллов по кредитной карте. У него есть Amazon Prime, но он не может воспользоваться скидкой в Whole Foods, потому что не хочет использовать их методы верификации. Могут быть и более серьёзные финансовые последствия. «Мой кредитный рейтинг снизился. Получить кредит будет сложно. В некоторых базах данных потребителей я указан как умерший».
Харрис также пожертвовал удобством. Некоторые альтернативные технологии, которые он использует, например, поисковая система DuckDuckGo, не всегда так эффективны, как общепринятые инструменты. Кроме того, возникают логистические трудности. Однажды в аэропорту Даллес по пути на свадьбу в Торонто его не пропустили через пункт досмотра, потому что его паспортная карточка была действительна для въезда в Канаду по суше и не подходила для международных авиаперелетов. Ему пришлось поменять билеты для всей семьи и вернуться домой за другим документом.
Если вы стремитесь к конфиденциальности, вы не можете потакать своим повседневным антисоциальным наклонностям и нарываться на конфликты. Представьте, говорит Харрис, что вы проделали всю эту работу, а потом попали в аварию. Если вы начнёте кричать на другого водителя, а о происшествии сообщат в страховую компанию и подключится адвокат истца, вас могут вызвать в суд для предъявления документов и в целом будут изучать вашу жизнь. Вместо этого нужно просто сказать: «Прости, приятель, давай разберёмся со всем этим сами».
Надежная конфиденциальность — это роскошь. Богатый человек может арендовать дополнительную квартиру только для того, чтобы использовать ее в качестве почтового адреса; большинство из нас не может себе этого позволить. Базовый тариф HavenX может стоить пару тысяч долларов в месяц, «но он может очень быстро вырасти до десятков тысяч в месяц». Когда я спросил, какие услуги могут стоить так дорого, Харрис упомянул людей, которым нужен круглосуточный мониторинг даркнета в поисках определённой информации.
Другие, у кого меньше ресурсов, могут пожертвовать нормальной жизнью. Джеймсон Лопп — инженер-программист и сторонник биткоина, жил в Дареме, штат Северная Каролина, когда в 2017 году в местную полицию позвонил человек и сообщил, что он только что убил кого-то по адресу Лоппа, держит заложников и заминировал входную дверь. Вскоре дом Лоппа окружили десятки полицейских с винтовками. Он стал жертвой «сваттинга» — опасной мистификации, при которой ложное сообщение вызывает реакцию правоохранительных органов, направленную на конкретный адрес. После этого Лопп решил, что не допустит повторения подобного. В течение следующих нескольких лет он, по его собственным оценкам, потратил более 100 000 долларов на то, чтобы фактически исчезнуть, вплоть до того, что снял квартиру-обманку и нанял частных детективов, чтобы они попытались его найти.
Теперь он занимается безопасностью в Casa, компании, которую предлагает безопасное хранение цифровых активов. Даже члены его семьи не знают его точного адреса; если они приезжают в гости, он встречает их в другом месте. Соседи знают его под другим именем. «Большая часть того, что я делаю, — это ложь, — говорил Лопп, — и я думаю, что это то, о чём многие защитники конфиденциальности на самом деле не говорят. Если вы действительно хотите быть конфиденциальным, вам придется научиться лгать. Вы должны воспринимать это как инструмент для защиты».
Жена Алека присоединилась к нам в перерыве между встречами в Zoom, и мы заговорили о том, как растить семью в условиях конфиденциальности. Алек приучил Эллин к соблюдению конфиденциальности, начав с менеджера паролей. «Я помню, как сидела с ним на диване в нашей старой квартире, — сказала она, — и думала: «Это кажется очень сложным. Я не знаю, хочу ли я этим заниматься». Я просто хочу, чтобы всё было написано одним и тем же словом с одними и теми же цифрами, и я ставлю восклицательный знак в конце, чтобы быть уникальной; никто никогда не узнает. И я написала первую букву с заглавной, так что всё в порядке».
Но потом Алек раздобыл для неё несколько скрытых телефонных номеров. «Я даже не думала об этом, — вспоминает она. — Это был просто способ привнести в мою жизнь немного уединения». Теперь жить уединённо уже не кажется ей чем-то особенным, и она начала ценить сопутствующую этому эмоциональную безопасность.
«К этому просто нужно привыкнуть, — продолжает Эллин. — Пользоваться инструментами, которые поначалу кажутся громоздкими, например, блокировщиком паролей, становится проще, чем не пользоваться ими. В психологии есть такое понятие, как выученная фобия: когда вы достаточно часто наблюдаете за кем-то, кто боится летать, вы можете перенять этот страх. Значит, паранойя Алека стала моей».
Рабочим, приходившим в дом, она начала представляться только своим вторым именем, Лесли, но однажды Джеймс, старший из их сыновей, сказал: «Это не твоё имя».
С детьми соблюдать невидимость сложнее. Чтобы зарегистрироваться в местной государственной школе, где требовалось подтверждение места жительства, Алек встретился с директором по приёму учащихся, имея на руках документы о доверии. «Она давно работала на этой должности, — вспоминал Алек. — Она сказала: «Это впервые». Она была очень милой». В конце концов он показал школе, где живёт его семья, и школа согласилась не указывать домашний адрес в школьном каталоге.
Пока что сыновья Харриса достаточно малы, чтобы их больше интересовало, есть ли в посылке «Лего», чем то, что она адресована трастовому фонду с необычным названием.
«Я думаю, наш старший сын до сих пор считает, что Алек — охранник», — смеется Эллин.
В мире, где слежка почти неизбежна, желание исчезнуть понятно. Но постоянные, всё более изощрённые усилия кажутся сизифовым трудом. И Алек сказал бы, что даже его подход, который он описал как «экстремальный», — это лишь полумера.
Сообщение Как исчезнуть: кому нужны консультанты по невидимости появились сначала на Идеономика – Умные о главном.
