Малыш спокойно сидит на коленях матери. Внезапно идиллию прерывает пронзительный, пугающий звук: рядом заплакал другой малыш. Сидящий младенец хмурится и поворачивается в сторону плача, пытаясь понять, откуда он. Через мгновение его лицо сморщивается, и он тоже начинает плакать. Мать смотрит на малыша: она только что его покормила, и еще минуту назад он был всем доволен. Она обеспокоена и немного озадачена тем, почему он тоже начал плакать.
Для взрослых детский плач — один из самых мощных социальных сигналов. Он пронзает все вокруг, его практически невозможно игнорировать. Это не случайность: плач — продукт миллионов лет эволюции, призванный сигнализировать о потребностях и вызывать реакцию со стороны человека, осуществляющего уход. Его акустические свойства активируют нервную систему и побуждают нас к действию. Он также задействует одну из самых древних в эволюционном плане форм социальной связи — эмоциональное заражение.
Эмоциональное заражение происходит, когда эмоции одного человека сами собой вызывают аналогичные чувства у другого. Например, заразительный смех: когда вы слышите чей-то смех, бывает трудно сдержать собственный. Точно так же, звуки плача могут изменить ваш эмоциональный настрой. Такое явление помогает людям и многим другим социальным животным эффективно реагировать на окружающий физический и социальный мир.
Считается, что эмоциональное заражение — это основа человеческой эмпатии. Приматолог Франс де Вааль рассматривал эмпатию как многоуровневый процесс, немного похожий на матрешку или луковицу. В основании эмпатии лежит эмоциональное заражение, автоматическое разделение чувств, которое в сочетании с другими когнитивными и эмоциональными навыками активирует более сложные внешние слои эмпатии. Благодаря сочетанию этих способностей, коренящихся в эмоциональном ядре, человек в своем развитии может перейти от заражения чувствами другого человека к сочувствию ему, например, утешая кого-то в беде или предлагая помощь нуждающемуся. Другими словами, чтобы проявлять эмпатию к переживаниям и чувствам других, нам сначала нужно уметь чувствовать то же, что другие.
Когда и как это начинается? Изучая младенцев, подобных тому, который заплакал, сидя на коленях у матери, ученые узнают больше о том, как сложные способности, такие как эмпатия, формируются в раннем возрасте, как они выглядят до полного формирования и что влияет на их развитие.
Исследование «заразительного плача» (когда ребенок плачет, услышав плач другого ребенка) началось еще в 1970-х годах, когда психолог Марвин Симнер провел эксперимент. Симнер давал послушать трехдневным новорожденным различные звуки, включая плач другого малыша, а также искусственные звуки. Звук, который чаще всего вызывал плач, — это плач другого ребенка, испытывающего стресс, что интерпретировалось как свидетельство способности к эмоциональному заражению в раннем возрасте.
Заразительность плача была подтверждена в многочисленных исследованиях и у детей разных возрастов. Однако ученые подвергли сомнению некоторые методы, использованные в этом и подобных исследованиях, что привело к возобновлению споров о причинах феномена. Реагируют ли младенцы на беспокойство другого ребенка? Или им просто неприятны звуки плача?
С акустической точки зрения плач резкий, и другие неприятные звуки, например, скрежет ногтей по доске или вой сирены, также могут вызывать эмоциональные реакции. Возможно, плач просто оказывает схожее воздействие на младенцев. В исследовании 2019 года, сравнивавшем реакцию малышей на настоящий плач и на искусственный (белый шум, имитирующий ритм и высоту звука), малыши реагировали негативно на оба звука, хмурясь и проявляя признаки дискомфорта. Хотя возможно, настоящий плач вызывает более сильные эмоциональные реакции, чем звуки искусственного плача, мы не можем утверждать это, основываясь только на поведении младенца.
Другая проблема в том, что, как и в случае с большей частью психологии на сегодняшний день, большинство исследований раннего детства проводилось в западных странах с высоким уровнем жизни, особенно в Европе и Северной Америке. Это лишь малая часть населения мира, она не отражают того, как живет большинство детей сегодня и в историческом контексте. Младенцы по всему миру растут в совершенно разных культурах, каждая из которых имеет определенные социальные нормы, включая нормы выражения эмоций. Это может привести к различиям в проявлениях эмоционального заражения, даже в раннем возрасте. Чтобы понять, как развиваются эмоциональные навыки и формируются ли они под влиянием культуры, ученым необходимо изучать детей из разных социальных слоев.
Именно так мы и сделали в недавнем исследовании, сравнивая реакцию 10-месячных младенцев из трех различных культур на эмоциональные реакции их сверстников. Среди них были младенцы из сельской местности Уганды (в деревне рядом с заповедником тропических лесов), из города в Уганде и из города в Великобритании. В общей сложности более 300 младенцев сидели на коленях у матерей и слушали четыре разных звука из скрытого динамика: плач, смех или лепет другого ребенка, или искусственный звук, акустически имитирующий плач.
Поскольку внешнее поведение младенца дает неполное представление о его возможных эмоциональных переживаниях, мы также внедрили важный инструмент: инфракрасную тепловизионную съемку. Она часто используется не только при досмотре в аэропортах или для определения влажности в зданиях, но и для изучения внутренней структуры эмоций не только у людей, но и у животных. Резкие эмоциональные перепады, например, при крике или плаче, приводят к изменению подкожного кровотока, которое можно измерить по изменению температуры на поверхности кожи. Кончик носа — одно из лучших мест на теле для надежного измерения этого показателя.
Итак, мы использовали тепловизор для измерения температуры носа каждого ребенка после того, как он услышал плач другого малыша (или какой-либо другой звук). Мы также наблюдали за реакцией младенцев: хмурились ли они или плакали, улыбались или смеялись.
Мы обнаружили, что во всех трех группах (из сельской местности Уганды, из города Уганды и из города Великобритании) младенцы демонстрировали самые значительные изменения температуры носа и наиболее сильные негативные реакции на плач другого ребенка. Иногда они плакали в ответ, хотя чаще встречались более сдержанные реакции, например, они хмурились. Это говорит о том, что младенцы лучше справлялись со стимулами, чем те, кто участвовал в некоторых предыдущих исследованиях. Как мы и ожидали, они сильнее реагировали на настоящий плач, чем на неприятные искусственные звуки. Это говорит о том, что младенцы в совершенно разных культурных условиях чувствительны к эмоциональной природе самого плача. Это сигнал стресса, который они могут распознать и отразить в своем эмоциональном состоянии.
Похоже, что с первого года жизни человек начинает понимать эмоции, даже других младенцев. Хотя это согласуется с общим мнением о том, что этот компонент эмпатии, вероятно, врожденный и универсальный, неясно время его появления в развитии человека. Остаются без ответа также вопросы о том, как и когда он развивается в более сложные формы эмпатии, а также о роли культуры.
Результаты показывают, что зачатки эмпатии закладываются очень рано. В других исследованиях мы обнаружили доказательства того, что те же самые младенцы могут воспринимать потребности других и даже пытаться утешить тех, кто находится в беде. Например, в еще не опубликованном эксперименте с использованием отслеживания взгляда мы обнаружили, что 10-месячные младенцы больше смотрели на персонажа, которому нужна помощь, и были удивлены, когда вместо этого ее получал другой персонаж (который не нуждался в помощи). В другом исследовании, посвященном развитию сочувственного участия, мы обнаружили, что к девяти месяцам некоторые младенцы в Уганде и Великобритании пытались утешить маму после (притворной) травмы, например, обнимая ее или давая ей игрушку. В совокупности это говорит о том, что задолго до того, как они умеют ходить или говорить, младенцы обладают мощной способностью к эмпатии.
По мере роста и развития младенцев чувствительность перерастает в более глубокое понимание эмоций других людей и мотивацию заботиться о них. И хотя способность делиться эмоциями, вероятно, является врожденной, исследования показывают, что существует много возможностей для развития когнитивных компонентов эмпатии, включая сострадание.
Сообщение Рождение эмпатии: сочувствие закладывается раньше, чем мы думали появились сначала на Идеономика – Умные о главном.
