Прошлым летом чат-бот Илона Маска Grok вызвал шквал негативных постов, отрицая Холокост и выделяя фамилии, «звучащие по-еврейски», как вызывающие подозрение.
В июне Маск сам раскритиковал Grok за «повторение идей традиционных СМИ». Затем компания обновила Grok, добавив инструкции «предполагать, что субъективные точки зрения, полученные из СМИ, предвзяты» и «не стесняться делать заявления, которые являются политически некорректными, если они хорошо обоснованы». Вскоре после этого Grok назвал себя «MechaHitler». Возможно, это неудивительно, учитывая, что популярная соцсеть переполнена антисемитскими комментариями и теориями заговора, а Grok частично обучен на основе постов из нее.
Социальные сети в целом наводнены теориями заговора. Заявления о заговорах кукловодов дают простые объяснения тому, почему происходят сложные вещи. Они предлагают контроль и экспертность в мире, который кажется хаотичным и полным лжецов. Они объясняют причины, почему происходят плохие вещи. Мы — жертвы заговора, пешки в игре и пушечное мясо для извращенных желаний власть имущих.
Антисемитизм, который исследователь Роберт Вистрич назвал «самой долгой ненавистью», демонстрирует исключительную живучесть, что бросает вызов логике и здравому смыслу. Он, безусловно, не поддается никаким попыткам его опровергнуть или объяснить. И оказалось, что он почти идеально подходит для эпохи социальных сетей, поскольку старые мифы всплывают и переосмысливаются для новой аудитории на платформах, которые стали безразличны к модерации.
Старые мифы, новые платформы
За каждой травмой и бедствием, неважно личной или глобальной, сторонники теории заговора улавливают шепот интриг. «Многие обращаются к теориям заговора, чтобы удовлетворить мотивационные потребности и осмыслить страдания и ущербность», — считает Шауна Боуз, ведущий автор исследования 2023 года, посвященного образу мышления сторонников теорий заговора, Американской психологической ассоциации. Для большинства людей предположение о том, что темная клика контролирует все, что с ними происходит, может показаться более тревожным, чем любые проблемы, с которыми они сталкиваются, но не для сторонников теорий заговора.
В этом нет ничего нового. В Средние века люди шептались о том, что евреи отравляют колодцы, чтобы убивать христианских детей и красть кровь для ритуалов. Это обвинение, известное как кровавый навет, передавалось из поколения в поколение почти тысячу лет. На заре XX века «Протоколы сионских мудрецов» захватили воображение людей, закрепив стереотипы о том, что евреи контролируют мировые события, и облекая их в легко читаемые брошюры. За прошедшее столетие антисемитизм и его теории заговора неизменно всплывали во времена потрясений: финансовые катастрофы 1920-х годов, кровавая бойня Второй мировой войны, страх перед коммунистическим контролем, который подпитывал холодную войну, картина вечной войны после 11 сентября и пандемия COVID-19.
Вот почему сначала нейтральный Grok так легко превратился в «MechaHitler»: у него было практически бесконечное множество источников для примера. Хотя всегда существовала процветающая индустрия параноидальных книг и фильмов, современная конспирология имеет такие каналы распространения и стимулы, о которых чудаки времен холодной войны и памфлетисты XIX века могли только мечтать. А антисемитские идеи оказалось невероятно легко перерабатывать, повторно использовать, переосмыслять и адаптировать к новостям. Неважно, исходит ли это от Grok или от городского глашатая — новые средства коммуникации легко используются для распространения старой паранойи.
Банкиры, бароны и страшилки
Новая паранойя сталкивается со старой, воплощая в себе худшие черты обоих: среди миллионов файлов Эпштейна, рассекреченных Министерством юстиции в начале 2026 года, были обнаружены сотни электронных писем между Эпштейном и банкиром Арианой де Ротшильд, членом легендарной еврейской династии. Сторонники теорий заговора сосредоточили внимание на этих письмах, утверждая, что они подтверждают многолетние обвинения в адрес Ротшильдов в тайном финансировании нацистской Германии.
В электронных письмах 2018 года Эпштейн утверждает, что «Гитлер был настолько беден, что жил в приюте для бездомных и нищих, который финансировался тремя богатыми семьями: Гутманами, Эпштейнами и Ротшильдами». Затем они немного шутят о теории заговора, которая оказалась частично верной (согласно биографии «Вена Гитлера» (Hitler’s Vienna) 1999 года, Гитлер действительно провел часть 1913 года в приюте, финансируемом за счет благотворительности Ротшильдов), и Ариана де Ротшильд прокомментировала эту связь, заявив, что она была использована не по назначению для предоставления ложных доказательств того, «что Ротшильды планировали и поддерживали массовые разрушения Гитлера с целью получения большей власти».
Хотя идея о том, что еврейская семья финансировала нацистов, звучит абсурдно, она, безусловно, является частью гигантской и устойчивой мифологической машины, построенной вокруг Ротшильдов и их предполагаемой власти. Начиная с 1840-х годов были представления о том, что семья использовала итоги битвы при Ватерлоо для захвата власти в Британской империи. Так идея о том, что они и другие немецко-еврейские банкиры тайно управляют миром, стала практически постулатом в узких кругах.
Эти идеи процветали на протяжении поколений среди чудаков и пропагандистов, а теперь повсеместны. Их можно найти в популярных подкастах сторонников теорий заговора, в книгах и фильмах самых плодовитых распространителей паранойи, и особенно в социальных сетях: они полны мемов и видеороликов, утверждающих, что у Ротшильдов «500 триллионов долларов» (больше денег, чем существует на самом деле), им принадлежат все центральные банки мира, кроме трех (или семи, или девяти), они помогали финансировать нацистские преследования соплеменников-евреев, обе стороны каждой войны и многое другое.
Представление о Ротшильдах как о тайных контролерах мировых событий удивительно устойчиво, оно прекрасно подпитывает паранойю и страх предыдущих поколений по поводу того, что у евреев «слишком много денег и власти». И действительно, «связь» между семьей, Эпштейном и Гитлером — которая на самом деле представляла собой только переписку между Эпштейном и Ротшильд, а также несколько электронных писем о Гитлере — быстро распространилась в интернете, усилив шум и хаос вокруг дел Эпштейна и их последствий.
«Ариана де Ротшильд, французский банкир (из семьи Ротшильдов) рассказала Эпштейну, что ее семья поддерживала Гитлера в стремлении к массовым разрушениям ради обретения большей власти», — утверждалось в одном вирусном посте социальной сети, набравшем более миллиона просмотров.
В некоторых постах авторы зашли еще дальше, утверждая, что Гитлер на самом деле был членом семьи Ротшильд. Почему кто-то поверит таким абсурдным заявлениям? Отчасти потому, что сама фамилия неразрывно связана с теориями заговора, а еще эта конкретная теория уже неоднократно повторялась.
Мифы и контекст
Хотя личность деда Гитлера по отцовской линии остается неизвестной, нет никаких доказательств того, что его бабушка когда-либо встречалась с Ротшильдом, не говоря уже о том, чтобы состоять с ним в отношениях. В досье американской разведки, содержащем это утверждение, специально отмечалось, что это всего лишь история, распространяемая по Германии. Ни в одном из последующих пересказов этого мифа нет доказательств, связывающих какие-либо богатые еврейские семьи с родословной Адольфа Гитлера. Все потому, что у Гитлера не было еврейских корней, а компании, которые помогли создать нацистскую военную машину, не финансировались еврейским капиталом. Более того, многие из них финансировались за счет активов, украденных у еврейских семей и корпораций.
В электронных письмах Ариана де Ротшильд ясно отвергает связь своей семьи с Гитлером как теорию заговора. Но мифы быстро распространяются, а контекст — нет.
Можно ли изменить мнение?
Разорвать порочный круг
Если вы готовы пробираться сквозь самые неприглядные уголки интернета, отследить происхождение теории заговора довольно легко. Гораздо сложнее развить устойчивость к тому, что само по себе настолько устойчиво. Требуется время, чтобы изучить историю, развить критическое мышление и повысить медиаграмотность, чтобы вы могли распознавать чушь и пропаганду, когда они появляются в ленте.
Что касается тех, кто уже поддался влиянию, то не существует универсально эффективного способа заставить кого-либо отказаться от параноидальных фантазий. Каждый проходит собственный путь в мир конспирологии, и каждый должен пройти свой путь, чтобы из него выйти. Точно так же, рассчитывать на то, что социальные сети и технологические платформы просто заблокируют контент, содержащий конспирологические теории, бесполезно, поскольку у большинства нет для этого мотивации. Даже если бы она и была, масштабная блокировка таких идей только сделает их более привлекательными.
Чтобы разорвать порочный круг конспирологических теорий, необходимы терпение и настойчивость. Разговоры с человеком, верящим в заговоры, часто оказываются пустой тратой времени, особенно если вы пытаетесь опровергнуть его убеждения или оспорить их достоверность. Парадоксальная проблема заключается в том, что человек, глубоко погруженный в теорию заговора, на самом деле довольно хорошо знаком с мельчайшими деталями вопроса, будь то теории заговора об 11 сентября, связанные с плавлением стальных балок, или одержимость отрицателей Холокоста Циклоном-Б. Вооружившись видом эксперта, такой человек просто зальет вас ядовитой смесью фактов и фантазий. Он часто отвергает доказательства против заговора как доказательства в его пользу и может даже решить, что вы являетесь его частью — или, по крайней мере, одобряете его.
Естественное желание, вероятно, заключалось бы в том, чтобы высмеять сторонника конспирологии, чтобы вызвать у него чувство стыда и заставить отказаться от своих убеждений, но это часто лишь подталкивает его к обратному. Потакание стороннику теории заговора — это верный путь к безумию, поэтому в таком случае можно было бы просто полностью прекратить с ним общение. Однако, оставаясь в его жизни, вы можете предложить ему убежище и дружескую поддержку, если он в конце концов решит оставить мир паранойи позади.
Многие сторонники теорий заговора искренне хотят сделать мир лучше; просто они выбрали неверный способ это сделать. Можно согласиться с тем, что в мире есть злоумышленники и что влиятельные люди слишком часто остаются безнаказанными. Существуют реальные заговоры, и не каждая влиятельная сила учитывает наши интересы. С этого стоит начать.
Также вам совсем не обязательно говорить о теориях заговора. Поговорите о том, что у вас есть или было общего. Относитесь к ним просто как к людям, а не как к чудакам. Если тема перейдет на теорию заговора, просто скажите, что не хотите об этом говорить, и смените тему. Если они не могут отпустить эту тему, это признак того, что они еще не готовы к встрече с реальным миром.
В конце концов, многие находят трещины в иллюзиях, которые предлагают теории заговора. Им представляют нечто, с чем они просто не могут смириться, что приводит к разрушению еще большего числа устоявшихся убеждений. И вот здесь проявляется стойкость человеческого разума. Люди могут отказаться от конспиративного мышления, если им предложат что-то лучшее и более позитивное. В реальной жизни, безусловно, есть свои проблемы, но теории заговора не предлагают решений, а лишь пустые обещания и мишени для обвинений.
Когда сторонник конспирологии наконец начинает видеть свет, именно тогда ему больше всего понадобится кто-то, у кого хватит терпения направить его. В конце концов, он может понять, что наиболее важный шаг — отложить телефон и выйти в реальный мир.
Сообщение Идеи выживают, а контекст — нет: почему конспирология не придумывает ничего нового появились сначала на Идеономика – Умные о главном.
