Представьте себе: вы стоите на кассе в продуктовом магазине, а перед вами в тележке сидит ребенок и мусолит маленькую игрушку. Крошечные ручки разжимаются, и малыш роняет ее, но вместо того, чтобы заплакать, он смотрит на вас большими круглыми глазами, широко улыбается и звонко смеется, а затем протягивает пухлую ручку, чтобы помахать вам. Ваше настроение улучшается мгновенно, вы чувствуете радость и симпатию, возможно, даже хочется подойти и по-доброму пожать эту ручку. Может, вы даже скажете что-то вроде: «Агу». У вас появится особенное выражение лица: вы улыбнетесь, а брови поднимутся домиком. Заметив вашу реакцию, остальные в очереди тоже посмотрят на тележку, и вот вы уже стоите с одинаковыми лицами.
Очаровательный малыш, вызывающий такую реакцию, воплощает в себе то, что зоолог Конрад Лоренц в 1971 году назвал Kindchenschema, «концепцией младенца», — набор физических черт, которые свидетельствуют о юности и миловидности. Концепция младенца включает в себя такие черты, как большие глаза, круглое лицо и короткие конечности, которые часто приводят к плохой координации и неуклюжести. Она характерна как для человеческих младенцев, так и для многих животных, и обладает почти магнетической силой притяжения.
Кого из нас не привлекала прелесть щенка, спотыкающегося о собственные ноги, или малыша, с восторгом ковыляющего к родителям? Увлечение миловидностью распространяется на весь человеческий род. Во всем мире люди любуются этими очаровательными чертами. Если вы посетите токийский квартал Харадзюку, то окажетесь в мире «кавайи», культуры миловидности. Вереницы магазинов, наполненных разноцветными миниатюрными персонажами с детскими чертами, разбавлены кафе, где можно поиграть с живыми маленькими животными.
Своеобразная реакция человека на миловидность начинается с восприятия определенных людей, животных и вещей. Исследования показали, что у людей есть особый способ реагирования на «милашек», который отличается от того, как они реагируют на стимулы, ассоциирующиеся со взрослыми чертами. Реакция включает в себя переключение внимания и положительные эмоциональные переживания, направленные на милый объект (например, ребенка, щенка, котенка). Помимо этого, есть множество доказательств того, что созерцание милых лиц связано с различными неврологическими и физиологическими изменениями. Например, реакция на миловидность активирует структуры вознаграждения в мозге. Она также вызывает желание заботиться и защищать. Представьте, например, что ребенок в коляске отстегнулся и вот-вот вывалится головой вперед на пол. Вы, вероятно, почувствуете сильное желание принять меры и защитить его от падения. В совокупности полученные данные позволяют предположить, что реакция на миловидность связана с желанием проявить заботу и почувствовать удовлетворение от возможности сделать это.
Это не значит, что ухаживать за младенцами легко. Спросите родителя малыша, и вы, скорее всего, услышите что-то вроде: «Я все время измотана, мне кажется, что я не вывожу, это так тяжело. Но я счастлива как никогда, и, взглянув на чудесное личико моего ребенка, я понимаю, что не променяю его ни на что на свете». Родительская любовь берет верх над усталостью, разочарованием и всеми многочисленными проблемами, которые возникают при уходе за маленькими детьми. Это положительное эмоциональное состояние вызывает желание заботиться о ребенке: кормить, менять подгузники, убирать за ним, укачивать его, чтобы он заснул посреди ночи. Более того, тяга к заботе распространяется не только на родителей. Бабушки и дедушки, тети и дяди или близкие друзья могут описать аналогичный опыт желания помочь в уходе за малышом.
В глубине этой заботы лежит концепция Лоренца и человеческая реакция на нее, которую я и другие исследователи продолжаем изучать. По мере того как ребенок вырастает и проявляет все меньше характерных черт, любовь семьи может оставаться безусловной, но сильная эмоциональная реакция, вызывающая желание постоянно заботиться, исчезает. Миловидность обеспечивает безопасность и заботу о маленьких детях и животных.
С эволюционной точки зрения это очень важно. Для многих видов, в том числе и для человека, новорожденные уязвимы и нуждаются в заботе и защите в окружающей среде за пределами материнской утробы. Если такой заботы и защиты не будет, новорожденный не выживет. Если такая картина наблюдается у всего вида, то и сам вид исчезнет. Однако забота и защита новорожденных — это обременительно и затратно (финансово, безусловно, но также физически и психологически). Таким образом, наличие механизма, который заставляет людей брать на себя это бремя, полезно не только для новорожденного, но и для вида в целом. Концепция младенца и связанные с ней неврологические и эмоциональные реакции на эту миловидность — именно такой механизм. Нас привлекает миловидность не только потому, что благодаря ей мы чувствуем себя хорошо. Она вызывает у нас приятные ощущения, потому что стимул заботы о самых маленьких и уязвимых полезен эволюционно.
Как и в случае со многими другими эмоциональными реакциями, полезно уметь выразить отклик на миловидность. Для некоторых эмоций наличие узнаваемых экспрессивных проявлений, не требующих слов, например, характерное выражение лица, язык тела или голосовые интонации, является важным способом информировать зрителей о текущем состоянии человека и о том, как окружающим следует реагировать. Не все эмоциональные реакции сопровождаются особенным невербальным экспрессивным ответом (вспомните, например, благодарность). Однако считается, что те эмоциональные реакции, которые сопровождаются узнаваемыми выражениями лица, направлены на удовлетворение важных потребностей.
Пронзительный крик и широко раскрытые глаза говорят о страхе и о том, что человеку угрожает опасность. Если кто-то из посторонних увидит такое выражение, он может прийти на помощь человеку, находящемуся в опасности, или оглядеться по сторонам, чтобы ее избежать. Хмурый взгляд и низкий рычащий тон передают гнев. Распознав, что кто-то злится и может попытаться причинить вред окружающим, наблюдатель может попытаться избежать разгневанного человека или загладить свою вину, если причиной гнева стал он. Улыбка и смех говорят о том, что человек веселится или испытывает радость, поэтому зритель может подойти к нему, чтобы разделить его веселье.
Также люди сообщают о том, что они эмоционально реагируют на миловидность, с помощью выражения лица и голосовых интонаций. Общаясь с младенцами или детенышами животных, люди часто говорят с высокой мелодичной интонацией, известной как «родительской». А в недавнем исследовании мы с коллегами доказали, что существует типичное выражение лица, которое люди демонстрируют, реагируя на милые объекты. Это выражение, которое уже отмечалось в сценарии с ребенком в магазине, состоит из искренней улыбки и поднятых бровей.
Такое выражение не только отражает реакцию одного человека на что-то милое, но и легко распознается другими людьми. Это узнавание наблюдалось в группах с разным языковым и этническим происхождением (например, среди участников из США и Китая, а также сирийских беженцев). Полученные данные свидетельствуют о том, что и реакция, и способность распознать ее имеют адаптивную ценность для людей. В противном случае нам не нужно было бы иметь такое выражение или распознавать его в разных культурах.
Итак, для чего нам узнавать особое выражение лица у других? Что люди сообщают зрителям, когда заметно (и слышно) реагируют на миловидность подобным образом? Хотя для полного ответа на эти вопросы необходимо провести дополнительные исследования, есть несколько вариантов.
Во-первых, проявление миловидности может напрямую сигнализировать ребенку о том, что вы безопасны и готовы оказать ему помощь. Когда маленький ребенок находится в беде или в незнакомой обстановке, которая может привести к беде, он будет искать помощи (например, потянется к родителям, схватит любимую игрушку). Говоря с ребенком в мягкой, успокаивающей манере и демонстрируя соответствующее выражение лица, вы непроизвольно сообщаете, что у вас есть желание заботиться и защищать его.
Выражение реакции на миловидность также служит сигналом для других взрослых, что рядом находится милое, уязвимое существо, о котором нужно позаботиться. Это может побудить зрителей подойти ближе, чтобы при необходимости помочь в уходе. Выражение лица может частично сигнализировать другим взрослым о том, что мы просим помощи в уходе, или о том, что мы не желаем ребенку зла и нам можно доверить его безопасность. В древности люди и некоторые другие виды млекопитающих были склонны к общинной заботе о потомстве. В частности, самки, заботясь в первую очередь о собственном потомстве, жили в сплоченных сообществах, построенных на взаимном сотрудничестве, которое было направлено на обеспечение безопасности и благополучия всех детенышей. Таким образом, возможно, реакция на миловидность издавна сообщала, что человек является частью сообщества и готов помочь в заботе о маленьких и уязвимых.
Какова бы ни была его главная функция, очевидно, что эта реакция сигнализирует о чем-то ценном. На поверхностном уровне кажется, что увидеть что-то милое и отреагировать — это просто забава. Миловидность приятна и симпатична, она отвлекает нас от более серьезных вещей, поднимает настроение. Но на деле происходит гораздо больше. Миловидность отвлекает от более серьезных вещей, потому что мы подсознательно понимаем важность заботы о ком-то милом. Она может привести нас в хорошее настроение, и мы захотим общаться с ней, несмотря на возможные трудности. Мы сигнализируем другим, что реагируем на миловидность, потому что она обладает адаптивной ценностью и важна для нас. Миловидность может быть забавной, но это совсем не мелочь, а важный эволюционный механизм.
Сообщение Эволюционная сила притяжения: как миловидность управляет эмоциями и поведением появились сначала на Идеономика – Умные о главном.
