Если сравнивать себя с коллегами, насколько вы компетентны? Когда психологи задают этот вопрос командам, то обнаруживают интересную закономерность. Если люди действительно реалистично оценивают свои способности, то, очевидно, должны считать, что их уровень где-то посередине. Вместо этого психологи неоднократно обнаруживали, что самооценка многих завышена. На самом деле, и суперзвезды, и неудачники склонны считать себя лучше, чем есть на самом деле.
Этот эффект является одним из примеров позитивной иллюзии: когнитивного предубеждения, которое заставляет вас чувствовать себя более компетентным, более благополучным, более удачливым и более добрым, чем есть на самом деле. Позитивные иллюзии кажутся многим людям интуитивно понятными и разумными. Некоторые ученые утверждают, что это является залогом выживания нашего вида.
Конечно, некоторые люди не испытывают позитивных иллюзий и имеют более реалистичную самооценку. К сожалению, такая самооценка может заставить их чувствовать себя менее адекватно, когда они сравнивают себя со многими другими людьми, у которых самооценка очень высока. Такие сравнения могут быть важной причиной синдрома самозванца — подозрения, что человек не заслуживает своих достижений. Другими словами, синдром самозванца может быть темной стороной общепринятой нормы, направленной на позитивное отношение к себе.
Но в этом разговоре есть важная оговорка: имеющиеся данные основаны почти полностью на небольшой части человечества, называемой западными людьми. Если позитивные иллюзии действительно важны для нашего вида, то можно предположить, что они должны быть универсальными. Но исследования свидетельствует об обратном.
В начале 1990-х, мы с коллегами начали проект «Культура и я», в рамках которого исследовали, как самоидентичность может различаться в разных культурах. Мы не нашли убедительных доказательств эффекта «лучше, чем в среднем» или других позитивных иллюзий в Восточной Азии. Например, в Японии, когда студентов университета спрашивали, какая доля сверстников превосходит их по различным характеристикам и способностям, средняя оценка составляла около 50%.
В новейшей области исследований — нейробиологии культуры — мы обнаружили, что нейронные связи, поддерживающие позитивные иллюзии, отсутствуют в определенных сообществах. Другими словами, закономерность, которую большинство психологов считали универсальной для человека, на самом деле является продуктом культуры.
Подавляющее большинство психологической базы данных поступает из так называемых WEIRD (западных, образованных, промышленно развитых, богатых и демократических) обществ. Большинство ученых в психологии и других академических областях имеют соответствующее этим критериям культурное происхождение. Поэтому распространенное мнение о том, что позитивные иллюзии являются универсальной человеческой чертой, основано на искаженных исследованиях.
Чтобы выйти за рамки этой странной культурной концепции, я и мои коллеги сравнили ответы жителей Запада и Восточной Азии на вопросы о самоидентификации. В одном исследовании, опубликованном в прошлом году в журнале Общая экспериментальная психология, американские и тайваньские участники оценивали, насколько хорошо или плохо они будут чувствовать себя, столкнувшись с успехом или неудачей. Американцы сообщили, что они будут больше радоваться успеху, чем расстроятся неудаче. В то же время тайваньские участники не продемонстрировали подобной позитивной иллюзии: они сообщили, что в случае неудачи будут чувствовать себя хуже, чем в случае успеха. Такая реакция тайваньских участников может отражать другую психологическую тенденцию, называемую предвзятостью негатива, при которой негативные события обычно оказывают гораздо более сильное эмоциональное воздействие, чем позитивные.
Затем мы продвинулись в результатах исследования, проследив за мозговой активностью людей, когда они выносили эти суждения. В частности, мы рассмотрели величину «альфа-волны», паттерна активности, который появляется, когда ум человека блуждает и размышляет о внутреннем мире. Мы наблюдали альфа-эффект, когда американцы думали о себе в течение доли секунды после того, как узнали, что с ними произошло что-то хорошее. Это первое внимание предсказывало величину их позитивных иллюзий. Тайваньские участники не демонстрировали подобную картину, когда думали об успехе или неудаче, произошедших с ними самими, и не показывали признаков наличия позитивных иллюзий, как упоминалось выше.
В Восточной Азии в культурном отношении ценится скромность. По этой причине некоторые западные психологи пытались объяснить отсутствие позитивных иллюзий тем, что жители Восточной Азии маскируют свои истинные чувства, чтобы не показаться слишком самодовольными. Но наши данные показывают, что это объяснение неточно. Например, мы не увидели никакой дополнительной активности мозга, которая была бы связана с попыткой скрыть свои истинные чувства у тайваньцев, участвовавших в нашем исследовании.
Напротив, западные люди делают дополнительный шаг, чтобы усилить свои хорошие чувства, когда с ними происходит что-то хорошее. Они спонтанно усиливают хорошие чувства к себе при помощи автоматической нейронной реакции. Это происходит в течение доли секунды, без видимых усилий, не говоря уже о каком-либо обдумывании или сознательной разработке стратегии. Такая реакция может показаться естественной и неизбежной, но это не так. Вместо этого реакция является культурной, сформировавшейся в результате многолетней социализации. Мозг интенсивно тренируется вырабатывать такую реакцию, потому что она поддерживает установки, которые помогают человеку вписаться в культуру индивидуализма, где ценными являются самоутверждение и инициатива. Жители Восточной Азии не проявляют такой спонтанной или автоматической реакции. Казалось бы, они более восприимчивы к различным событиям, поскольку эти события происходят с ними. Другие наши исследования показали, что в то время как самооценка влияет на здоровье на Западе, она не имеет таких последствий в восточноазиатских обществах.
Рассматривая эти результаты, важно отметить, что выводы о целой культуре или сообществе имеют свои нюансы. Внутри одной группы могут быть большие различия между отдельными людьми. Как уже упоминалось ранее, некоторые люди на Западе испытывают синдром самозванца, что может стать серьезной проблемой, учитывая, что в этой культуре сильный нормативный акцент делается на позитивном отношении к себе. Этот пример демонстрирует, почему мы не можем считать, что каждый западный или восточноазиатский человек будет следовать установленной модели поведения. Но в широком смысле, когда мы видим подобные тенденции в наших исследованиях, у нас есть возможность узнать больше о том, как культура формирует мозг и поведение.
Вероятно, культурные особенности в положительных иллюзиях являются одним из примеров более широких культурных различий в том, как интерпретируется самооценка. В западных обществах принято считать, что самоидентичность является независимой. Следовательно, люди мотивированы на то, чтобы чувствовать себя хорошо. Они прилагают все усилия, чтобы подчеркнуть свою компетентность и уникальность. Однако во многих культурах за пределами Запада люди считают себя взаимозависимыми и включенными в социальные отношения. Они чувствуют себя защищенными, когда связаны с большим сообществом. С точки зрения этой культуры, нет необходимости чувствовать себя особенно хорошо в отношении своего независимого, индивидуального «я».
Эти различия служат основой для всевозможных недоразумений. С точки зрения Запада, жители Восточной Азии могут показаться чрезмерно вежливыми в своем внимании к социальным связям или отстраненными или даже подавленными, неадаптированными в вопросах самопродвижения и инициативы. Однако данные показывают, что жители Восточной Азии реагируют на события естественно и реалистично, без лишних раздумий. С точки зрения Восточной Азии, западная тенденция к усилению хороших чувств о себе может показаться бесполезной, ненужной или даже детской, поскольку она показывает, что человек не способен оценить себя в связи с другими. Данные свидетельствуют о том, что жители Запада усиливают позитивные чувства о себе, потому что это помогает им адаптироваться к своей культуре. В целом, применяя подход нейробиологии культуры, мы можем держать в узде культурные предубеждения и предвзятость, тем самым делая науку менее этноцентричной.
Если рассматривать этот вопрос шире, то данные показывают силу культуры. Люди — единственные животные, которые выжили благодаря созданию и использованию различных условностей, практик, значений и социальных институтов. Эволюция этих вещей, обобщенно называемых «культурой» ускорилась, особенно за последние 10 000 лет, сформировав сегодня несколько основных культурных зон. Эти зоны сильно различаются, и культурные различия в позитивных иллюзиях — это единичный, хотя и важный, пример более обширного процесса, влияющего на то, как культура формирует способы думать, чувствовать и действовать. Мы знаем, что такое культура. Однако мы недооцениваем ее силу, формирующую сознание.
Сообщение Нейробиология культуры: роль самооценки преувеличена? появились сначала на Идеономика – Умные о главном.
