К началу Первой мировой в 1914 году солдаты уже носили противогазы, стальные каски и порой даже вооружались пулеметами. По полям сражений ползли танки и бронемашины. Военные флотилии состояли из стальных линкоров и подводных лодок. С авианосцев взмывали боевые самолеты. Но, если задуматься, главным военным нововведением стала… консервная банка. Журналист Йоэл Брукарт, автор книги «Краткая история мира в 12 бобах», рассказывает о том, как обычные продукты питания определили ключевые моменты судьбы человечества.
Наполеон Бонапарт снискал славу великого стратега и новатора в военном деле. Под началом невысокого генерала французская революционная армия громила противников одного за другим. Одним из важнейших нововведений Наполеона стало разделение войск на корпуса — автономные соединения, каждое со своей пехотой, кавалерией и артиллерией. Такая четкая структура в сочетании с высоким боевым духом призывников-граждан в рядах его Великой армии позволяла ему с помощью сложных стратегических маневров побеждать куда более грозных противников. Именно так он одержал свою самую знаменитую победу — в битве при Аустерлице.
В то время армии европейских держав были вооружены мушкетами (их заряжали свинцовыми пулями через ствол с помощью шомпола) и штыками. Хорошо обученный французский солдат делал несколько выстрелов в минуту. Артиллерию представляли маневренные пушки на деревянных колесах. Флагман адмирала Нельсона, с которого он командовал британским флотом, разгромившим франко-испанскую эскадру, был построен из отборного дуба и оснащен сотней орудий. По тем временам — верх совершенства. Но по сравнению с армиями, которые столетие спустя снова перекроили карту Европы, — до смешного архаично.
Военное дело никогда в истории не развивалось так стремительно, как между Наполеоновскими войнами и мировыми. К началу Первой мировой в 1914 году солдаты уже носили противогазы, стальные каски и порой даже вооружались пулеметами. По полям сражений ползли танки и бронемашины. Военные флотилии состояли из стальных линкоров и подводных лодок. С авианосцев взмывали боевые самолеты. Но, если задуматься, главным военным нововведением XIX века стала… консервная банка.
Потому что куда опаснее британского флота или русской армии для наполеоновских солдат были голод, недоедание и цинга. Вот что писал в 1812 году в дневнике немецкий солдат, призванный в Великую армию: «Встретил человека с мешком грубых отрубей, где и муки-то почти не было. Долго упрашивал его продать мне хоть немного, совал ему серебро. Наконец он отсыпал пару пригоршней в тряпку… Заночевали на холме неподалеку. Натаскал дров, заработал место у костра. Тут же намешал снега в отруби… [и] раскалил это месиво снаружи докрасна — авось внутри получится что-то вроде хлеба».
После быстрых побед французская армия привыкла жить за счет местных — пока линии снабжения не подтягивались к авангарду. Но в России расстояния оказались слишком велики, решающих сражений было мало, а с разоренной деревни взять было нечего. Голодная армия попала в опасную зависимость от ненадежных линий снабжения.
Из немногих солдат, уцелевших в боях, большинство погибло от голода при отступлении. В Россию Наполеон вошел с армией в 700 000 человек, а вернулось меньше сотни тысяч.
Впрочем, что-то такое французы предчувствовали. Еще в 1795 году Директория — французское революционное правительство — назначила премию в 12 000 франков тому, кто придумает способ сохранять продукты (кроме вечных сухарей и солонины) для дальних походов. Целых 12 лет французский кондитер Николя Аппер трудился над своим изобретением… В январе 1810 года он наконец забрал свой денежный приз, а позже в том же году опубликовал трактат с говорящим названием «Искусство консервирования животных и растительных продуктов на долгие годы».
Так появились консервы. И первыми продуктами, которые Аппер законсервировал на своей крошечной фабрике в 1804 году, оказались — да-да! — именно бобы. Интуиция не подвела кондитера: он верно рассудил, что если пищу герметично закупорить, а потом хорошенько прогреть, она будет храниться чуть ли не вечно. Правда, как это работает на самом деле, поняли лишь в 1861 году — через 20 лет после смерти Аппера, — когда Луи Пастер доказал, что за порчу продуктов ответственны микроорганизмы. При нагревании все микробы в пище погибают, а герметичная упаковка не дает новым пробраться внутрь. Вот пища и не портится. Теперь эту процедуру мы знаем как пастеризацию.
Поначалу Аппер использовал стеклянные бутылки с большой пробкой и металлическим ободом (как для шампанского ). Но таскать в походы тяжелую и хрупкую тару — не лучшая затея. Британцы, прослышав о новой технологии, быстро смекнули, что к чему, и для начала заменили стекло на запаянные чайные жестянки, а потом и вовсе перешли на луженые стальные банки — те самые tinned can. Инженер Брайан Донкин выкупил патент и поставил дело на промышленные рельсы. Летом 1813 года с конвейера его фабрики в Бермондси сошли первые банки тушенки. В том же году Британское адмиралтейство закупило 156 фунтов его консервов — около 70 килограммов.
Со всех концов света приходили восторженные отклики моряков о чуде — зеленой фасоли посреди зимы. Корабельный врач Уильям Уорнер в 1814 году разразился панегириком. Консервы, считал он, «превосходное подспорье для выздоравливающих». И далее: «В плаваниях они могли бы спасти множество жизней — ведь люди часто подхватывают чахотку из-за недостатка питания после острых болезней. Потому, на мой взгляд, повсеместное внедрение консервов на флоте было бы делом крайне желательным и похвальным». Так и вышло: в 1814 году британский флот закупил около трех тысяч фунтов консервов, а семь лет спустя — уже девять тысяч фунтов.
Консервы доказали, что могут сохранять пищу очень и очень долго: даже спустя сто лет еда в них оставалась не только съедобной, но и полезной. Две банки, благополучно пережившие арктическую экспедицию 1824 года в нераспечатанном виде, через 114 лет признали абсолютно безопасными для употребления. Единственный недостаток — легкая коррозия на внутренней поверхности.
Да что там говорить: в интернете полным-полно роликов, где люди вскрывают солдатские пайки времен Второй мировой, а содержимое выглядит так, будто его законсервировали вчера.
Консервная банка появилась в самый разгар так называемой промышленной революции. Хотя какая там революция — скорее уж неспешная экономическая трансформация примерно с 1750 года до конца XIX века (но «революция» звучит эффектнее, так что ладно). Время механизации, расцвета крупных фабрик, появления рабочего класса, невиданного доселе размаха производства стали и текстиля. И, конечно же, изобретений. Бесконечных изобретений. От паровой турбины до железных дорог, от телеграфа до нашей скромной жестянки: если в 1700–1709 годах в Великобритании выдали всего 22 патента, то с 1840 по 1849 год — уже ровно 4581.
На фоне паровоза и телеграфа обычная жестянка может показаться пустяком, но именно она стала важнейшим звеном этой трансформации — вековых способов хранения еды (сушки и засолки) в современную сверхсложную индустриальную машину, которая кормит невиданное прежде население.
На протяжении XIX века, помимо консервированной фасоли и тушенки, на мировом рынке появлялись все новые и новые консервы. В 1820-х — сардины, в 1847-м — томаты, в 1860-х — калифорнийские персики, а в 1892-м — гавайские ананасы.
До обычных домохозяйств консервы добрались лишь к концу века — когда банки стали полегче, поудобнее и проще в открывании (наконец появился бытовой консервный нож). Впрочем, главным двигателем их популярности оставалась война. В военное время производство росло, а солдаты, распробовав консервы на фронте, привозили эту привычку домой.
Консервы подпитывали западный империализм не только тем, что позволяли солдатам и морякам питаться здоровой пищей вдали от дома и в любое время года. Они стали основой рациона западных колониальных общин по всему миру. С их помощью колонисты могли подчеркнуть свое отличие от местного населения — хотя бы тем, что они едят. Консервы превратились в статусный продукт. Сначала их оценили местные элиты, а потом и более широкие слои населения. К началу XX века производство консервов освоили и другие страны — так на рынке появились японские крабы и мандарины в собственном соку.
Без преувеличения можно сказать, что скромная консервная банка стала одним из решающих факторов глобализации мира. А началось все это с закатанных в стекло бобов Николя Аппера в 1804 году.
Подробнее о книге «Краткая история мира в 12 бобах» читайте в базе «Идеономики».
Сообщение Консервированная фасоль и промышленная революция появились сначала на Идеономика – Умные о главном.
