Семья львов спит в полдень прямо на дороге в Южно-Африканском национальном парке Крюгера. Рядом на поле для гольфа львица пьет воду из пруда, а пятнистые гиены и африканские дикие собаки устроили возню на траве. На другом конце света стадо диких коз пирует на ухоженных газонах и живых изгородях валлийского города. А в Калифорнии черные медведи бродят по пустым кемпингам. Поскольку во время пандемии коронавируса многие люди сидят дома, эти и другие животные приспосабливаются к миру, относительно свободному от людей — и от страха, который те вызывают.
Животные, которые боятся хищников, полагаются на своего рода ментальную карту их среды обитания. Они используют эту карту, чтобы держаться поближе к более безопасным районам и избегать опасных. Ученые называют этот феномен «ландшафт страха». Все хищники влияют на свою добычу, но мы, люди, уникальны в своей обширной способности формировать этот ландшафт, потому что мы очень активно убиваем животных на всех уровнях пищевой цепи. Охотники используют чрезвычайно эффективные технологии для убийства. Мы даже учим собак загонять добычу. А зачастую мы убиваем животных ненамеренно, например, сбивая машинами. Поэтому исчезновение людей с дорог, полей для гольфа и из других мест, где они обычно доминируют, позволяет животным сильно расслабиться. «Это, безусловно, согласуется с ландшафтом страха», — говорит биолог из Западного университета в Онтарио Лиана Занетт, изучающая эту тему. Реакция животных, когда люди пропадают — а потом снова появляются, — служит чем-то вроде непреднамеренного эксперимента, который может дать новые сведения о том, как боязнь человека формирует мир природы.
Тело испуганного животного наполняется гормонами стресса, которые активируют быструю реакцию. Если такие существа видят, чувствуют запах или слышат хищника поблизости, они бросают все свои занятия, чтобы убежать и спрятаться, подготовиться к бою или замереть, чтобы движения их не выдали. Даже если признаков непосредственной угрозы нет, тревожные животные меньше времени тратят на поиск пищи, чтобы следить за окружающей средой на предмет потенциальной опасности.
Одни страхи — врожденные. Например, человеческий страх перед пауками и змеями или страх суслика перед лисой. Другие появляются либо на основе непосредственного опыта, либо из наблюдений за другими. У большинства животных есть веские основания бояться людей: анализ, проведенный в 2015 году, показал, что охотники убивают жертв в 14 раз быстрее, чем любые хищники. Люди убивают даже сверххищников, таких как пума, — причем в девять раз чаще, чем хищники-животные. Некоторые биологи стали называть наш вид «суперхищниками».
Исследования, проведенные Занетт и другими авторами, показывают, как особая боязнь людей меняет поведение многих видов животных. В эксперименте 2016 года Занетт обнаружила, что европейские барсуки людей боятся больше, чем собак и медведей. Когда громкоговорители транслировали звуки медведей или собак, барсуки сначала прятались в своих норах, но потребность в пище в конечном итоге вынуждала их выйти из укрытия. Но когда барсуки слышали звуки людей, они не выходили — и даже не высовывали голову.
Крупные, устрашающие хищники тоже нас боятся. В результате исследования Заннет, проведенного в 2017 году, выяснилось, что разговоры людей, звучащие через громкоговоритель, так сильно пугают пум в Северной Калифорнии, что те перестают охотиться, даже не добыв достаточно еды. «Они съели примерно вдвое меньше только потому, что думали, что вокруг люди», — говорит она. Многочисленные исследования показывают, что даже когда животные выглядят терпимыми к людям, им все равно приходится менять свою повседневную жизнь, чтобы справиться со стрессами, которые мы им создаем. Например, в статье 2018 года говорится, что морские львы и морские котики проводят меньше времени, отдыхая на пляже, когда где-то рядом находятся шумные и любопытные туристы.
Теперь, когда мир стал хоть немного менее ужасающим для дикой природы, логично ожидать, что животные отреагируют. «Я совсем не удивлена», — говорит эколог Калифорнийского университета в Санта-Барбаре Кейтлин Гейнор. «Мы видели исследования, согласно которым животные меньше двигаются, ведут более ночной образ жизни рядом с людьми и корректируют свое поведение, чтобы избежать встречи с человеком. Так что вполне возможно, что эти шаблоны поведения меняются» теперь, когда люди застряли в четырех стенах из-за пандемии.
Гейнор говорит, что исключения могут составлять животные, живущие в городских и пригородных районах. Из-за того, что все больше людей выходят в местные парки и природные зоны, чтобы не сидеть дома — не имея возможности пойти в рестораны или на спортивные площадки, — эти животные могут испытывать еще больший стресс, чем раньше.
Когда COVID-19 уйдет, и люди снова будут регулярно выходить на улицу, все вернется на круги своя, и животные снова будут изо всех сил стараться избежать встречи с человеком. Но переход, вероятно, не произойдет по щелчку выключателя. «Это не обязательно произойдет сразу — и не обязательно равномерно», — говорит Гейнор. Например, существам, которые когда-то держались подальше от дорог, может потребоваться время, чтобы снова начать избегать их, и за этот период они могут попадать под машину чаще, чем обычно. Когда дикие животные теряют страх перед людьми, они попадают в беду. И пока этот страх не вернется, людям, возможно, придется испытать некоторые неудобства, чтобы не наносить животным вреда. Например, нужно будет ездить медленнее или держать домашних животных на коротких поводках. «Возможно, нам придется пересмотреть свои отношения с дикой природой», — говорит Гейнор.
Гейнор и Занетт также отмечают, что сложившаяся ситуация имеет интересные последствия для полевых исследований поведения животных. С одной стороны, ученые могут следить за передвижениями животных, используя ошейники GPS и камеры, реагирующие на движение, чтобы увидеть, что они делают, когда люди находятся вне поля зрения и когда они появляются. «Это превратилось в случайный эксперимент», — говорит Гейнор.
Но с другой стороны, какую-то работу пришлось отложить. По иронии судьбы, Занетт планировала отправиться этим летом в Национальный парк Крюгера и окружающие районы, чтобы посмотреть, как будут реагировать млекопитающие, такие как импалы и куду, на шум человека в районах, где разрешается охота, и в тех местах, где охотиться нельзя, но где всегда много туристов. Гольф-клуб Skukuza, где недавно засняли крупных хищников, наслаждавшихся солнцем, должен был стать одним из ее полевых объектов. «Я невероятно расстроена, — говорит она. — Это идеальное время, чтобы изучать суперхищников, которые нас интересуют».
Несмотря на эти разочарования и временную природу нынешней передышки для диких животных, Гейнор считает, что рассказы об осмелевших животных поддерживают оптимизм по поводу сохранения дикой природы. «Это свидетельствует о том, что животные невероятно мобильны и гибки, — говорит она. — Это дает мне надежду, что они смогут прийти в норму после человеческих потрясений»
