Большинство людей считает время линейным, абсолютным и постоянно «ускользающим» — но так ли это на самом деле? И как можно изменить восприятие времени, чтобы легче переживать то, что оно уходит?
«Время» — самое часто используемое существительное в английском языке. Мы все знаем, как уходит время. Настоящее становится прошлым, как только оно произошло, сегодня превращается во вчера. Если вы живете в умеренном климате, то каждый год наблюдаете смену времен года. Достигнув совершеннолетия и становясь старше, мы все больше осознаем, как быстро мелькают годы.
Нейробиологи не нашли в мозге никаких часов, которые отвечали бы за определение времени, но люди на удивление хорошо с этим справляются. Если кто-то говорит, что придет через пять минут, мы примерно представляем, когда начинать его высматривать. Мы ощущаем проходящие недели и месяцы. В результате большинство из нас могут сказать, что время функционирует достаточно очевидно: оно проходит с постоянной и измеримой скоростью в определенном направлении — из прошлого в будущее.
Конечно, наш взгляд на время обусловлен не только биологией, скорее он сформирован культурой и эпохой. Например, в племени амондава на Амазонке нет слова «время», что может означать, что у них нет понятия времени как рамок, в которых происходят события. (При этом неясно, чисто лингвистический ли это момент или они действительно воспринимают время иначе.) Между тем трудно с научной точностью определить, как люди воспринимали время в прошлом, поскольку эксперименты по восприятию времени проводились только в последние 150 лет.
Что мы знаем наверняка, так это то, что Аристотель рассматривал настоящее как нечто постоянно меняющееся, и что к 160 году римский император-философ Марк Аврелий описывал время как реку проходящих событий. И на Западе многие все еще разделяют эти идеи.
Но физика рассказывает другую историю. Может казаться, будто время — это то, что течет в одном направлении, но некоторые ученые придерживаются иной точки зрения.
В прошлом веке открытия Альберта Эйнштейна взорвали наши представления о времени. Он показал, что время создано вещами. Он продемонстрировал, что время относительно, оно движется медленнее, если объект движется быстро. События не происходят в установленном порядке. Не существует единого универсального «сейчас» в смысле ньютоновской физики.
Да, что многие события во Вселенной можно расположить в последовательном порядке, но время не всегда четко разделено на прошлое, настоящее и будущее. Некоторые физические уравнения работают в любом направлении.
Некоторые физики-теоретики, такие как автор бестселлеров Карло Ровелли, идут еще дальше, полагая, что время не течет и даже не существует. Это иллюзия.
Впрочем, даже если кто-то считает, что времени не существует, восприятие времени — наше чувство времени — абсолютно реально. Вот почему доказательства из физики расходятся с повседневной жизнью. Наше общее представление о «будущем» или «прошлом» может не работать повсюду во Вселенной, но оно отражает реальность нашей жизни здесь, на Земле.
Однако, как и идея об абсолютном времени Ньютона, наша вера в то, что время служит человеку, может вводить в заблуждение. И, возможно, есть более правильный подход.
Ложное прошлое
У многих из нас похожее восприятие прошлого: мы представляем его как своего рода гигантскую видеотеку, архив, в который можно погрузиться, чтобы получить записи событий своей жизни.
Но психологи показали, что автобиографическая память совсем не такая. Большинство людей забывают гораздо больше, чем помнят. Иногда мы забываем, что событие вообще случалось, хотя другие люди настаивают, что мы в нем участвовали. Иногда даже напоминание никак не влияет на наши воспоминания.
Когда некие события откладываются в памяти, мы их обрабатываем, чтобы понять, что произошло. Каждый раз, обращаясь к этим воспоминаниям, мы мысленно реконструируем события и даже изменяем их, чтобы они соответствовали новой информации, которая могла появиться на свет. И убедить людей в том, будто они пережили что-то, чего на самом деле не было, гораздо проще, чем вы думаете. Психолог Элизабет Лофтус не одно десятилетие исследовала этот вопрос, убеждая людей «вспомнить», как они целовали гигантскую зеленую лягушку или встречали Багза Банни в Диснейленде (это невозможно, так как Багз — персонаж Warner Bros.). Даже когда мы рассказываем какую-то историю друзьям, наши воспоминания о ней возвращаются в хранилище в слегка измененном виде.
Кроме того, мы ошибочно считаем, что образ будущего полностью отличается от представления о прошлом. На самом деле эти два процесса связаны между собой. Когда мы вспоминаем что-то или представляем свою жизнь в последующие годы, у нас активируются одни и те же части мозга. Именно воспоминания позволяют нам представлять будущее: мы перемешиваем сцены, чтобы мысленно увидеть будущие события. Этот навык позволяет строить планы и проигрывать различные гипотетические возможности до того, как мы что-то сделаем.
Эти ощущения возникают потому, что мозг воспринимает время определенным образом. Малышка, у которой еще совсем мало автобиографической памяти, постоянно живет в настоящем. Она довольна. Она плачет. Она голодна. Она несчастна. Ребенок все это переживает, но не думает о том, как холодно было в прошлом месяце, и не беспокоится, что скоро снова могут нагрянуть холода.
Затем у малыша появляется ощущение себя. С этим развитием приходит понимание времени, разграничение вчера и завтра.
Однако даже в этом возрасте они с трудом представляют себя в будущем. Психолог Джени Басби Грант обнаружила, что если спросить трехлетних детей, чем они могли бы заняться на следующий день, только треть малышей могут дать сколько-то правдоподобный ответ. Психолог Кристина Атанс провела другой эксперимент. Она дала маленьким детям несколько соленых кренделей, а затем предложила на выбор еще крендели или немного воды. Не удивительно, что, испытывая жажду после соленой еды, большинство выбрали воду. Но когда Атанс спросила их, что бы они хотели получить завтра, большинство детей все равно выбрали воду. (Взрослые выбрали крендели, зная, что к завтрашнему дню снова проголодаются.) Очень маленькие дети не могут представить себя в будущем, в котором они чувствуют себя иначе, чем в текущий момент.
Ощущение времени активно создается у нас в голове. Для этой конструкции важны разные факторы — память, концентрация, эмоции и чувство, что время каким-то образом находится в пространстве. Восприятие времени укореняет нас в ментальной реальности.
Вы, конечно, можете сказать, что на самом деле не имеет значения, правильно ли мы воспринимаем время в соответствии с законами физики. Ведь нам кажется, что земля плоская, хотя на самом деле она круглая, но это никак не мешает нам ходить по ней. Мы говорим, что солнце встает утром и садится вечером, хотя знаем, что движется Земля, а не Солнце. Наше восприятие не поспевает за наукой, и мы переживаем свой повседневный опыт, используя те чувства, которые у нас есть.
Так же и восприятие времени — мы не игнорируем его намеренно. Как бы много вы ни знали о четырехмерном пространстве-времени, вам кажется, что вы ждете этот опаздывающий поезд целую вечность, а обед с другом пролетел за мгновение.
Но даже если мы не можем изменить восприятие времени, мы можем изменить свое отношение к этому и, возможно, не так сильно переживать о том, что время уходит.
Изменить время
Вместо того, чтобы рассматривать прошлое, настоящее и будущее как прямую линию, мы можем принять свои воспоминания как ресурс, позволяющий думать о будущем.
Это очень важно. Способность людей мысленно путешествовать во времени, вперед и назад, дает возможность сделать то, что отличает нас от других — например, спланировать будущее или создать произведение искусства. И то, что память играет в этом важную роль, не новость: Аристотель, например, описывал воспоминания не как жизненные архивы, а как инструменты для представления будущего.
Значит то, что раньше могло показаться недостатком (что нам сложно точно вспомнить прошлое), на самом деле преимущество. Если бы воспоминания были зафиксированы как видеозаписи, то представить новую ситуацию было бы сложно. Если бы я попросил вас представить, что вы идете на работу в следующий вторник не обычным маршрутом, а плывете на лило по бирюзовому каналу, усыпанному тропическими цветами, мимо знакомых зданий вплоть до входной двери вашего офиса, где старые школьные друзья встречают вас с коктейлем, то большинство из вас сделали бы это в одно мгновение. (Исключение составляют люди с необычным состоянием, которое называется существенным нарушением автобиографической памяти.)
Ваша память настолько гибка, что в одно мгновение вы можете собрать свои личные воспоминания об улице, где вы работаете, о том, каково это — лежать на лило, вспомнить лица школьных друзей, картинки тропических цветов и коктейлей. Вы не просто находите все эти воспоминания, которые могут находиться на расстоянии десятилетий друг от друга, но и соединяете их вместе, чтобы придумать сцену, которую вы никогда не видели и не слышали раньше.
Это выглядит тяжелым когнитивным трудом. На деле же это довольно легко проделать, благодаря гибкости памяти.
Поэтому мы не должны проклинать свою память, если она нас подводит. Воспоминания изменяемы именно для того, чтобы мы могли взять миллионы фрагментов из разного времени жизни и объединить их, а это дает нам бесконечные возможности рисовать свое будущее.
На самом деле, когда память о прошлом повреждена, то же самое происходит с возможностью думать о будущем. Нейробиолог Элеонора Магуайр попросила людей описать воображаемый сценарий будущего, в котором они стояли в музее. Некоторые говорили, что в музее куполообразный потолок. Другие — про мраморный пол. Но люди с амнезией не сумели предположить, как мог бы выглядеть музей, так как способность мыслить о будущем зависит от воспоминаний.
Не стоит воспринимать свои воспоминания как удобный видеоархив. Вместо этого стоит помнить, что память может быть не идеальной, и признать, что у разных людей могут быть совсем разные воспоминания об одном и том же событии.
Замедлить время
Вопрос, который мне чаще всего задают после написания книги о восприятии времени, — как можно замедлить время?
Но, может быть, нужно быть осторожнее со своими желаниями? В среднем возрасте может казаться, что недели и годы проносятся мимо. Но частично ощущения ускользающего времени продиктованы количеством новых воспоминаний, которые мы создали. Если оглянуться на насыщенный отпуск, который, казалось, пролетел очень быстро, в ретроспективе может показаться, что вы отсутствовали целую вечность. Это из-за всех тех новых воспоминаний, которые вы создали, проведя неделю вне привычной рутины. Если кажется, что жизнь проходит быстро, это может быть признаком того, что вы живете полной жизнью.
Между тем, когда вам скучно, когда вы чувствуете себя одинокими или отвергнутыми, кажется, что время тянется очень медленно. Как писал Плиний Младший в 105 году: «Время кажется тем короче, чем оно счастливее».
Но если вы действительно хотите избавиться от этого тревожного ощущения в воскресный вечер, что выходные пролетели незаметно, можно кое-что предпринять: постоянно искать новые впечатления. Займитесь чем-то новым на выходных и посетите незнакомые места, вместо того, чтобы идти в тот же самый паб или кинотеатр. Если вам будет хорошо, время пролетит незаметно, но поскольку у вас будет больше воспоминаний утром понедельника, выходные покажутся вам очень длинными.
Какой-то распорядок, конечно, неизбежен. Но если вы сможете выстроить жизнь, которая кажется одновременно и новой, и интересной в настоящем, в ретроспективе недели и годы покажутся долгими. Даже изменение маршрута, которым вы едете на работу, может многое изменить. Чем больше воспоминаний вы сможете создать в повседневной жизни, тем длиннее будет казаться вам собственная жизнь.
То, как мы воспринимаем время, никогда не будет соответствовать последним открытиям в физике. Мы все знаем, как ощущается проходящее время. Мы не можем изменить то, как наш мозг воспринимает время, но можно попробовать думать об этом иначе. Но даже в этом случае то, как оно искажается в определенных ситуациях, все равно будет удивлять и сбивать нас с толку. Возможно, Блаженный Августин сказал лучше всего: «Так что же такое время? Если никто меня об этом не спрашивает, я знаю, что такое время; если бы я захотел объяснить спрашивающему — нет, не знаю».
