Насколько оправданы слухи о наступлении российских сил в Харьковской области? Нужен ли России Харьков и насколько он неприступен для штурма?
На повестке военкоров по обеим сторонам стоит Харьков, а точнее потенциал его потери для одних и овладения для других.
В украинском сегменте с начала весны тиражируются опасения о грядущей «битве за Харьков». Российская информационная среда подобные гипотезы озвучивает редко, да и существенных поводов для этого пока нет.
Конкретных подтверждений со стороны военных верхов и быть не может, так как конфликт продолжается и оперативную информацию просто никто не выдаст не в те руки, даже если они предельно лояльны.
Поэтому мы ~~погадаем на кофейной гуще~~ проведём краткую аналитику по открытым источникам и с примерами из недавнего и сравнительно давнего прошлого. Сегодня поговорим о том, может ли состояться «штурм Харькова», нужен ли он, в какие сроки это могло бы произойти.
Работа 120 мм миномёта по позициям ВСУ
РИА Новости / Алексей Майшев
Оперативная обстановка
Вооружённые силы РФ оставили занятые в начале СВО территории в Черниговской, Сумской и большей части Харьковской областях ещё в 2022 году. Это, конечно, не превратило Харьков в далёкий тыл — он остался важным логистическим узлом ВСУ и элементом инфраструктуры двойного назначения.
Кроме всего прочего, Харьковская область граничит с областью Белгородской — именно из неё проникают диверсионные группы для своих акций на российской территории, и с неё же не прекращаются обстрелы белгородчины, в том числе и из тяжёлых вооружений: РСЗО и артиллерии крупных калибров.
Действующие на Луганском направлении войска в основном упираются в реку Оскол, а далее за ней до пригородов Харькова остаётся свыше 80 км. Для текущего этапа конфликта это весьма солидное расстояние. Да, доступное для дальнобойных высокоточных вооружений, но не для продвижения сухопутных сил.
Положение Харькова и общая оперативно-стратегическая ситуация на востоке Украины
Mash
Куда ближе Харьков со стороны государственной границы в Белгородской области, а именно 25-30 км. Однако для этого сценария необходимо создание нового оперативного направления и серьёзной группировки на нём. Ведь потенциально взятие Харькова — это не буквальный марш колонн бронетехники в сторону города, а масштабная операция на широком фронте, который по меньшей мере охватит весь север Харьковской области.
Ключевыми узлами будут населённые пункты — Волчанск, Золочев, Богодухов. Для сравнения: Волчанск и Богодухов по площади почти двукратно больше чем Бахмут. Кроме всего прочего, ландшафт достаточно изрезан реками, особенно крупная водная преграда — река Северский Донец к востоку от Харькова.
Большая ширина фронта обусловлена характером современных боевых действий в конвенциональном формате — широкий фронт позволяет избегать контрударов противника с риском захвата собственных войск в клещи или окружения. К тому же крупная группировка требует сложной и объёмной логистики — нужно контролировать большое число транспортных узлов, а это, как правило, небольшие города или крупные посёлки.
РИА Новости/Виктор Антонюк
Потенциальная операция будет предполагать постепенное продвижение с севера Харьковской области, охват города, последующее окружение. Всё это будет сопровождаться штурмом крупных населённых пунктов и их последующей зачисткой. А далее последует длительная осада, по сценарию близкая к мариупольской осаде, но в большем масштабе, гораздо большем.
Как подобное происходило раньше
В годы Второй мировой войны бои за крупные города были частью крупных оперативно-стратегических операций, что было неизбежно, когда операции могли доходить до сотни и более километров в глубину и пары сотен в ширину. Часто стратегические операции получали свои названия от крупных городов — Сталинградская битва, битва за Берлин и тому подобное.
У обывателя может сложиться представление, что раз битва за город, значит и проходила она в этом городе и его окрестностях. На самом деле операции были куда масштабнее, ведь существовал фронт, а это десятки дивизий на отдельных его участках, чьи позиции растягивались вдоль меняющегося ландшафта, изрезанного реками, лесами, болотами и с перепадами высот.
Уличные бои за Кёнигсберг
РИА Новости/Дмитрий Чернов
Города в таких условиях представляют собой оперативную ценность, так как через них проходят железные дороги, шоссейные дороги, мосты, в них расположены энергетические и промышленные объекты — для военных на войне это самое важное.
Сам факт освобождения или захвата крупного населённого пункта имеет значение скорее политическое, или идеологическое — военным возня с десятками/сотнями тысяч мирных жителей, от которых мало толку в боевых действиях, но важно беречь, скорее мешает.
Захваченный населённый пункт автоматически означает контроль над некоторой территорией, а противоположная сторона вынуждена отступать. Просто так удерживать леса, луга и болота без опоры на логистически удобный транспортный узел — бессмысленно. Для обеспечения боевых действий каждый день курсируют грузовики, ж/д эшелоны и прочий транспорт. Возят боеприпасы, провизию, подкрепления, забирают раненных и пленных. Как только эта поддержка прекратится, солдатам придётся рассчитывать на то, что останется в разгрузочных жилетах и рюкзаках.
Одновременно город — это очень удобный для обороны и самый сложный для штурма объект военного значения. Застройка позволяет пехоте укрываться от огня другой стороны, поэтому потребуется концентрировать гораздо больше огневой мощи для борьбы с ней, в сравнении с открытой местностью.
На завершающем этапе Второй мировой верхушка Третьего рейха не нашла иного пути задержать наступающие с двух фронтов силы союзников, кроме создания «фестунгов» или городов-крепостей. Таким образом немцы продолжали удерживать города, даже когда они были уже в охвате или даже в окружении.
Заблаговременно подвалы домов забивались оружием, боеприпасами и медикаментами. Улицы перекрывались баррикадами или инженерными заграждениями. Огромная часть застройки минировалась. Создавались огневые позиции, позволявшие контролировать улицы и перекрёстки горстке солдат с пулемётом и расчётом орудия. Застройка заполнялась снайперами.
Штурмующие таким образом попадали в кромешный ад — риск попасть в огневой мешок на каждом шагу, точные выстрелы снайперов, внезапные засады, подрывы поддерживающей бронетехники на минах или от засад гранатомётчиков. Именно в штурмах «фестунгов» ковалась почти вся теоретическая база тактики городского боя, которая с дополнениями актуальна и по сей день.
Актуальной она была и вовремя длительной осады и штурма Мариуполя, который стал самым большим городом взятым боем в ходе СВО на данный момент. По оценкам экспертов, на три месяца осады города была сосредоточена группировка до 20 000 бойцов на пике боестолкновений, а также сотни единиц бронетехники + авиация.
На улицах Мариуполя, 2022 год
РИА Новости/Максим Блинов
Перспективы взятия Харькова
Таким образом, вполне очевидно, что для занятия Харькова сначала потребуется по меньшей мере взять под контроль свыше 6 тысяч квадратных километров новой территории на севере Харьковской области. И не просто взять, а зачистить от украинских военных, которые постараются превратить в «фестунги» любые населённые пункты.
Да, сегодня, с учётом использования мощного высокоточного оружия, скапливать силы в населённых пунктах себе дороже — всегда понятно, куда бить, и в ход могут пойти оперативно-тактические и крылатые ракеты, а ещё и сверхтяжёлые бомбы с корректирующим модулем типа ФАБ-500 и ФАБ-1500. Однако это работает в условиях, когда мирное население эвакуируется из города. А что, если в городе площадью в 350 квадратных километров его останется в количестве сотен тысяч человек?
К тому же в Харькове полно промышленных объектов, ещё в советские годы спроектированные и построенные с учётом потенциальной войны (в Мариуполе ядром обороны служили мощные корпуса Азовстали, в Харькове таких объектов больше). Наконец, это город со своим метрополитеном, который сам по себе огромный бункер.
Reuters
Израильскому Цахалу стоило огромного труда воевать с Хамас в Секторе Газа, который опирался на подземные туннели. Представьте себе, что можно реализовывать в городе с метрополитеном — это и огромные площади под хранение боеприпасов, и закрытые туннели для перемещения крупных сил скрытно почти по всему городу. Всё это малодоступно для обнаружения и поражения.
Путь к Харькову может включать в себя «несколько Авдеевок» и как минимум «один Бахмут» в лице Волчанска.
Да, конечно, и Авдеевка и Бахмут имели большое количество укреплений, однако после провального опыта наступления ВСУ на юге новый главком Сырский занят строительством «линии Сырского» в подконтрольных областях, близких к линии соприкосновения, а также на российской границе.
Большой проблемой видится и сам штурм Харькова. Город в 2,5 раза больше Мариуполя, в 7 раз больше Бахмута и в 11 раз больше Авдеевки. Только для его штурма, в зависимости от того, какой силы в нём будет украинский гарнизон, потребуется несколько десятков тысяч человек личного состава. А ещё нужно, как вы прочитали чуть выше, контролировать огромный периметр вокруг.
Alexander Nemenov/AFP/Getty Images
Итого для подобной операции может потребоваться группировка численностью более 100 тысяч человек, и это как минимум. Западные эксперты оценивают необходимую для операции группировку в 300 тысяч. И это не считая танков, артиллерии, авиации и миллионов снарядов, бомб, дронов различного назначения, для ведения боёв.
Никакая секретность не может скрыть сосредоточение группировки подобного масштаба. А на сегодня признаков её не наблюдается. С другой стороны, многие склонны видеть в наращивании российских ракетных ударов по харьковской энергетической инфраструктуре подготовку к возможному наступлению.
Конечно, в условиях, когда замораживаются финансовые вливания в Украину и задерживаются поставки оружия и боеприпасов, боеспособность ВСУ не сможет оставаться на том же уровне. Не говоря уже про самих солдат, измотанных двухлетними боевыми действиями, и сложностями с мобилизацией. На фоне такой ситуации многие пессимистичные эксперты с украинской стороны грозят перспективой обрушения фронта. И в такой ситуации задача взятия Харькова выглядит более реалистичной.
Гораздо вероятнее, что Харьков превратят в «санитарную зону», создание которой станет одним из ключевых пунктов ожидаемых мирных переговоров.
