За последние 15 лет целая серия беспрецедентных технологий изменила восприятие жизни в большинстве стран мира. По оценкам, почти 70% населения Земли в настоящее время владеет смартфонами, и эти устройства составляют около 95% точек доступа в интернет на планете. В среднем по миру, люди проводят почти половину своего времени бодрствования, глядя на экраны, а среди молодежи в развитых странах этот показатель значительно выше.
История учит, что новые технологии всегда порождают новые формы эксплуатации, и этот факт наглядно демонстрирует появление цифровых платформ, охватывающих целые общества. Это обусловлено новым удивительным способом извлечения денег из людей: назовем это «человеческим фрекингом» (фрекинг — это гидравлический разрыв пластов для добычи полезных ископаемых). Подобно тому, как нефтедобытчики закачивают под высоким давлением и в больших объемах специальные средства в землю, чтобы выбить на поверхность немного дорогостоящего «черного золота», так и человеческий фрекинг закачивает под высоким давлением и в больших объемах специальные средства (в виде бесконечных потоков вызывающей привыкание жижи и максимально деструктивного контента, создаваемого пользователями), чтобы выбить на поверхность массу из человеческого внимания, где ее можно собрать и доставить на рынок.
Извлечение ресурса (из земли и нашего сознания) приводит к тектонической нестабильности, токсичности и разрушению ландшафтов, как природных, так и социальных. Мы уже убедились в том, что безрассудная эксплуатация внешней среды была настолько неумолимой и безответственной, что выживание человечества на Земле оказалось под реальной угрозой. Новая «золотая лихорадка» во внутреннем мире человеческой психики уверенно движется к тому, чтобы вызвать подобное, хотя и еще более коварное разрушение.
На кону стоит экзистенциальная проблема. Дело в том, что наше истинное человеческое «внимание» — то, чего хотят сетевые фрекеры, — это не что иное, как способность заботиться, думать, отдавать свой разум, время и чувства себе, миру и друг другу. Превратить это в товар — значит превратить в товар само наше существование. Проблема не в «телефонах» и не в «социальных сетях». Проблема в эксплуатации человеческого внимания по всему миру, который крупные технологические компании рассматривают как огромную, ничем не обремененную территорию, готовую к разграблению.
Это плохая новость. Хорошая новость заключаются в том, что новые формы эксплуатации порождают новые формы сопротивления. Борьба за внимание — это лишь один из многих конфликтов между теми, кто готов свести людей (труд и внимание) к денежной стоимости, и теми, кто настаивает на более высоком понимании человеческого процветания. Эта история длинная, сложная и часто болезненная. Но она говорит нам одно: мы можем дать отпор. Более того, мы должны это сделать.
Что же делать с новым видом эксплуатации человека, который наносит вред и детям, и взрослым, подрывает конструктивную политику и психологическое благополучие? Регулятивные меры носят фрагментарный характер, а заинтересованные стороны, обладающие влиянием, активно им препятствуют. Психофармакологические меры ликвидации постоянно растущего ущерба лишь монетизируют разрушения, дополняя их, и позволяют нам лучше адаптироваться к условиям, явно противоречащим процветанию человека. Как противостоять проблеме, которая одновременно является очень личной и немыслимо масштабной?
Мы должны сказать «нет» людям, занимающимся эксплуатацией внимания, и сделать это, настаивая по-новому на том, что человеческое внимание принадлежит нам.
Думаете, это звучит как донкихотовство? Что ж, имейте в виду, что именно так на самом деле происходят перемены. И все может произойти быстро. Экологическое движение в том виде, в каком мы его знаем, не существовало в 1950 году, но к 1970 году оно стало глобальной силой. В 1946 году компания Reynolds Tobacco использовала врачей для рекламы сигарет. Менее чем через 20 лет Американская медицинская ассоциация и главный хирург США публично заявили, что курение вызывает рак легких.
И эти изменения гораздо масштабнее. В 1925 году лишь немногие благотворители посвятили себя экологической политике. Все потому, что «экологической политики» тогда еще не существовало. Потребовался культурный сдвиг в середине XX века, чтобы утвердить физическую среду — единство земли, воды и воздуха, порождающее общую жизнь, — как политически управляемый объект, вокруг которого могли бы организовываться различные группы. Это означает, что сами структуры политики, а не только наши убеждения и надежды, являются нестабильными формами. Новые вещи появляются, а старые исчезают.
Что касается внимания к чему-либо, то появляется больше признаков того, что мы приближаемся к переломному моменту. Люди самых разных взглядов сходятся во мнении, что что-то совершенно не так в мире, где каждый проводит почти все время, бесконечно пролистывая ленты социальных сетей.
Можно использовать людей лишь до определенного предела, и тогда, в конце концов, они меняют свою позицию, поднимаются, начинают настаивать на чем-то другом. Политики как справа, так и слева уже определяют эту проблему как фактор, влияющий на электорат. Через 30 лет мы оглянемся назад, и эту эпоху, дикий запад технологических магнатов, вторгающихся в наши сердца, души и отношения, будет трудно объяснить нашим внукам. «Как вы допустили это?» — спросят они. И нам придется ответить: «Трудно объяснить: это произошло прежде, чем мы заметили. Это было так весело, особенно поначалу. Нам потребовалось время, чтобы понять, что происходит…»
Но сейчас мы начинаем осознавать. Мы пишем как представители быстрорастущего и все более организованного движения, сосредоточенного на противодействии эксплуатации и формировании новой политики человеческого внимания. В основе наших усилий? Формирование широких коалиций, посвященных политике человеческого внимания, практика различных форм исследований, пробуждающих животворящие силы разума и чувств, и продвижение убежищ для защиты и развития тех видов внимания, которые делают жизнь прекрасной. Мы называем эту работу активизмом внимания.
У всех нас уже есть инструменты для противостояния компаниям, занимающимся эксплуатацией внимания, потому что у всех уже есть дела и заботы, которые делают нас недоступными для алгоритмов. Мы все уже знаем глубочайшую истину: настоящее внимание — это не клики и свайпы по экрану. Истинное человеческое внимание — это любовь, любопытство, мечтательность и забота о себе и других.
Да, новые технологии порождают новые виды эксплуатации и сопротивления. Но новые формы эксплуатации могут даже породить совершенно новые формы политики. До появления фабричной системы невозможно было жестоко обращаться с промышленным пролетариатом. Паровые двигатели создали условия для этого развития. Сами по себе они, конечно, не были «проблемой», они сверкали, были точными и мощными. Кто мог наблюдать за их работой без благоговения? Но они также создали мир, в котором стало возможным революционным образом агрегировать и извлекать физический труд из людей.
Попутно они создали новый тип политического субъекта, Homo economicus, человека, который в расчетах современности был сведен к «трудовой стоимости». За этим последовали настоящие революции, и родилась новая политика, отражающая новый мир промышленного труда и новые формы трудовой солидарности, такие как профсоюзы и рабочие партии.
Новая система фрекинга превращает всех нас в субъектов, обладающих невероятно мощным воздействием. Homo attentus — конечный пользователь любой сетевой системы, экономической, политической, экспрессивной. Как мы уже обнаружили, эта новая форма жизни влечет за собой ужасающую новую уязвимость. Но мы стоим на пороге понимания новой власти, которая находится в наших руках. Мы верим, что нас ждет новый вид политики. Как он будет выглядеть? Трудно сказать. И есть основания для опасений. Но если мы, люди, сможем поднять знамя нового движения за истинную свободу самого внимания, того, что мы называем интенсивным вниманием и использовать его по-новому, с пониманием того, что поставлено на карту, то сможем бросить вызов тем, кто занимается эксплуатацией людей, и вместе настоять на создании человеческого мира.
Сообщение Homo attentus: внимание не измерятся кликами и свайпами появились сначала на Идеономика – Умные о главном.
